Рыбная канцелярия

Идет загрузка карты ...
Экспедиция новосибирских велорыбалкотуристов в просторы Барабинских степей. Сартлан и Чаны.
 
День первый. Колдунья.

Ранним июньским утром, ещё до восхода солнца, я подъехал на велосипеде к вокзалу Новосибирск-Главный. Площадь была почти пустынной. Только несколько скучающих таксистов расхаживали взад-вперед в ожидании клиентов, и редкие прохожие спешили по своим делам. 
Когда из дверей вокзала появлялся человек с дорожной поклажей, водители оживлялись и, по какому-то известному только им одним алгоритму,  поочередно выкрикивали:  «Такси по городу!», «Куда поедем, командир?!», «Машинку не желаете?». Приехавшие невозмутимо проходили мимо, а искатели заработка возвращались на исходные позиции, болтали между собой, пили кофе из разовых стаканчиков и курили. Иногда кому-нибудь из них удавалось зацепиться хитрым ценовым предложением за проходящего мимо потенциального пассажира; но, как правило, беседа не складывалась. 
Ромыч и Серёга уже ждали меня в назначенном месте и радушно улыбались. Их тяжелые велосипеды стояли рядом, в ожидании разборки и упаковки, а рыболовные снасти, хищно торчащие из рюкзаков, выдавали истинную цель предстоящего мероприятия.    
- Привет, давно ждёте? – громко поприветствовал я друзей, нажимая на тормоза.
- Да только вот подъехали! 
Обменявшись рукопожатиями и традиционно выкурив с Ромычем по сигарете, принялись за упаковку велосипедов. Необходимо было снять передние колёса, крылья, опустить седло и замотать всё в пищевую плёнку. 
*    *    *
Спустя четыре часа после отправления поезда из Новосибирска мы стояли на перроне станции Барабинск и с наслаждением вдыхали в себя деревенский воздух с пьянящим  запахом горящего угля. Я помню этот запах с детства, когда бабушка растапливала русскую печь в доме, в Северотатарском совхозе, а я совсем ещё мелким пацаном сидел на этой печи и лопал пряники, запивая их парным молоком. Кстати, совхоз совсем, можно сказать, недалеко от этих мест. Жаль, что в маршрут его никак не включить, находится совсем в другой стороне.
Мужики, ехавшие в вагоне, вывалили на перрон попрощаться с нами, пожелать удачной рыбалки. «Везёт же людям!» - слышались возгласы за спиной. «Везёт же нам!» - воодушевлённо думали мы про себя, накрепко привязывая удочки и подкачивая колёса.  
День обещал быть отличным. Погода - ясной, а рыбалка просто замечательной!.. Но тут произошло событие, которое перевернуло, как мы узнаем в дальнейшем, все наши радужные планы.  
- Ай, молодцы, - раздался дрожащий голосок у меня за спиной. Я обернулся и увидел её. Ничем не примечательная с виду старушка в цветном платке и вязаной сиреневой кофте, она смотрела на меня снизу вверх. В руках держала небольшую авоську. Кажется, все старушки в мире одевают точно такие вязаные кофты как у неё и ходят с авоськами как эта. Я даже могу ясно представить себе, что может лежать в такой сумке. Наверняка какая-нибудь булка хлеба, литр молока и маленький целлофановый пакетик с конфетами для внука. Ну, или ещё что-то, вроде этого. В общем, стандартный набор, который носят с собой все старушки. 
Она стояла на расстоянии двух шагов, рассматривая меня большими, любопытными и проницательными глазами. Странно она смотрела, как будто оценивала, пыталась что-то разглядеть.
- Чавой-то на рыбалку что ль?  
- Ага, туда, - сухо ответил я. Честно говоря, я решил, что бабуля сейчас будет просить денег и, напустив на себя занятой вид, отвернулся и продолжил заниматься рюкзаками. Она подошла ближе и теперь заглядывала мне в лицо через плечо. 
- Скажи, мой хороший, а случаем не на Чаны?
- Туда, но пассажиров не берём.
Я вытянулся в полный рост и повернулся к ней. Теперь я мог лучше  рассмотреть её. На самом деле она была не так стара, как показалось сначала. Сложно было сказать точно, сколько ей лет; но лицо не было испещрено морщинами, и глаза излучали отнюдь не старческую энергию. Волосы с проседью, аккуратно уложенные, выглядывали из-под платка с замысловатым рисунком. Самое необычное в ней было то, что была она совсем уж маленького роста, должно быть метр сорок, не больше. Я постарался посмотреть на неё как можно приветливее, насколько это вообще возможно, смотря на человека сверху вниз.
Ребята занимались своими велосипедами и не обращали на нас внимания. Моя же поклажа была уже практически готова. 
- Ой, сынок, это ж как хорошо, что я на вас наткнулась, - оживлённо продолжала она. - Деревенька там,  Усть-Тандовка, знаешь? На берегу озера стоит, маленькая деревенька-то совсем. 
Я пожал плечами и полез доставать карту из рюкзака. Она нетерпеливо повторила:
- Так что, знаешь деревеньку-то, нет? 
Увидев карту, принялась заглядывать в неё, вставая на носки, и мне пришлось согнуться пополам, чтобы ей было видно. На карте действительно была деревня Усть-Тандовка; жирная красная линия, обозначающая наш маршрут, разрезала её в аккурат на две равные части. Женщина, я теперь так буду её называть, так ничего и не разглядев, вопросительно подняла свои большие глаза на меня.    
- Вот деревня ваша, - ткнул я пальцем в карту, - а что нужно? Мы завтра к вечеру должны мимо проехать. 
- Слушай сынок, - начала она жалостливо, - брат у меня там живёт, Василием звать. Постарше меня будет. Письмо хочу вот ему отправить. Почтой оно ж неделю идти будет, а мне очень срочно надо! 
Запустив руку в авоську, она выудила белый конверт и, жалостливо сведя брови, прижала его к груди, потом протянула мне. Я взял его, повертел в руках, разглядывая со всех сторон… Обычный конверт, без надписей и рисунков, аккуратно запечатанный. Такие конверты продаются где угодно, в любом киоске.
Ребята занимались своими велосипедами. Вероятно, надо было посоветоваться с ними, в конце концов, мы едем вместе и такие вопросы хорошо бы обсуждать. Женщина, увидев моё сомнение и как будто боясь, что товарищи начнут меня отговаривать, поспешила добавить, что дом брата найти очень просто. В деревеньке всего две улицы, и живёт он на той, что справа, в самом крайнем доме, по левой стороне от дороги. 
- Дом этот очень легко узнать, - торопливо объясняла она, – стоит он отдельно, метров сто до него от деревни, ну, может двести. Старый дом-то, ты его сразу узнаешь, не ошибешься! 
Что и говорить, присела на уши тётка будь здоров! Мне совершенно не хотелось возражать и портить себе настроение, молча взял конверт и сунул в записную книжку.
- Ну ладно, брошу в почтовый ящик. 
В конце концов, это ничего нам не стоит, подумалось мне, и забросить письмо в ящик не отнимет много времени. 
- Сынок, дай же Господь тебе здоровья, - расплылась она в улыбке, – я нашепчу кое-чего, чтобы рыбалка вам удалась, чтобы рыбы много поймали, - она. Потом вдруг, резко изменившись в лице, тихо и как – то даже сакрально – угрожающе изрекла: 
- На Сартлане ничего не поймаете, так и знай, ехайте сразу на Чаны!
Я понимающе закивал головой… «Бедняга» - подумалось мне тогда. Ещё не старая, а уже с головой не всё в порядке. Женщина попрощалась и ушла, а я стоял со странным ощущением на душе. Действительно ведь неадекватная какая-то, то ли колдунья, то ли не в своём уме? Мне пришло в голову, что я ведь ни разу не обмолвился ей про то, что мы на Чаны через Сартлан едем, во всяком случае, никак не мог вспомнить, что бы об этом с ней говорил. Сумасшедшая, честное слово! Я слышал, шептальщицы эти умеют многие интересные вещи делать, людей лечить от неизлечимых болезней, к примеру. 
Пока я стоял и обдумывал всё это, у Серёги с Ромычем всё уже было готово, и они катались по перрону.  
- Ну что, Вовчик, поехали!?
- Ага!
Перед выездом из Барабинска нам предстояло ещё уладить кое-какие дела, взять резиновую лодку напрокат у знакомого и закупить питьевой воды с провиантом, так что нужно было торопиться. 
*    *    *
Едем по Барабинским улочкам среди частного сектора, ищем дом, забитый у Серёги в навигаторе. Прохожие с удивлением провожают нас взглядом. 
Выглядим мы должно быть совершенно необычно для этих мест. Серёга с Ромычем в костюмах цвета хаки, рыбачьи принадлежности торчат из велорюкзаков, тут может и рюкзаков-то таких ещё не видывали. Если бы мы были на «Уазике» каком-нибудь, ну или на мотоцикле хотя бы, никто бы нас даже не заметил: рыбаки да рыбаки. А тут вроде как приличные люди, и на тебе - на велосипедах. 
Немного поплутав, дом нашли, но хозяина нет на месте. Он на работе. Звоним на сотовый, обещает быть с минуты на минуту. Ждем, расположившись на завалинке, попивая фруктовый сок из тетрапаков. 
 
*    *   *
Я не стану в деталях описывать, как мы, наконец, дождались - спустя полтора часа - хозяина, как рассчитались с ним за лодку бутылкой коньяка. Как долго внимали подробным рекомендациям - где, что и как ловить, рассматривая карты местности. Как закупили в местном деревенском магазинчике продукты и двадцать литров питьевой воды в пятилитровых пластиковых бутылях. С водой в этих краях совсем плохо, даже в колодцах она солёная на вкус и с запахом сероводорода. Мы, городские жители, решили не испытывать желудки на прочность и купить весь запас необходимой нам воды на все три дня, вперёд.
Выехали из Барабинска в час дня, потеряв, таким образом, на всё про всё почти четыре часа. Попутный ветер гнал нас к озеру Сартлан и, перекидываясь фразами на ходу, мы обсуждали перспективы предстоящей рыбалки. Радовала достаточно качественная дорога и небольшое количество автомобилей, более же всего удивлял ландшафт. Вместо ожидаемой ровной как стол и заболоченной степи, поросшей ковылём, - вокруг берёзовые рощи и зеленеющие колхозные поля. Местность радует глаз плавными изгибами, лёгкими спусками и подъёмами, не покидает ощущение, что выехали прокатиться в окрестностях Новосибирска.
Я всю дорогу думаю о женщине на вокзале. Честное слово, странная она, про Сартлан знала, про улов обещала нашептать. Вспоминаю её словно наваждение, а может, её и не было вовсе? На одной из стоянок достаю записную книжку из рюкзака, открываю - белое, аккуратно заклеенное письмо лежит между страницами. Значит, женщина не причудилась. Как же зовут её брата… Василий кажется… хоть бы написала на конверте, а то ни адреса, ни имени… И почему же она так уверена что на Сартлане мы ничего не поймаем? «Раз женщина была, значит действительно, ничего не поймаем…», - размышляю я. Чёрт возьми, пора уже забыть об этой тётке. Делаю некоторое усилие, но она никак не идёт из головы. 

Решили перекусить у небольшого озера, в двух километрах от дороги. К воде подойти не удалось, слишком заболоченные берега, уселись прямо в поле. С большим аппетитом съели по яблоку и ещё что-то, не помню что, наблюдая за небольшой семейной фермой - несколько палаток расположились на берегу озера. Выращивают мотыль в самодельных - собранных из досок и полиэтилена - бассейнах. В них же он и лежит, видимо сушится. Место обжитое - есть лодка для рыбалки и костровище. Вообразили возможные рынки сбыта ценной биомассы, посчитали – сколько же могут зарабатывать такие фермеры, и поехали дальше, радуясь сильному попутному ветру. Где-то недалеко от деревни Таскаево поймали первый и единственный во всём путешествии, как говорят велосипедисты прокол, отличился Ромыч. Зато посидели на обочине, отдохнули.
Дальше началась степь. Над головами закружили, закричали чайки, и в воздухе посвежело от приближающейся большой воды. Показалась длинная, в полгоризонта, полоса озера Сартлан. Дорога незаметно перешла в дамбу и, проехав по ней до водоотводящего канала, мы остановились сделать привал, поесть и отдохнуть.

Я всё думал и думал о женщине с вокзала и о том, что хорошо было бы поговорить о ней с Ромычем и Серёгой. 
- Помните тётку на вокзале, ну с которой я болтал на перроне, - начал я. Парни посмотрели на меня, оторвавшись от тарелок. – Странная тётка, попросила бросить письмо в почтовый ящик в Усть-Тандовке. 
- Я не видел никого, - усмехнулся Ромыч, - ты, когда там успел по тёткам пробежаться?
- Я тоже не помню, чтобы ты с кем-то общался, а что, была тётка? – заинтересовался Серёга, - симпатичная?
- Как, не видели? - я даже открыл рот от удивления, – мы же в трёх метрах от вас с ней стояли, говорили минут пять, не меньше?
Друзья пожимали плечами.
- Не, не видали, чтобы ты с кем-то общался, может, отходил куда пока мы рюкзаки пристёгивали? 
Всё это мне показалось странным, но я не стал придавать особого значения и продолжил отправлять в свой изголодавшийся желудок гречневую кашу с тушенкой. 
- Так что за письмо? – зацепился Серёга, - нам что, придётся ездить по деревне – дом искать? 
Этого вопроса я ждал. 
– Да нет, она объяснила подробно, в деревне две улицы, на правой, по ходу нашего движения, стоит тот самый дом, последний по левой стороне. Найдем, чего там, - постарался сказать я как можно проще, как бы не придавая значения. Честно говоря я и сам сомневался, не стоило с ней связываться!
Серёга качнул головой, скривив рот. 
Мы поели, отдохнули, сфотографировались у канала и стали собираться. Меня всегда удивляет, насколько много вещей оказывается в туристической поклаже! Особенно когда всё вывернуто из рюкзаков и свалено в кучу. Когда нужно собираться и укладывать всё это обратно на свои места, руки опускаются. Делаешь над собой усилие, вспоминаешь знаменитое выражение «глаза боятся – руки делают» и… на удивление, всё укладывается быстро и как будто само собой.  
*    *    *
Дальше решили ехать просёлочной дорогой, вдоль северного берега озера. Мы уже никак не успевали порыбачить на прокопе у деревни Красный Яр и хотелось успеть хотя бы найти подходящее место на северном берегу. 
…Полевая дорожка бежит вдоль берега, метрах в ста от него. Местами песок, местами потрескавшаяся глина. Вероятно, после дождей проехать здесь невозможно, и нам пока ещё повезло; но небо, портившееся в течение дня, уже начинает брызгать на нас дождём, а это может обернуться неприятностями. Нужно торопиться. 
Вспоминаем вдруг, что пора бы накопать червей, потому что «про них-то мы совершенно забыли, чёрт возьми!». Заезжаем в ближайший берёзовый лесок и, спрятав велосипеды от усиливающегося дождя, под раскидистыми берёзами, ковыряемся в прошлогодней листве. Серёга - самый опытный из нас - находит червивое место, и охота удаётся. Тщедушные, слепые создания, сбившиеся в бесформенный клубок биомассы, уложены в консервную банку из-под ставрид в масле. Бедолаги, могут ли они представить, для каких целей их вытащили земли… 

Время от времени от основной дороги отходят слабые автомобильные колеи. Они ведут к небольшим песчаным прогалинам в сплошной полосе камыша на берегу. Мы останавливаемся, ходим на разведку, утопая по щиколотку в вязкой воняющей жиже и, разочарованные, двигаемся дальше в надежде найти место для береговой рыбалки.  
Уже изрядно вымокшие и уставшие, решаем встать где придётся. Место нашли сносное. По-видимому, здесь часто бывают рыбаки: поставлен небольшой каркас из длинных, тонких жердей, на который можно было бы натянуть навес, если бы он был. Стоит стол и две лавочки. До берега идти далеко, по залитой водой, заросшей илистой колее со свежими следами от мотоцикла с люлькой. 
- Ну всё, с берега рыбалка отменяется, - бурчит расстроенный Серёга. Он надеялся, везёт с собой снасти. Из нас троих он, пожалуй - самый рыбак, мы с Ромычем так - едем покататься, хлебнуть походной романтики, для нас рыбалка - бесплатное приложение. 

Не теряя времени, поставили палатки, закинули вещи, подготовили удочки, накачали лодку и вдвоём с Ромычем – правда, ещё в сопровождении полчищ комаров - пошлёпали к берегу. Пробираясь к воде, пришлось лезть по мерзкой тине с тошнотворным, сероводородным запахом. Пока эта тина лежит, она не пахнет, однако стоит её расшевелить, наступить в неё, - как вонь становится невыносимой. 
Плавали под мелким, моросящим дождём около часа. Курили, насаживали червей и забрасывали снасти, опять курили, опять насаживали но, как и предсказывала моя колдунья с вокзала, так ничего и не поймали. Через час Серёга уже грелся у костра на берегу и по рации звал пить водку. Долго не думали, рыбалка закончилась. 

Комментарии
Авторизуйтесь, чтобы оставить отзыв
Оцени маршрут  
     

Еще маршруты в Новосибирская
еще маршруты
О Маршруте