Путешествие в Марокко

Идет загрузка карты ...
Рассказ о поездке в Марокко
 

Пройдя таможенные и пограничные процедуры в аэропорту «Внуково» г. Москвы, и взглянув на ожидающий нас самолёт сквозь стекло зала ожидания, я и Наталья были удивлены его маленькими размерами. Воробушек какой-то, пусть и Боинг. Мы рассчитывали на 4-5, ну, максимум на 6 часов лёта. Командир экипажа сообщил, что полёт будет длиться семь часов!Я не запасся большим количеством литературы, поэтому весь полёт то и дело дремал, из-за чего потом долго болела шея в связи с неудобной позой.

Наш самолёт приземлился в аэропорту города Агадира (южная часть Марокко) в 2 часа ночи по местному времени. Приятного, специфического запаха воздух говорил нам о том, что где-то рядом находится океан.

На автобусах пассажиров стали развозить по отелям. Большинство туристов расселилось по отелям в 4 или 5 звёзд. Мы с Натальей намеренно купили недорогой отель в 3 звезды с желанием больше путешествовать по стране самостоятельно.

Отель оказался довольно скромный, но имел всё необходимое для комфортного пребывания. Нам предстояло пробыть в Марокко 11 дней. В тур были включены завтраки и ужины. Примечание: стоимость перелёта из Москвы в Марокко и обратно на двоих на рейсовом самолёте равнялась стоимости тура на двоих, включающего перелёт туда и обратно на чартерном самолёте, проживание в отеле 3 звезды и питание по системе: завтрак/ужин.

Первый наш завтрак при отеле оказался на 70 процентов «несъедобным». То, что был маленький выбор – это полбеды. Омлет имел отвратительный привкус, почти целый день после него была неприятная отрыжка. Нарезки колбасы вообще не имели вкуса, а если и имели, то нечто от картона и травы. Помидорки-«чери» были привлекательными на вид, однако, на поверку оказались подкисшими и отдавали хлоркой. Оливки были сморщенными и ужасно противными на вкус.

Единственно съедобными блюдами были: кофе с молоком, сдобные булочки, джем и масло. Причём, на кофе и молоко «шведский стол» не распространялся, если вы хотели чашечку напитка или «повторить», нужно было долго махать руками, прежде чем вас замечал официант и подходил к вам с двумя чайниками. В одном был горячий вкусный кофе, в другом горячее молоко. Жидкости наливались 50 на 50. Однажды некая туристка из числа проживающих в отеле стала выяснять, почему такое неудобство – кофе или чай вечно нужно ждать, вертеть головой, поднимать пустую чашку вверх или вставать, хватать официанта за рукав и показывать ему стол, куда требуется напиток. На вопрос, почему нет «шведского стола» для напитков, главный менеджер ресторана стал бестолково объяснять, что, мол, посетители будут создавать толпу на розливе горячих напитков. Здесь мы столкнулись с первой «тупостью» некоторых марокканцев. Но то ещё были «цветочки».

Что делает первым делом человек, приехавший из середины России в приморский город? Конечно, идёт к морю. А точнее к Атлантическому океану, который омывает западную часть Марокко. От нашего отеля пешком минут 10-15. Вскоре перед нашим взором предстал огромной величины песчаный пляж, который тянулся вдоль моря бесконечно далеко.

Солнце, хотя и встало, было заволочено густыми облаками, поэтому яркости цветов не наблюдалось. Пляж был настолько широким, что местная молодёжь тут же устраивала себе мини футбольные поля и начинала гонять мяч. Вообще жизнь на пляже кипела. Большие группы детей в одинаковой пляжной одежде (по-видимому, что-то по типу нашего летнего лагеря) под руководством взрослых делали зарядку, играли в какие-то игры, а затем шли купаться. Причём, взрослые растягивали канат, создавая мобильный мини «лягушатник», заходили с этой верёвкой в воду по пояс, детишки в это время могли резвиться в воде под зорким оком. Затем, словно неводом, взрослые вытягивали всех на берег.

В Марокко нет частных пляжей. Говорят, король строго настрого запретил огораживать вход в море или океан.

Для нас это было не очень хорошо, т. к. местные жители весьма любопытны к приезжим, особенно к женскому полу с европейской наружностью.

Первым делом до нас «докопался» торговец пончиками. Сначала он выяснил, кто мы и откуда. Затем он выразил своё восхищение Россией и её достижениями в спорте, затем он стал предлагать пончики. На английском языке я сказал ему, что мы только что с завтрака и пояснил жестами. Он не унимался. Наконец, он сказал, не надо денег, возьмите пончик в подарок для мадам. «Ну что, бери» – сказал я Наталье. Та взяла. Он тут же стал протягивать другой пончик для меня. Мне это надоело, и я спросил, сколько он с меня хочет. На песке он нарисовал цифру 30 дирхам. 90 рублей за 2 пончика? Ё-моё! Хоть я пока и плохо ориентировался в здешней валюте, всё равно почувствовал, что 30 дирхам – это чересчур. Сказал, что дам только 20. Продавец остался доволен сделкой. Таким образом, нам всучили два пончика почти за евро каждый. Мы были только из-за стола, и есть пончики не хотелось. Марокканский сервис стал нас потихоньку доставать.

Настала пора окунуться в океане. Еще в России по Интернету я выяснил, что температура воды в океане на побережье в Марокко редко поднимается выше 22 градусов. Мы этого слегка опасались. Оказалось, зря. Водичка была что надо. Конечно, не такая тёплая, как в Красном море в Египте, но выходить из океана не хотелось. Вещи оставлять без присмотра мы не решились, поэтому купались по очереди.

К полудню облака рассеялись, и энергия солнца вступила в свои права. Прохладный бриз с океана играл роль кондиционера. И все-таки долго под солнцем оставаться было опасно, мы свернули полотенца и отправились на прогулку по городу.

В планы входило взять машину на прокат. В нашем отеле располагался офис одной из компаний по аренде автомобилей. Нас встретил высокий приятной внешности араб с широкой улыбкой и знанием английского языка. Его условия сразу нас устроили: 30 евро в сутки без депозита (залога), кредитная карта не требуется. Марка автомобиля «Тойота», машина почти новая (ей 6 месяцев), в ней есть кондиционер. Что еще нужно? Правда, полная страховка (Super insurance) не предлагалась. На случай аварии по нашей вине нам предстояло выплатить 500 евро (так называемая франшиза). Конечно, мы могли бы взять машину в международной компании по аренде авто типа Avis, Eurocar, Budget с «супер» стаховкой, но тогда нам пришлось бы платить минимум 50 евро в сутки за машину, плюс залог с кредитной карточки, и это за самую простейшую модель без кондиционера.

Забронировав машину на послезавтра, мы решили навестить супермаркет «Marjan» (типа нашего Metro или Ашан в Москве).

Едва мы вышли из отеля, к нам подошел местный житель и на «корявом» английском спросил, откуда мы приехали. Получив ответ, марокканец сильно обрадовался, воскликнув, что Россия великая страна, россияне его друзья и ещё много всего в этом духе. Затем он поинтересовался нашей проблемой. Мы сказали, что у нас все ОК и что мы намереваемся посетить супермаркет Маржан. «Маржан сегодня не работает», – заявил он и предложил проводить нас до небольшого супермаркета с низкими ценами, который находился где-то поблизости. Мы двинулись за ним. Наш спутник вёл нас какими-то закоулками и задними дворами, их вид вызывал отвращение от грязи и вони. Шли мы около 10 минут. Он шёл быстро, мы не спешили, так что ему приходилось всё время нас ждать. «Сейчас приведёт и будет требовать у нас деньги, а если не дадим, устроит истерику», – сказал я Наталье в полголоса, хотя тот и не понимал русский. Наталья сделала «большие» глаза, на что я сказал, что не собираюсь ему ничего давать.

Скоро мы пришли в магазин, но проводник не оставил нас у входа, а пошел вместе с нами внутрь. Чувствуя неудобство от его присутствия, я сказал: «Спасибо, дальше мы сами разберёмся».

Я как в воду глядел: «Вы мне должны заплатить!» – сказал он. «За что?» – спросил я. «Я показал вам магазин, я вас довёл, я на вас работал», – был его ответ. «Тебя никто не нанимал и не просил на нас работать, – парировал я, – и вообще, ты же друг русского народа, а друзья так не поступают!» « Я бедный человек, у меня большая семья, много детей», – был последний его довод. Я открыл кошелек и дал ему пару монет в несколько дирхам (1 дирхам = 3 рубля). Тогда он сказал, что этого не достаточно и запросил 50 дирхам. Мое терпение лопнуло, и я повысил голос так, чтобы слышали продавцы. «Иди отсюда или я звоню в полицию», – сказал я и потянулся за мобильным телефоном. «Ты русский расист, да?» – воскликнул марокканец. Я еще раз гневно взглянул на него, и только тогда тот ретировался. Короче говоря, взбесил нас этот тип. Мы впопыхах набрали то, что нам нужно и вышли из магазина. Тут он опять попался нам навстречу – не то случайно, не то поджидал нас. «Ты что, русский расист?», – опять пристал он. Я мысленно послал его подальше, и мы пошли в отель со слегка подпорченным настроением, оказалось, что до отеля 5 минут ходьбы по прямой чистой улице. А чуть позже мы выяснили, что супермаркет «Маржан» вообще работает круглые сутки. Таким был наш первый день в Марокко. Больше мы никуда не ходили, от ужина в ресторане отеля отказались и устроили праздничное пиршество у себя в номере.

Второй день пребывания в Марокко был не менее насыщен впечатлениями. Мы валялись на пляже, когда к нам подошла пожилая семейная пара, говорящая на французском языке, и сразу начала с нами знакомиться. Я сказал, что мы говорим только по-английски. Оказалось, что женщина тоже владела английским, а ее муж нет. Начался увлечённый диалог, который стоил нам обожженных спин, плечей и ног. Особенно сильно пострадала Наталья из-за ее светлого типа кожи. Но то было позже. Мэрилин и Серж оказались французами, которые купили здесь в Агадире квартиру, стоимостью около 60 тысяч евро год назад. Теперь это их летняя «резиденция». Они приехали в мае и собираются оставаться в Марокко до октября. На зиму уедут к себе во Францию, где у них есть маленькая квартира. Сержу 70, Мэрилин 60 лет, но, несмотря на возраст, они были поджары и необыкновенно активны, особенно Серж. Они стали интересоваться Россией, и я им много рассказывал. Они удивлялись и продолжали задавать вопросы о жизни в нашей стране.

По их мнению, в Марокко, особенно на побережье Атлантического океана, шикарный климат, который очень подходит пожилым людям. С океана всегда дует бриз, поэтому кондиционеры не нужны. Если к марокканцам привыкнуть и найти к ним подход, т.е. не обращать внимания на «варварство и дикость», то с ними можно даже хорошо ладить.

Проболтав изрядное количество времени под солнцем, накупавшись, мы стали собираться на прогулку. Серж и Мэрилин любезно предложили нам прокатиться по городу на их машине. Первым делом они пригласили нас посетить музей, в котором собраны материалы о катастрофе, случившейся некогда в городе, где мы сейчас отдыхали. Дело в том, что в 1960 году, в феврале месяце Агадир серьезно пострадал во время землетрясения. За 15 секунд тряски среди ночи были разрушены почти все здания, погибло много тысяч людей, среди них французские солдаты, которые были расквартированы здесь на военной базе.

Музей небольшой, вход – 20 дирхам (60 рублей). Нас встретил служащий и стал рассказывать о землетрясении. Говорил он по-французски. Мэрилин переводила для нас на английский язык. В музее представлены в основном фотоматериалы, которые показывают город до, и после катастрофы.

Рядом с музеем находился небольшой ботанический сад. Серж хорошо разбирался в местной флоре, т.к. его профессия в прошлом была связана с растениями. Он знал все их названия. Я щелкал фотоаппаратом, снимая красоту.

В Интернете я узнал, что марокканцы любят, есть «тажин», «кус-кус» и пить марокканский чай из свежей мяты. Я спросил у французов, где можно отведать настоящий марокканский «тажин». Таких мест много, но французы порекомендовали посетить ресторан недалеко от их дома. Они, кстати, и сами с удовольствием к нам присоединяться.

А пока мы едем осматривать богатые кварталы Агадира с красивыми частными домами, принадлежащие богатым марокканцам, либо иностранцам, которые приобрели здесь недвижимость. Французы пригласили нас к себе в гости: посмотреть квартиру, выпить чего-нибудь, а затем вместе идти на ужин.

Квартира оказалась просторной и мило обставленной. Нам предложили принять душ, пока Серж доставал из холодильника напитки и закуски. Я воздержался от спиртного, остальные пили вино.

В ресторане французы, по всей видимости, были завсегдатаями. Долго выбирали себе столик, официант следовал за нами по пятам, пытаясь угадать наши желания.

Принесли меню. Я даже не стал читать, предлагая французам взять инициативу на себя. Единственное, что я выбрал – это вид мяса в тажине. Мы с Натальей пожелали тажин с бараниной, французы заказали тоже самое.

Перед горячим, я попросил принести настоящий марокканский чай. Вскоре официант в национальной одежде принес металлический чайник и на наших глазах стал заваривать листья свежей мяты. Затем он с большой высоты стал разливать жидкость по стеклянным стаканчикам, походившие на наши большие рюмки для водки. Наполнив стаканчики, он выливал их содержимое обратно в чайник, оттуда – опять по стаканчикам, так продолжалось несколько минут. Приготовление чая представляло собой целый процесс. «Фольклор», – говорил Серж. К чаю полагались большие куски сахара. «Многие марокканцы – диабетики», – так сказали нам французы, – вероятно из-за обилия сахара, который они кладут в чай». Марокканский чай оказался суперароматным и мы с большим удовольствием опорожнили весь чайник.

Настало время «тажина». Принесли огромные глиняные блюда, покрытые конусообразными крышками также из глины. Крышки завершались глиняными набалдашниками. Под крышкой на блюде была тушёная баранина, обильно сдобренная луком и специями. Излишне говорить, что мясо было бесподобным. Мы были голодны и, сначала ели с жадностью. Но мяса было так много, а, учитывая, что баранина не совсем диетическое блюдо, последние куски мы запихивали в рот через силу.

Опять принесли чай, и животу стало легче.

Подходил к концу замечательный вечер, проведённый вместе с французами. Взяв такси, мы отправились в отель.

Договорившись с таксистом о цене в 30 дирхам, я протянул ему купюру в 50. Получив на сдачу две монеты, мы вышли. Уже в номере я обнаружил, что вместо двух монет по 10 дирхам, таксист всучил нам две по 5, воспользовавшись темнотой в салоне и нашей неопытностью. Ну и «твари» же эти марокканцы – сделали мы вывод, обобщив их «злодейства».

Третий день в Марокко сулил нам массу приключений. Ведь в 8-00 нам вручат ключи от машины, и мы отправимся в авто путешествие по Марокко. Мурат из проката машин тщательно рассказал нам об особенностях автомобиля и пожелал нам счастливого пути. Для начала мы решили проехать вокруг квартала, где находился отель. Машина великолепна! Скорости переключаются чуть ли не пальчиками. Руль сверхпослушный. Тормоза – зверь! После 14-ой модели Жигулей, которую я вожу в России, Тойота Даихатсу показалась мне «фантастической».

Первая наша цель – город Маракеш, древняя столица Марокко. По телевизору я когда-то смотрел передачу, посвященную этому городу. Показывали главную площадь Марокко. Там творилось что-то невероятное. Туда я и хотел попасть.

Долго выезжали из Агадира. Не раз приходилось останавливаться и спрашивать дорогу у прохожих и даже у полицейского.

Впечатляет качество дорог: покрытие шикарное, многочисленные знаки помогают ориентироваться.

Выехав из города, мы оказались в каменистой пустыне, где время от времени встречались аргановые деревья, на которых паслись козы, поедая зелень, т.к. растительность на земле полностью отсутствовала. Плоды аргановых деревьев используются в косметологии и медицине. Из них делают масло, но об этом мы пока не знали.

Как оказалось, в Марокко много высоких гор и, соответственно, серпантинов. Дорога была увлекательной и время просто «летело». Нас предупредили о том, что марокканские полицейские очень строгие и бдительно следят за соблюдением ПДД. Штрафы от 30 евро. Если стоит ограничение в 100км, это значит, что 101 км на радаре неминуемо влечёт за собой штраф. В населенных пунктах ограничение скорости 60 км и опять же ни километром больше.

Спустя 4 или 5 часов мы прибываем в город Маракеш.

Первый отель, который попался нам в городе, назывался Ibitsa. Французы рекомендовали нам его как недорогой и приличный. Мы уже запарковали машину, как к нам подъехал человек на мопеде. «Меня зовут Абдула, и я хочу показать вам очень хороший отель в самой Медине (старом городе)». Абдула сносно говорил по-английски. «Здесь далеко до центра. А в Медине отель очень хороший, за двоих 40 евро, есть кондиционер, бассейн, завтрак». Нас это заинтересовало, но, зная сущность марокканцев, я спросил, сколько он хочет за услугу. «Я ничего не хочу, россияне мои друзья, я бербер, я хороший человек». Тогда я сказал, что дам ему за помощь 30 дирхам (чуть более 2ух евро) и ни «копейки» больше, согласен? Он закивал головой, и мы поехали по оживлённым улицам за его мопедом в сторону Медины.

Въехали в каменные ворота старого города. Улица сузилась настолько, что могла проехать только одна машина. Одновременно по улице двигались многочисленные пешеходы, велосипеды, мопеды, скутеры и т. п. Началась экзотика.

Еле передвигаясь, мы, наконец, достигли места, где Абдула велел запарковать машину. Глухая каменная стена, в ней дверь со звонком. Абдула звонит, и нам открывает портье. Внутри настоящий арабский дворец. Везде ковры, диваны, лампы Алладина и прочая атрибутика из жизни султанов. Нам всё нравится, правда цена увеличилась на 10 евро.

На «рисепшен» нам сказали, что номер стоит не 40, а 50 евро. Начинаем торговаться, портье куда-то звонит, но хозяин не уступает, и мы решаем посмотреть другой отель. Он неподалёку. Цена другой гостиницы нас устраивала, но не устроил беспорядок, который наблюдался повсюду в отеле, и отсутствие кондиционера в номере. Нас стали убеждать, что в Маракеше ночью прохладно, и кондиционер не требуется. Хорошо, что не поверили, ночь была необыкновенно душной. Ладно, будем платить 50 и возвращаемся в первый отель.

Я был доволен услугами Абдулы, который сопровождал нас, словно преданная собака. На радостях дал ему, вместо оговоренных 30-ти, 60 дирхам. Абдула, видимо, обрадовался щедрым туристам и тут же предложил нам экскурсию по Медине, мол, без него мы будем долго блуждать, а он нам всё покажет и выведет к главной площади под названием «Площадь отрубленных голов».

Погрузившись в эйфорию экзотики, я совершил ошибку. Она была не в том, что я согласился на его услугу. Проблема в том, что я заранее не оговорил цену. Но об этом позже. Пока же Абдула дал нам пару часов на обустройство, сказав, что будет ждать нас у входа в семь вечера.

Номер был отличный, всё соответствовало арабской экзотике. Внутри отеля был двор-«колодец» под открытым небом. Отель был рассчитан на 20 туристов, но никого мы не встретили за время нашего пребывания. Казалось, что мы жили одни в этом прекрасном дворце.

Единственной неожиданностью было то, что вместо двери в туалет и душевую висела бечёвка с ширмой из полиэтилена. Весьма «оригинально». Видимо, восточным людям по кайфу, когда все звуки и запахи идут напрямую в спальню.

Очень понравился маленький бассейн из голубого кафеля, он был сделан в форме джакузи в арабском стиле.

Окно в номер было не просто закрыто наглухо, а имело несколько ширм с замками. Я очень долго разбирался с механизмами, чтобы глянуть, что там, за пределами отеля. Когда, наконец, всё открыл и посмотрел вниз, то увидел, что под нами та самая узкая улица, по которой мы подъезжали к отелю, а также парадный вход. На улице стоял дикий шум: кто-то торговал, кто-то что-то чинил, убирался, ехал на мопеде или громко разговаривал, как это принято в южных странах. Вот почему столько рам у окна. Когда я всё закрыл, вновь наступили покой и тишина.

Пока всё было замечательно, мы попали в иной мир, а впереди нас ждало ещё более интригующее действо.

В отеле нас напоили марокканским чаем. Отдохнув после дороги в номере, мы были готовы к дальнейшим впечатлениям.

Абдула подъехал минута в минуту. Он устроил свой мопед на хранение в какую-то лавку и быстрым шагом повёл нас по лабиринтам Медины. Мы были в Тунисе и знаем, что такое узкие путаные улицы древнего арабского города-крепости. Здесь в Маракеше Медина оказалась гигантской. Если не будешь зарисовывать особенности каждого поворота, то вряд ли найдёшь дорогу назад без посторонней помощи.

Абдула привёл нас в старинную мечеть (кажется, 12-го века). Вокруг неё расположилось большое количество бездомных, которые живут за счёт подаяний. Фотографировать – было целой проблемой. Если украдкой не удаётся что-либо снять, то к тебе тут же бежит ватага попрошаек, требуя дирхамы за снимок. Особенно нагло вели себя дети.

Абдула передвигался как-то нервозно и торопливо, мы уже стали жалеть, что наняли его на этот раз. Он что-то пытался комментировать по-английски, но всё у него выходило коряво, высокомерно и поверхностно. На большое «вознаграждение» он явно не тянул и уже стал нам в тягость. Мы теряли «кайф» размеренного неторопливого путешествия в столь необычном для нас восточном мире.

Здесь я совершил вторую ошибку, попросив Абдулу привести нас в магазин, чтобы купить настоящие марокканские «бамуши» (лёгкая обувь, типа шлёпок, с загнутым к верху заострённым носом) из цветной кожи. Очень скоро мы оказались, по словам Абдулы, в «самом лучшем и недорогом берберском магазине» по продаже марокканских изделий. Я и Наталья выбрали себе красивые оригинальные бамуши из кожи красного цвета. Торговец пытался всучить нам что-то ещё, но мы отказались, добавив к бамушам лишь красивые стаканчики, из которых марокканцы пьют свой чай. Продавец не стал оценивать бамуши и стаканы отдельно. Он достал лист бумаги и расчертил её на две половины. Слева наверху он написал свою общую цену, я написал свою в правом столбце, снизив цену в два раза. Началась нудная и неприятная торговля. Мы с Натальей посовещались, сколько нам не жалко на это денег. Решили, что максимум дадим 600 дирхам за всё (60 евро). Дорого, конечно, но мы уже вошли в азарт. Я сказал, что 600 – это окончательная цифра, и она обсуждению не подлежит, в противном случае мы уходим. Ещё минут пять прыгал перед нами бербер, загораживая выход из магазина и пытаясь хоть на десяток дирхам поднять цену, но мы были непреклонны, и тот сдался.

Вернувшись в отель и оставив покупки, мы намеревались отправиться на главную площадь Маракеша. Но тут Абдула меняет тактику, он заявляет, что мы сами найдём туда дорогу, и что пришла пора с ним расплатиться. Мы были рады, что наконец-то отделаемся от него, забыв о том, что впереди густые лабиринты узких, а иногда пустынных улиц.

Я протянул 50 дирхам (около 5 евро) и поблагодарил за услуги. Видя, как мы с лёгкостью отдали в магазине 600 дирхам, Абдула, видимо, надеялся на солидный гонорар. Здесь всплыла моя ошибка, заключавшаяся в том, что я заранее не оговорил цену. Абдула стал умолять нас дать ему ещё денег, всё время приговаривая: “I am poor man, I have big family, I have many children”. Он мне сильно надоел, Наталья стала советовать дать ему ещё 50 дирхам. Я достал двадцатку, соединил с купюрой в 50 дирхам и затолкал деньги ему в руку, добавив по-английски: «Абдула иди отсюда, больше не хочу тебя видеть, мой «друг» бербер!» Интонация в голосе и добавленная двадцатка, видимо, охладили пыл «бизнесмена» и тот отстал. А мы с Натальей двинулись на поиски площади, с головой окунувшись в хаос жизни древнего Маракеша.

Сначала всё шло хорошо, улица была относительно прямой. Но вдруг она стала делиться на несколько рукавов. Выбрав наугад направление и продвинувшись дальше, мы видели, что улица опять расходилась на несколько других одинаковых улиц. Теперь мы поняли, почему Абдула говорил, что без меня вы не найдёте.

Всем известно, что есть великий метод достижения цели – «Язык до Киева доведёт». Но не тут то было. Только не в Маракеше в Медине. С оказанием услуг не было проблем. Любой подросток охотно вёл нас в нужном (как нам казалось) направлении, затем останавливался и просил деньги за продолжение. От нас он получал «хрен с маслом», поканючив немного, и пройдя за нами несколько кварталов, он всё же отставал «не солоно хлебавши». Тогда к нам подтягивался другой «доброжелатель», пытаясь показать нам дорогу за дирхамы. Мы принципиально всех посылали подальше, пытаясь интуитивно, а иногда с помощью редко встречающихся белых иностранцев найти дорогу. Мы шли и искали долго, но всё же нашли. Кстати, в Маракеше нестерпимо палит солнце, поэтому улицы с крыш на крыши покрыты досками, бамбуком, пальмовым листом и прочим подсобным материалом, благо ширина улиц небольшая.

Мы блуждали довольно долго, но, в конце концов, нашли то, что искали.

Огромная площадь была густо заполнена народом, а её границы не просматривались.

Самое первое, что нам бросилось в глаза – это огромное количество тележек, заваленных апельсинами. Каждой повозкой заведовали два торговца в одежде повара. Они готовили свежевыжатый сок и отчаянно зазывали покупателей. Я бы не сказал, что они стояли без работы. У каждой тележки было по 2-3 покупателя. И это не удивительно. Большой стакан свежевыжатого апельсинового сока можно было купить за 3 дирхама (9 рублей). Выпив по два стакана, продолжаем осмотр. Кстати, продавцам не понравилось, что я их фотографировал за работой, а может быть они хотели дополнительные дирхамы за это.

В Интернете я вычитал, что название площади переводится на русский язык как «Площадь отрубленных голов». Не знаю, с чем это было связано в прошлом, но отрубленные головы мы действительно увидели, причем, в большом количестве.

Большую часть площади занимали небольшие передвижные кухни, на которых готовились блюда не совсем привычные для европейца, а именно бараньи или овечьи головы. Повар срезал все мягкие части с прожаренной головы и аккуратно складывал их в тарелку. Мозги подавались в отдельном блюде. Вокруг кухонь были расставлены длинные столы и скамейки, на которых восседали многочисленные любители подобной экзотики. Я бы сказал, что свободное место можно было найти с трудом. Однако, зазывалы буквально хватали нас за руки, предлагая отведать «деликатес». Мы были голодны и мечтали перекусить, но садиться за тесный стол, да ещё и есть бог весть что, мы не решились. Ограничились лишь фотографированием, чем вызвали недовольство зазывал и поваров. Бесплатная съемка им тоже не нравилась.

Дым от «полевых кухонь» заполнил половину площади, но зрелище стоило того. Кроме голов, можно было отведать и другой традиционной пищи: жареных улиток, например, или «тажин». Последний нам был хорошо знаком, и мы остановились на нём. Притулившись в замызганном ресторанчике под открытым небом, мы заказали «тажин» из говядины.

После ужина продолжили осмотр площади. Огромные толпы зевак окружали то или иное «шоу», образуя тесный замкнутый круг. Больше всего было барабанщиков, которые исполняли зажигательные мелодии под аплодисменты зрителей. Танцоры в национальной одежде плясали ритмичные танцы. Самым противным во всём этом празднике было то, что как только вы пытались что-то сфотографировать, к вам подбегали многочисленные организованные попрошайки и начинали с большим рвением требовать деньги. Причём монетки достоинством в одну-две дирхам их явно не устраивали, и они «закатывали сцну», требуя больше.

Наконец, всё это надоело. Постоянно протянутые руки с агрессивным настроем пересиливали экзотику происходящего. В очередной раз повысив голос на навязчивого сборщика дирхам, мы решили вернуться в гостиницу. Идти через хаос лабиринтов, не зная куда, по темноте не хотелось. Мы взяли такси, которое довезло нас до самых дверей отеля в объезд Медины.

В отеле опять стало тихо и спокойно. Прохладно, как было обещано, с заходом солнца не стало. Хорошо, что у нас есть кондиционер.

После насыщенного впечатлениями дня наступила звёздная арабская ночь. Всё было бы замечательно, если бы часам к двум ночи не стал ощущаться стойкий «духан» канализации из туалетной комнаты, которая, напомню, отделялась от жилого помещения лишь полиэтиленовой ширмой.

Наступил 4-ый день нашего пребывания в Марокко.

В этот день мы решили преодолеть на машине один из самых интересных и вместе с тем сложных (по описанию) перевалов через Высокий Атлас (название горного хребта в Марокко). Перевал назывался Тизин-Тест (2100 м над уровнем моря). В России есть перевалы и повыше, например Казбеги на Военно-грузинской дороге. Но как я понял из описаний в Интернете, Тизин-Тест изобилует сложными узкими серпантинами и большими перепадами высот.

Теперь весь вопрос заключался в том, как выехать из Маракеша на нужную нам дорогу и везде ли в горах будет асфальтовое покрытие. Вчера мы ещё надеялись на Абдулу, он мог бы за определённую плату показать нам выезд из города. Но после его вчерашних вымогательств мы решительно отказались от его услуг.

Отель был настолько «приватным», что даже завтрак каждый постоялец мог заказывать индивидуально по времени. Мы заказали себе на восемь часов. Ничего особенного не подавалось – кофе, молоко, масло, джем, только что испечённые оладушки и свежевыжатый апельсиновый сок. Но завтрак под открытым небом в очень уютной обстановке благоприятно располагал к приключениям предстоящего дня. Маленькие вольные птички, голубой бассейн и местная кошка возле ног приятно дополняли обстановку.

Настала пора отправляться в путь. На машине едем по маршруту вчерашнего такси: в обход Медины к уже известной нам площади. Что она представляет собой при дневном свете?К утру шоу закончились, передвижные кухни, артисты исчезли, тележки с апельсинами были зачехлены. Возле обочины в тени деревьев «запарковались» многочисленные лошадиные повозки, они и их хозяева ждали очередного наплыва любителей здешней экзотики, как только зайдёт солнце. «На площади отрубленных голов», как я прочитал в Интернете, выходных не бывает. Празднества проходят ежевечернее и до поздней ночи, что и привлекает, кроме местных, туристов со всего мира. В этом плане, площадь занесена в Мировую Книгу рекордов Гиннеса, если я не ошибаюсь.

Дорогу в сторону перевала Тизин-Тест мы, к нашему удивлению, нашли легко. Пока что дорога была относительно прямой. Мы наслаждались местным пейзажем, состоящим из кактусовой «лесополосы», каменистой пустыни и редко стоящими аргановыми деревьями.

Неожиданно мы увидели бабушку с длинным секатором в руках, она ловко срезала верхушки-плоды кактусов. Рядом стояла маленькая девочка и помогала её складывать фрукты в ведро. Мы остановились рядом с ними, и, к нашему удивлению, они не стали прятаться от фотоаппарата, а, наоборот, с удовольствием позировали. Бабушка без слов вывалила на землю несколько плодов, тщательно почистила их от колючек веничком, затем взяла плод в руки, надорвала его посередине и предложила нам попробовать мякоть. Кактус оказался сочным и сладким, только внутри были небольшие косточки, которые при желании можно разжевать. Мы впервые в жизни поели плоды кактусов, и теперь знали их вкус и как их едят. Это был самый дешёвый после апельсин фрукт в Марокко.

По пути нам попался маленький городок с красивым искусственным водопадом и просто «коммунистическими» ценами в магазине. Из этого магазина мы долго не могли уйти, т. к. в нём мы закупали много полезных вещей для себя и в подарок. Более низких цен мы больше нигде не встретили в Марокко. Набрав полный багажник товаров, продолжаем путешествие. Вот и горы. Дорога нешуточно запетляла и пошла вверх. Пейзажи были один лучше другого. Фотоснимки и видеосюжеты быстро поглощали карту памяти.

Мы всё ждали, когда закончится асфальт... Но превосходная нить дорожного покрытия оставалась неизменной. Трудности заключались лишьв разъезде со встречным транспортом, которого было не так уж и много. Видя впереди транспортное средство, мы заранее выбирали широкое место и ждали, пока проедет встречная машина. Если авто «зависало» у нас на хвосте, мы прижимались к обочине и пропускали местных лихачей.

Всё ближе и ближе к перевальной точке. Неверное движение рулём, и пропасть не заставит долго ждать. Крутые виражи не всегда были обозначены ограничительными столбиками и бордюрами.

Достигли перевала Тизин-Тест (2100 м над уровнем моря). На табличке читаем по-французски, что дорога строилась в 30-ые годы 20-го века. Представляю, сколько потребовалось усилий, чтобы отвоевать пространство для дороги среди таких утёсов.

Внизу на дне пропасти сухие русла рек и ручьёв. Дождей давно уже нет. Кстати в Марокко есть удивительной красоты водопады, я сам видел фотографии в Интернете. Но сколько бы мы не спрашивали о них, все отвечали нам, что ехать туда нет смысла из-за засухи.

Подкрепились фруктами и начали спуск. Он оказался ещё приятней, т. к. машину приходилось лишь притормаживать на поворотах. Останавливаясь, время от времени, мы выходили из машины илюбовались видами горного пейзажа, оценивая на каких высотах мы были несколько минут назад.

Только к вечеру вернулись в Агадир, преодолев не более 250 км. Но на это нам потребовалось около 10 часов.

На подъезде к Агадиру решили заглянуть в апельсиновые рощи. Деревья были усеяны маленькими зелёными плодами, которые сливались с листвой и с шоссе были незаметны. Вообще-то все апельсиновые плантации окружены по периметру глухой стеной, по углам которого расставлены будки с охранниками. В это время года зелёные апельсины никого не привлекают, поэтому ворота были не заперты, а сторожевые будки безлюдны.

В Агадир мы прибыли в прекрасном расположении духа, испытав всю полноту ощущений от захватывающего путешествия.

Следующий день мы запланировали посвятить Эсуэйре (город к северу от Агадира по Атлантическому побережью).

День 5-ый в Марокко. Эсуэйра.

Город Эсуэйра значился и рекламировался почти во всех проспектах туристических фирм. О нём много написано в Интернете. Мы также стали «жертвой» рекламы.

Шоссе в сторону Эсуэйры сначала идёт вдоль океана. Я не буду оригинальным, если скажу, что нет прекрасней удовольствия и зрелища, чем катиться в шикарном автомобиле по гладкому шоссе, когда с одной стороны бескрайний голубой океан, а слева заманчивые горы.

Но вот одно место по пути нас слегка шокировало. Нужно сразу сказать, что марокканцы вполне достойно рифмуются с нехорошим словом «заср…цы». У нас в России таковых тоже хватает, но Марокко похоже даст фору. Так вот в одном из живописных мест вдоль океана была живая изгородь из кактусов, а те, как известно, имеют колючки. Гигантское количество бытового мусора облепляло эти кактусы словно гирлянды на новогодней ёлке. Это нужно было видеть и обязательно сфотографировать.

Перед тем как дорога стала уходить от побережья вглубь материка, мы увидели гигантский «дикий» песчаный пляж. Самым впечатляющим было то, что к пляжу подкатывали огромные волны в 15-20 рядов. «Вот бы там покупаться», – подумали мы. У нас есть ещё один прокатный день, посещение этого пляжа мы запланировали на завтра. А пока же продолжим путь в Эсуэйру.

Океан остался за спиной, и дорога начала петлять среди холмов, превращая поездку в небольшое «ралли». В каждом взрослом продолжает жить ребёнок, поэтому «игра в машинки» с крутыми виражами доставляла огромное удовольствие.

Мы въехали на территорию, где повсюду расположены заводики по получению арганового масла. Продавцы, как правило, старики, женщины и дети, увидев машину, вскакивали с места и бежали к обочине с протянутой рукой, в которой была бутылочка с маслом. Возможно, мы бы и купили одну, но не знали в каких случаях и как им пользоваться.

На подъезде к небольшому городку с нами случилось «ЧП». Перед постом «ГАИ» я обогнал грузовик, заехав за сплошную линию, которую я, кстати, не заметил из-за потёртости краски на асфальте. Нас остановили. Грозный полицейский на французском языке и жестами объяснил мне, в чём нарушение и потребовал документы.

Я, честно говоря, «потерял дар речи». Где-то в Интернете я прочёл, что если в присутствии полицейских в Марокко по большей степени «мычать» и мямлить, делая вид, что «по ихнему ни бельмеса», им надоедает с тобой возиться, и тебя отпускают. Отлично понимая, что говорят блюстители порядка, я лишь разводил руками, мотал головой и пожимал плечами, тщательно скрывая лингвистическое образование.

Единственное, что я внятно донёс – мне нужна заправка, горючее на исходе. “No excuse (это не отговорка)” – сказал полисмен. Я уже начал думать, что мы серьёзно «попали» на евро. Полицейский пробурчал что-то своему напарнику и протянул мне документы, мол, свободны. Я, естественно, был счастлив и «по газам!»Следующие полчаса прошли в обсуждении «ЧП». Что-то легко нас отпустили. Может быть, у полицейских есть указание лояльно относиться к нарушениям «белых мистеров».

И вот снова океан и город Эсуэйра. Здесь сильный ветер, недаром город славится хорошими условиями для виндсёрферов. Мы были не из их числа, поэтому направили машину к старому городу – Медине, следуя тщательно выставленным указателям.

Повсюду на обочине стоят молодые люди, у них в руках ключи, которыми те звенят перед каждой проезжающей машиной. Таким образом они предлагают ночлег в той или иной гостинице. Это для нас что-то новенькое.

Но нам не нужен ночлег, в целях экономии мы решили в этот же день вернуться «домой» в Агадир.

На подступах к Медине нас встречают паркмэны, жестами показывая, куда нужно поставить машину. Как всегда, долго приходиться маневрировать, т. к. место для парковки – «в притык». Ладно, что здесь все машины с гидроусилителем руля, иначе парковка в Марокко была бы сверхпроблематичной.

Паркмэны не разрешают оставлять машину на ручном тормозе, только на включенной передаче. Сначала я недоумевал – почему? Вскоре всё увидел своими глазами. Наша машина не вписывалась в отведённое нам пространство. Когда я указал на это, паркмэны тут же стали отодвигать соседнюю машину методом «толкача». Последняя едва не задела бампером рядом стоящий автомобиль. Вот почему почти все машины в Марокко беспощадно карябаны, прежде всего, это касалось бамперов.

Наша была не исключением, и лишняя царапина «не сделала бы в море погоды». Поэтому мы не стали сильно переживать.

Заплатив 20 дирхам (1,5 евро) – цена суточной стоянки – не став спорить (уже устали), отправились на прогулку.

К нам тут же присоединился «хелпер». «Я знаю самый лучший ресторан морепродуктов. Хорошая цена, хорошее качество». Он попал в точку. Мы были «зверски» голодны и просто мечтали побывать в настоящем «рыбном» ресторане.

Провожатый вывел нас на набережную, где фактически, под открытым небом была выставлена пара длинных столов, за которыми сидели европейцы и вкушали морские яства. Сдав нас с рук на руки «своему брату», так он охарактеризовал владельца ресторана, хелпер удалился.

На главном прилавке был разложен весь ассортимент морепродуктов. Среди них красовались огромные омары, лобстеры, осьминоги, морские звёзды, кальмары, креветки и, конечно, всевозможные виды рыб. Весь товар приготовлялся тут же на гриле.

Официант предложил нам выбрать с прилавка. Я сказал: «Давай сначала меню». Возможно, неохотно, но меню нам принесли. Я стал показывать на рыбу пальцем и просить официанта показывать на соответствующую цифру в меню. Тот сначала предлагал самый дорогой товар, типа лобстеров.

Тогда я сам стал показывать на понравившуюся мне рыбу и смотреть, по чём она в прайсе.

Выбрав две большие рыбины и королевские креветки, я спросил, сколько всё вместе будет стоить. Официант стал взвешивать товар, причём так быстро, что подсчитать было невозможно. 250 дирхам (20 евро), – подытожил он, салат в подарок.

Мы сели за стол ожидать пока кушанье приготовят на решётке. А пока же нам принесли салат и кока-колу. Креветки и рыба не заставили себя долго ждать. Подрумяненные и ароматные, они смачно выглядели на больших тарелках. Кроме того, нам подали маленьких, маленьких осьминожек, тоже поджаренные на углях (их мы не заказывали, вероятно, они тоже шли «в подарок»). Первый раз в жизни мы обедали в настоящем рыбном ресторане на берегу океана, с которого дул прохладный бриз. От солнца нас спасал также навес.

Вместе с нами за столом сидела семья из четырёх человек. Они болтали по-французски и уплетали вкусности. Несмотря на относительную дороговизну нашего обеда (750 руб. на двоих), к качеству и вкусу еды не было ни малейших претензий. Пищи было много, но тяжести в животе она не вызывала. «Французы», включая подрастающее поколение, всё ели с помощью ножа и вилки. Мы же руками «варварски» срывали с королевских креветок панцирь и с «хрустом за ушами» уплетали деликатесы, жадно запивая колой.

Разделавшись с яствами, очень довольные, мы отправились на прогулку по Медине. После Маракеша в плане экзотики нас уже мало что удивляло, однако здесь мы нашли очень хорошие товары и сувениры. Наталье купили оригинальную «джелябу» из лёгкой чёрной ткани, украшенной цветными «финтифлюшками». Себе я купил просто роскошную «джелябу» из толстой ткани (зимний вариант) кофейно-молочного цвета. Зимой вместо халата будет самый раз.

Время близилось к вечеру, и мы решили, что пора отправляться в обратный путь. Купаться в океане из-за сильного ветра не хотелось. Попили свежевыжатого апельсинного сока и поехали.

На обратном пути, подъезжая к Агадиру, со мной произошёл «казус». Предметом моих пристрастных наблюдений часто становились ослики и мулы. Их покорный вид и трудолюбивый характер вызывали во мне много эмоций и симпатий. Я часто их фотографировал и любил на них смотреть.

Вот и теперь, из окна автомобиля, будучи за рулём, я засмотрелся на ослика. Вдруг Наталья громко закричала: «Олег, смотри куда едешь!» Вообще-то я контролировал обстановку впереди, но не заметил впереди знака «стоп». Впереди идущая машина как раз на него остановилась, а я в это время глядел на ослика, продолжая движение на небольшой скорости. Одним словом, тормоза не подвели. Со свистом от трения покрышек об асфальт я остановился в ладони от впереди стоящего авто.

Кажется, пронесло, иначе нам пришлось бы заплатить франшизу стоимостью в 500 евро.

На ужин пошли в ресторан при отеле, за него не нужно было платить, т. к. мы брали путёвку по системе завтрак-ужин. Если завтрак был по системе «шведский стол», то на ужин предлагался выбор из двух первых блюд, из двух вторых, и из двух десертов. Напитки нужно покупать за наличные. «Сколько хочешь» – уже не было, официант приносил вам порции.

Суп был абсолютно «пустым», возможно такой давали заключенным в 19 веке. Второе блюдо, честно говоря, было неплохим. Однако после супа официант почему-то забывал нести нам второе, нужно было пару раз встать и напомнить. А уж о десерте не было и речи. Его вообще никак не хотели нести (хотя я пирожные вообще не ем, разве для Натальи). Ну что сказать о таких мерзопакостных людишках? Люди, не будьте такими «уродами»! Я вызвал главного и резко с ним поговорил. Тот пообещал исправиться.

На следующий день была аналогичная картина. Пошла ругаться другая иностранка, но, по-моему, и она не добилась успеха. Зато когда мы выпили по стакану отвратительного чая в пакетиках и пошли к себе в номер, главный официант погнался за нами со скоростью сайгака. «Вы должны заплатить за чай!» Ещё одна мерзость буржуазной гостиничной системы. Турист заранее оплачивает в рамках путёвки завтрак и ужин, но почему-то во время ужина напитки не входят в его стоимость. Давай, плати ещё. Хотя во время завтрака к тебе никто не пристаёт. Можешь пить чай или кофе сколько хочешь. Бред какой-то.

6-ой день в Марокко. «Дикий» пляж в Тамри. Рыбный рынок в порту.

На следующее утро, как и решили, стали собираться в поездку на «дикий» пляж в районе г. Тамри (50 км от Агадира).

Однако прежде чем туда отправиться, решили посетить рыбный рынок в Агадирском порту.

Каждое утро туда съезжаются рыбаки, торговцы и покупатели рыбы, чтобы заключить выгодные сделки. Основная часть рыбы уходит с рынка методом аукциона.

Некоторые туристы из нашего отеля настоятельно отговаривали нас от этой затеи, предупреждая о вони, которая нас ожидает.

Долго колесили по порту в поисках рынка. Подсказал полицейский, и мы скоро были на нужном месте.

Часть рыбы продавалась вокруг здания аукциона. Морепродукты лежали в ящиках, либо просто на картонках. Я не силен в различении видов рыб, но среди них определённо были скаты, барракуды, осьминоги, треска, скумбрия и т. д.

Торговцы рыбой с удовольствием позировали, приглашая нас сфотографироваться вместе с ними и их товаром.

Попытались пройти в здание аукциона, но нас «тормознули», объяснив, что туристам нельзя подходить непосредственно к месту торговли. Для зрителей была отведена специальная смотровая площадка на втором этаже, вход на который был с другой стороны здания. Тут же нашёлся «хелпер», пожелавший сопроводить нас до места. Поднявшись по лестнице, он остановился, чтобы показать нам плакат, на котором была изображена вся рыба, продаваемая на здешнем аукционе. Я протянул «гиду» несколько монет во избежание вымогательства, тот на удивление тут же ретировался. Обычно любой марокканец говорит, что ему дали мало.

Зрелище, открывшееся со смотровой площадки, лично меня впечатлило. Участники аукциона плотно окружили ведущего. Тот что-то выкрикивал и тут же записывал в тетрадь. Вообще кричали все. Ящики со всевозможной рыбой, присыпанной крошками льда, располагались рядом с покупателями и продавцами. В пылу азарта и те и другие запрыгивали на ящики, обувью наступая на рыбу. На полу среди штабелей ящиков места было мало, поэтому торг переносился на сам предмет продажи.

Одним словом, весело было наблюдать за этим действом, где мы опять же нимало поснимали.

По дороге заезжаем в небольшой городишко, чтобы закупить фрукты и заправиться. Едва вышли из машины, нас облепляет стая попрошаек, видимо, нищих. Дали одной пару монет, тут же бежит другая, а потом ещё и ещё.

У нас оказалась некая проблема. В порту мы купили у торговца челюсть и голову небольшой акулы. С челюстью всё было ОК. А вот акулья «башка» нещадно воняла, хотя и была пропитана солью. В надежде, что вонь пройдёт, мы купили её, а теперь нам требовалась герметичная упаковка, чтобы казённая машина не провоняла «насквозь». Накупили фруктов, а также кучу пакетов, чтобы упаковать «вонючку». Позже мы её вообще выбросили.

50 км пути от Агадира, и мы прибываем в район города Тамри, где океан делает излучину, образуя огромный песчаный пляж. Шоссе стало уходить вниз, прочь от океана в долину. Мы решили запарковать машину наверху, на краю обрыва и пешком спуститься с горы к океану. Но не тут-то было. Уступы были отвесными, и мы не смогли найти безопасного спуска к воде. Пришлось съехать в долину, и уже там искать отворот с шоссе к пляжу.

Метров 200 не доезжая до океана, нормальная дорога заканчилась, дальше по песку могли ехать только внедорожники. Тут же «из ниоткуда» появился «паркмен», заявивший, что мы должны заплатить ему 20 дирхам за охрану машины. Дело в том, что место парковки было вне зоны видимости, если находиться на берегу. Поэтому мы не стали торговаться.

Место было действительно замечательным. Могучие волны с шумом накатывали на широкий пляж. За спиной горы из красного песчаника. А самое главное – очень мало людей вокруг.

Я тут же побежал в воду. Честно говоря, было немного страшновато. Некоторые волны были большой силы и размера и, буквально, выкидывали меня на берег. Такое я видел только в Индии. Волны то и дело поднимали меня на гребень, Наталья фотографировала и стерегла вещи, затем мы менялись ролями.

Время от времени по пляжу курсировали местные тинэйджеры и дети, и хотя никто из них не проявлял агрессии, всё же оставлять вещи без присмотра было бы неразумным. Дети, приближаясь к нам, складывали пять пальцев в «трубочку» и тыкали их себе в открытый рот, приговаривая: «Манже, манже!» Сначала я не мог понять этого жеста. «Курить, что ли просят?», – думал я. Но, «вытащив из памяти» свой убогий «словарь» французского языка, я вспомнил, что «манже» означает кушать.

У нас кроме фруктов с собой ничего не было, притом мы хорошо понимали, что, угостив одного из пацанов, к тебе явиться целая ватага, и тогда уже не до купания.

Наталья не заплывала далеко от берега, но, по-моему, также испытала массу эмоций от необузданной мощи океанского прибоя, обидевшись на него лишь тогда, когда захотела помыть в нём виноград. Добрый килограмм вкусных ягод океан забрал у Натальи в качестве «жертвоприношения», разорвав полиэтиленовый мешок в клочья.

Проведя на этом пляже полдня, мы вернулись в Агадир. Во второй половине дня мы посетили ещё два любопытных объекта. На въезде в Агадир я неожиданно заметил указатель на кладбище (10 км). Туда мы и поехали. Французы говорили нам, что жертвы землетрясения похоронены недалеко от города. Сторож любезно открыл нам ворота и позволил въехать на территорию. Кладбище было большим, но хорошо просматривалось, т. к. у марокканцев, похоже, не принято засаживать его буйной растительностью. Я пытался объяснить сторожу, что мы хотим увидеть могилы жертв землетрясения. Он меня никак не мог понять, тогда я стал жестами изображать землетрясение, и он понял, что мне нужно. Многие могилы представляли собой лишь каменные плиты с надписью: «Неопознан. Землетрясение в Агадире 29-2-60г.»Вторым объектом, который мы решили посетить, была древняя Медина Агадира, полностью разрушенная землетрясением. Её не стали восстанавливать. Медина находилась на вершине горы, куда вёл недлинный дорожный серпантин. Оттуда открывался вид на весь город и пляж, усеянный огромным количеством отдыхающих.

На месте разрушенной Медины постоянно «тусовались» туристы, и, соответственно, вездесущие марокканские «бизнесмены», навязчиво предлагая всем катание на верблюде, фотографирование с ягнёнком на руках, сувениры и т. д.

Конечно, там тоже был паркмэн и охраняемая стоянка. Я спросил у полицейского, сколько нужно платить за стоянку (мне надоело переплачивать). Тот улыбнулся и сказал, что вообще можно не платить, но если хотите, дайте ему несколько монет. Паркмэн опять стал требовать 20 дирхам, но на этот раз получил только 5. Я сказал, что если с двадцатки не дашь сдачи, вообще ничего не получишь. Тот с неохотой вывалил мне на ладонь кучу мелочи, до тех пор купюру я держал у себя. Я тщательно пересчитал, не хватает одного дирхама. Давай! Только тогда мы уехали.

На другой день в 8-00 я сдал ключи от машины. Славно покатались мы 4 дня.

Следующие пару дней мы валялись на пляже, ходили по магазинам и на рынок. Для интереса зашли в марокканский «МакДональдс», надеясь найти хоть какое-то отличие от, скажем, российского. Но мы были «разочарованы»: “Big Tasty” по вкусу был один к одному, что мы последний раз ели в Москве. Зато у входа стоял здоровенный темнокожий охранник. Как оказалось, в его задачу входило ограждать посетителей ресторана от попрошаек.

Поездка в город Тафраут.

Валяться на пляже быстро надоело, и мы вновь решили взять машину на прокат, правда, уже на сутки. Теперь нам достался Reno Logan в румынском исполнении от фирмы “Dacia”, также за 30 евро в сутки. Машине исполнился всего лишь месяц со дня эксплуатации. Единственным минусом было отсутствие кондиционера. В этот раз к нам присоединилась пара туристов из Москвы, предложив оплатить расходы по аренде и горючему напополам. Мы не были против.

Маршрут я наметил заранее по карте. За день мы планировали проехать 300-400 км. с посещением города Тафраут. Впереди нас опять ожидал горный серпантин и удалённые от океана провинциальные города и деревни Марокко. До полудня солнца не наблюдалось, что нам было на руку из-за отсутствия «кондишки» в машине.

Опять «закружилась» голова от закрученных серпантинов. После полудня солнце начало палить, и мы стали чаще останавливаться в тени деревьев. Во время одной из таких стоянок к нам подошёл молодой марокканец и предложил показать своё жилище. Мы пошли за ним.

На склоне горы, внизу от дороги, находились полуразвалившиеся сооружения из камня и глины. «Там мой дом», – сказал наш спутник. Он говорил по-французски, и я кое-как его понимал.

Сказать, что это было убого – ничего не сказать. Я, честно говоря, до сих пор не верю, что он может жить в таких условиях. Поди, сделал «декорации» для проезжающих туристов… и деньги зарабатывает.

По всей видимости, здесь когда-то проживало много людей. Есть даже сторожевая башня. Многие помещения полуразрушены. Из того, что осталось – это и есть жилище нашего знакомого. Он показал нам систему водоснабжения, а чтобы доказать, что в накопителях есть вода, бросил в темноту подземного резервуара камешек, и мы услышали «плюх». В его спальне на полу были расстелены ковры, а вдоль стен лежали небольшие подушки. Тут же кухня. Как он готовит пищу, я так и не понял. Он предложил нам чай, но мы дружно отказались.

Марокканец показал нам также помещение для молитв, многочисленные коридоры, в которых сохранялась прохлада, место для скота. На вопрос, где его родственники, он ответил, что ушли в деревню. Только я не понял: на постоянно или на время.

Настал час «расплаты», хотя опять же не было никакой предварительной договорённости. У меня в кошельке не оказалось мелких денег. У москвичей из мелочи был лишь евро монеткой и не более 5 дирхам. Хозяин дома предложил посетить его «магазин». Он стоял у дороги. Когда я туда зашёл (обычный сарай), то понял, что брать там нечего: всё было запылено и низкого качества.

Нужно отдать должное нашему «гиду», что в отличие от других марокканцев, он не стал впадать в истерику от того, что мало дали. «Сколько дали, столько и ладно» – было написано на его лице. Мы сели в машину и продолжили путь.

Город Тафраут расположился среди живописных овальных гор розово-коричневого цвета. В его предместьях было решено устроить пикник среди пальм и камней. Москвичи угощали нас всякими закусками и фруктами, мы с Натальей ничего не взяли, надеясь пообедать в местном ресторанчике, но раз уж мы вместе, разделяться было нехорошо.

«За бортом» стояла несусветная жара. И от неё спасало только движение. Пообедав, тронули дальше, по другой дороге обратно в Агадир.

Едем, и я вижу надпись на английском языке – «раскрашенные камни» (на право показана стрелка). Что за «раскрашенные камни»? Я предлагаю свернуть с шоссе в пустыню, и если недалеко, посмотреть, что там такое. Попетляв какое-то время по грунтовке, мы упёрлись в непроезжаемый участок дороги и встали. Дальше пешком.

Неожиданно перед нами оказались огромные каменные валуны, раскрашенные синей краской. На фоне каменистой пустыни и безжизненных гор это выглядело оригинально. И не лень же было кому-то тащить сюда бочки с краской и красить камни, если не сказать горы.

Время от времени среди пустыни встречались одиноко стоящие роскошные особняки, обнесённые стеной. Что за радость строить «оазис» в такой глуши, где вокруг безжизненные горы, полупустыня и испепеляющее солнце? Но все люди разные.

Под вечер мы вернулись в гостиницу в Агадире.

Наше 11-ти дневное пребывание в Марокко подходило к концу. Мы познакомились ещё с одной страной со своим своеобразным климатом, природой, людьми. Последние оказались диковатыми в своём большинстве и весьма далёкими от цивилизации. Я читал отчёт Матвеева о путешествии автостопом по Марокко. Он не раз отмечал гостеприимство марокканцев, и с автостопом у него почти не было проблем. Путешествуя таким образом, «картинка» наверняка получится другой. Я лишь рассказал о своих ощущениях и о том, что видел.

К сожалению, нищета и грязь здесь встречается часто, не так как в Индии, но всё же. Много попрошаек и авантюристов, которые пытаются «сорвать банк» на пустом месте. Обслуживание в ресторане отеля было курам на смех. Пища была частично несъедобной, а та, что съедобная, подавалась неумело, долго, если о вас вообще не забудут. Известно, что плетью обуха не перешибить, поэтому мы плюнули на это и питались преимущественно вне отеля, благо, еда недорогая.

Встречались, конечно, и такие марокканцы, после общения с которыми, на душе становилось тепло, например, человек из фирмы по прокату машин, некоторые официанты в городских ресторанах, которые обслуживали нас от всей души, правда, за наши деньги. Но ведь в Марокко нет коммунизма, хотя даже товаро-денежные отношения там реализуются в очень искажённом виде.

Зато в Марокко нам понравились дороги (говорят, строительством руководили французы), великолепные горные пейзажи, каменистые пустыни, козы на деревьях, экзотика Медины в Маракеше, и, конечно же, океан, особенно в районе г. Тамри. Климат в Агадире как раз для тех, кто любит умеренно тёплую погоду – с океана постоянно дует приятный морской бриз, не давая вам скисать от жары.

С небольшим опозданием, о котором нас заранее предупредили, самолётик забрал нас в Москву.

Несколько омрачила наше путешествие поездка на поезде от Москвы до Уфы. Места в плацкартном вагоне пассажирского (не скорого) поезда оказались как раз в том месте, где окна не открывались вообще (типа пожарный выход). На улице было выше 30-ти, поэтому мы чуть не умерли от духоты. Мало того, в нашем «купе» время от времени воняло какой-то тухлятиной (словно мышь сдохла, я проверил, ничего не нашёл). Зато «сэкономили» на дешёвых билетах…Но, плохое, как известно, забывается. Прибыв в Уфу, мы стали вновь строить планы будущих путешествий. Одно из них, кстати, скоро и свершилось. Я, Наталья, мой товарищ Ильдар и его сын отправились на север через города Ижевск, Киров, Сыктывкар в город Ухту (Республика Коми) на моей машине в автопутешествие. Нас пригласили в гости посмотреть северные края.

Но об этом отдельный рассказ.


Комментарии
фотографий не хватает 
всё таки страна коллоритная...
Авторизуйтесь, чтобы оставить отзыв
Оцени маршрут  
     

Еще маршруты в Марокко
еще маршруты
О Маршруте