Байкал 2005

Идет загрузка карты ...
Побережье озера Байкал.
 
Байкальский дневник
Тема: Подробное описание

26 июня. «Ну, все, ребята, а дальше я вас не повезу!» - сказал наш водила, вылезая из кабины микроавтобуса. Мы стояли на берегу реки Баргузин, в поселке Усть-Баргузин. Время было всего 7 часов вечера. Наш водитель, по договоренности, должен был довести нас до Монахово, и ночью вернуться в Улан-Уде. Но паромщик заканчивал свою работу через 2 часа, и это обстоятельство смешивало все наши карты. Торчать всю ночь в Усть-Баргузине и ждать открытие парома мы не собирались.
Делу помог небольшой магазинчик, стоявший в двух шагах от паромной переправы. Здесь мы закупили «Кузьмича», после чего отправились на мирные переговоры с паромщиком. Оказалось, что для своих корешей переправа во внеурочное время стоит всего 200 руб.
Уладив конфликт и закупили вяленного омуля, мы продолжили заброску на полуостров Святой Нос. Выезжаем на перешеек, соединяющий «материк» и полуостров Святой Нос.
Через 5 км от переправы проезжаем мимо Бормашевого озера. В озере кишмя кишат гаммарусы – рачки-бокоплавы, которых местные рыбаки называют бормашем. Бормаши – великолепная приманка для рыбы. На нее охотно клюет омуль, хариус, сиг. Наш водила рассказывает, как он раз приезжал сюда на зимнюю рыбалку. «Зимой бормаши собираются у самого льда в большом количестве. Кажется, что это черная шевелящаяся бахрома. Рыбаки долбят во льду большие лунки, опускают туда ящик с ручкой и водят его кругами. Добытых таким способом бормашей, затем горстям забрасывают в лунку, и вода буквально кишит от рыбы». Кроме того, вода Бормашевого озера содержит фтор, и местный народ уверен, что купание в этом озере лечит кожные заболевания.
На живописном берегу озера есть место, напоминающее свалку. Это – буртуй, так называется место общения с бурханом. Бурятские водители часто останавливаются здесь «побурханить». Наш водила тоже хотел остановиться, но мы торопились и «бурханство» ограничилось переломанной сигаретой и несколькими монетами, брошенными в общую свалку.
Буквально через 5 минут наш микроавтобус застрял в песке. Водила с радостью сказал, что это бурхан не доволен скромным подношением, и, что надо было не жмотничать, а налить водиле «Кузьмича». Почему надо было угощать водилу, а не бурхана, нам не объяснили.
Наша группа состоит из «рыбаков» и «пешеходов». «Рыбаки» организовывают базовые лагеря и ловят рыбу. А «пешеходы» получают удовольствие от радиальных прогулок. Вытаскиваем микроавтобус, и «рыбаки» на нем уезжают в Монахово. А я с «пешеходами» остаюсь на перешейке.
Погода стоит прекрасная. Мы быстро поставили палатку, и пошли за дровами. На берегу встречается много сухих дров, и практически в любом месте можно разбить лагерь. После ужина мы искупались в Баргузинском заливе и после пошли спать.
27 июня. Утром мы пошли знакомиться с Мягкой Каргой – так местные жители называют песчаную косу. Коса представляет собой чередование песчаных валов, высотой не более 1,5 м. На перешейке растет сосна, кедровый стланик и черемуха, которая на удивленье в конце июня только начинала цвести!
Справа от нас (если смотреть на Святой Нос), за широкой полосой болот, скрыт Чивыркуйский залив. В центре болота стоят сухие деревья мертвого леса. Этот лес заинтересовал нас огромными гнездами, которые можно было хорошо разглядеть метров за 300. Вытаскиваю из чехла треногу для фотосъемки. Опираясь на нее и проваливаясь по колено в ржавые воды болота, ковыляю к гнездам. Гнезда построены на старых соснах. Вблизи высота гнезда оказалась более 1 метра! Да-а-а, когда-то здесь обитал орлан-белохвост. Возвращаемся к палатке.
Собираем вещи и выходим. До Монахово нас отделяет 25 км. Проходим триангуляционную вышку. Забираемся на нее. Любуемся перешейком и отсутствием транспорта. Да, это не Москва: ни людей, ни машин.
Через час перешеек заканчивается, и мы вступаем на Святой нос. По-бурятски полуостров называется Хилмэн-Хушун, что означает «морда осетра». Оригинальное сравнение! Наша дорога идет через красивый лес. На берегу ручья Буртуй мы устроили перекус. Как я уже говорил, буртуй – это место поклонения Бурхану. Вечером приходим в Монахово. Оказывается, что Монахово – это название местности. В 19 веке здесь стоял скит, в котором жили монахи Баргузинского Спасо-Преображенского собора. Сейчас здесь стоят три усадьбы, в одной из которой проживает семья лесника.
Бухта Монахово очень удобна для организации базового лагеря. Рядом с песчаным берегом организована стоянка для машин, а на самом берегу есть около десятка стоянок с костровищами и обеденными столами.
«Рыбаки» уже построили катамаран, и ушли ловить знаменитого чивыркуйского окуня. А мы поставили палатки, и пошли купаться. Чивыркуйский залив занимает второе место после бухты Песчаная по температуре воды. После купания пошли осматривать окрестности.
На севере бухты возвышается живописный утес. Мы поднялись на него и были очарованы открывшимся видом озера. Прямо на против нас возвышается остров Бакланий. За островом в дымке возвышался Баргузинский хребет. Дымка окутывало все восточное побережье Байкала. Лесники рассказывают, что это горит тайга. Оказываются, местные бурятские власти приняли закон, по которому забайкальскую тайгу может вырубать все, кому не лень. Причем, для «сохранения» лесных богатств, было принято решение в первую очередь вырубать горелый лес. Цена такого леса существенно отличалась от живого. И народ правильно воспринял новый закон. Вырубка происходит по следующей схеме. Поджигается лес. Тут же тушится. Лесники составляют акт о лесном пожаре и продают «горелый» лес по демпинговой цене. После этого лес вырубается, а место вырубки поджигается по второму разу. Интересно, что весь лес скупают китайцы, которые с пачками денег стоят на единственной трасе в ожидании проезжающих лесовозов.
Вечером возвращаемся в лагерь. Дежурные приготовили великолепный ужин. Окунь пошел на уху, а филе щуки пожарили.
28 июня. Всю ночь рядом с нашей палаткой происходил какой-то шум. Оказывается, это подъезжали рефрижераторы из Улан-Уде.
В 9 утра к Монахово подошел частный рыбацкий катер «Зевс», за которым тащились две доры (большие рыбацкие лодки). Первая дора была загружена окунем, а во второй был омуль. Капитан презентовал нашей группе пару ящиков омуля, а мы за это перетаскали из рефрижераторов пустые ящики к катеру. Пока происходила перегрузка рыбы, один из рыбаков «Зевса» - Валерий Чирков, на нашем костре готовил на рожнах окуней. Валерий жаловался, что омуля в Байкале становится все меньше и меньше. Если раньше использовалась сеть шириной 3 м, то сейчас используют 500-метровые сети, шириной 15 м.
После позднего завтрака «пешеходы» уходят осматривать восточное побережье полуострова. До поселка Курбулик можно пройти как по берегу, так и по грунтовой дороге. Решили идти по берегу Байкала. Интересно, что местный народ никогда не называет Байкал озером, а величает его морем.
Через 2 км входим в полузаброшенную деревню. Десяток домов ютится на песчаном берегу возле красивого мыса Катунь. Как в насмешку, эта деревня имеет то же название. На тюркском языке слово катунь означает «ханша, хозяйка». Деревня заканчивается перед слабовыраженной Сорожьей бухтой. Название бухты происходит от имени небольшой рыбки сорога.
За мысом Катунь мы не рискуем идти по берегу, и выходим на грунтовую дорогу, которая идет через лес. Дорога изобилует крутыми подъемами и спусками. В лесу радует глаз белые шапки цветущего багульника. Грибов почти нет.
Через 40 мин. входим на окраину поселка Курбулик. Поселок резко отличается от Катуни своей ухоженностью. Многие дома украшают спутниковые антенны. Дома построены по двум падям – Большой и Малой Курбулицкой. Падью на Байкале называют сухую узкую горную долину, по которой временами течет ручей. В Курбулике пади разделены скалистым мысом, у подножья которого проходит живописная тропа. Идем по берегу у самой воды. Саша находит ветку знаменитую байкальской губки, очень похожую на ярко-зеленый коралл. Губка является самым древним организмом озера – она живет в озере уже 10 млн. лет! Байкальская губка является уникальным организмом, в ее организме кроме собственных клеток живут так же бактерии и водоросли.
Проходим поселок, и дальше идем по тропе над обрывистым берегом. Пройти удается только до мыса Покойники, дальше тропа теряется в чаще. На прощанье делаем фотографию стоящей в одиночестве скалы-острова Покойницкий Камень. Встреченный рыбак объяснил нам происхождение названия Покойники. Когда-то давно, в этих местах погибла группа рыбаков, от отравления осетром. Оказывается, по хребту осетра проходит жила, похожая на мягкие хрящики. Это визига. У свежей рыбы - она совершенно безобидна, но если осетр уснул в воде, то визига в его тело активно начинает выделяться яд. Что бы удалить визигу, надо отрезать осетру голову, а потом аккуратно надрезать по кругу хвост и осторожно, так чтобы не порвалась, вытянуть визигу.
На обратной дороге мы встретили в Курбулике работника Забайкальского национального парка Виталия Дубровского. Договорились с ним, что завтра утром он заберет нас в Монахово и на своем катере забросит до устья Большого Чивыркуя. Обратно до Монахово возвращаемся на моторке.
Вечером наши рыбаки пошли на катамаране рыбачить, а я пошел искать Монаховскую засечку, которая была сделана знаменитым исследователем Сибири, польским ссыльным И.Д. Черским. Засечка выдолблена долотом на скальном уступе мыса Монахово на высоте 2 м над уровнем озера. Летом 1878 года Иван Дементьевич исследовал колебания Байкала. Черский сделал 16 засечек по периметру Байкала. По засечкам узнали, что самый высокий уровень воды бывает в сентябре, а самый низкий – в марте. Обычная сезонная разница уровня воды составляет около 1 м. Правда известны года, кода амплитуда колебаний составляла 3 м. Так же узнали, что на различных участках Байкала уровень воды относительно горизонтали может отличаться на 1 м. Это вызывается разным барометрическим давлением. После того, как в 1956 году построили громадную плотину Иркутской ГЭС, и уровень Байкала поднялся на 1 м, засечку перенесли на более высокий уровень.
29 июня.С утра за нами пришел катер. Катамаран мы решили не разбирать, и, не сдувая, затащили его на палубу. Отчалили.
С воды было видно, как над горами Святого носа начали образовываться пухлые облака. «Святой Нос закурил трубку. Это значит, что ветра не будет, и что омуль пойдет «на проход», поверху. Рыбаки будут ставить наплавные сети», - объяснил Виталий.
Внезапно наш катер останавливается. Рядом с бортом плавает пластиковая бутылка из-под «Пепси-колы». Бутылка привязана к сети, и внутри содержит записку. «Петрович сеть поставил», уверенно говорит Виталий. Он достает багор и вылавливает бутылку. Оказывается, что внутри не просто бумажка, а разрешение на лов рыбы.
По пути на Большой Чивыркуй решили осмотреть остров Бакланий. Бурятское название острова – Шимай. Это самый большой остров залива. Его длина около километра. Ширина – 200 м. Виталий говорит, что раньше здесь действительно жили бакланы, а теперь остались только тетерева. Мы обогнули южный мыс и зачалились. Осмотр острова занял 1 час.
Дальше наш катер пошел вдоль восточного берега залива. Виталий обращает наше внимание на Крохалиную бухту. Бухта названа по имени утки крохаль, которая здесь обитает. Большого крохаля отличают от длинноносого. Большой крохаль обычно гнездится в расселинах скал, а длинноносый строит свое гнездо в зарослях кустарников или травы, невдалеке от воды. На Байкале из уток обитают еще и гоголи. Крохолят от гоголят отличают по шуму, который они создают, убегая по воде. Там, где крохалей не тревожат, они подпускают человека на близкое расстояние, затаиваясь среди камней. Сейчас в бухте Крохалиная для новых русских стоит баржа-гостиница, и от крохалей остались одни воспоминания.
После Крохалиной бухты наш катер огибает массивный мыс Каркасун. Его еще называют Каракусун. Название переводится как «черный выступ». Виталий говорит, что над мысом в лесу стоит огромная триангуляционная вышка.
После мыса Каркасун начинается длинный песчаный пляж, который заканчивается устьем Большого Чивыркуя. За тысячи лет река вынесла в Байкал огромное количество песка, и поэтому наш катер не может близко подойти к берегу. Спускаем катамаран и на нем перевозим все вещи. Договариваемся с капитаном, что он вернется за нами через два дня.
Лагерь разбиваем на берегу Большого Чивыркуя. От ветра Байкала нас защищают песчаные барханы. Место дикое. Дежурные начинают готовить, а народ разбредается осматривать окрестности.
От устья Большого Чивыркуя до начала мыса Каркасун песчаный берег тянется на 3 км. Вглубь берега тянется полоса барханов, на которых можно увидеть цветущий белыми цветами багульник, зеленые пятна брусничника, правильные шары кедрового стланика, а чуть поодаль стоят разлапистые кедры и лиственницы. Видно, что песок от берега наступает на тайгу высоким барханом. Этот бархан постепенно засыпает деревья, и они засыхают. От некоторых деревьев из песка торчат только макушки. Рядом с одним кедром стоит громадный молоток-колотушка, которым осенью сбивают кедровые орехи. Этот кедр вместе с колотушкой уже до половины засыпан песком. Встречаются ходульные лиственницы. Это деревья, из-под которых ветер сдул песок, и теперь они стоят на своих мощных корнях. Интересно, что не бывает ходульных кедров, так как их корни более хрупкие, чем у лиственницы, и эти корни не выдерживают тяжесть дерева. По песку «пробегает» множество следов, среди которых можно узнать мышь, волка и медведя. В песке можно встретить чьи-то скелеты.
Обогатившись эмоциями, возвращаемся в лагерь.
30 июня. Рано утром к нам с ведром окуней забрел Леонид Степанович. Степаныч уже 27 лет работает в этих местах лесником. За завтраком он рассказал нам интересную историю о том, как в советские времена партия решила удвоить количество омуля в Байкале. А началось все с того, как в преддверии какого-то юбилея, какой-то местный «Кулибин» предложил перегородить устье Большого Чивыркуя металлической сеткой. Во время нереста, когда омуль пойдет в верховья этой реки, предполагалось через эту сеть пропускать электрический ток. От такого стимулирования самки отдавали свою икру в специально отведенных отстойниках в искусственных ответвлениях русла. Считалось, что если икринки отгородить от хищников, то омуля будет просто немеренно. Сказано – сделано. В устье Чивыркуя, на его правом берегу построили поселок со школой и магазином. И начали долбать омуля электрошоком. Родившихся мальков выкармливали до определенного возраста и потом выпускали в Байкал. По началу все вроде бы шло хорошо. Но вот стали замечать, что размер омуля начал уменьшаться. Оказалось, что с увеличением количества рыбы, количество корма для нее не изменилось. И что бы прокормиться, омуль перестал расти. Слава Богу, грянула перестройка, и регионы перестали получать финансирование. Буквально, за пару лет поселок в устье Большого Чивыркуя развалился. И теперь здесь живет только один Степаныч.
После завтрака «рыбаки» отправились на промысел, а «пешеходы» пошли знакомиться с долиной Большого Чивыркуя. Переправились на лодке Степаныча на правый берег, и по старой дороге углубились в лес. За старым кладбищем свернули на тропу. Похоже, что этой тропой люди пользовались много лет назад. Встретили медвежьи следы. За 2 часа мы дошли до левого притока Крохалиный. Напротив устья этого притока как раз и находилась пресловутая рыборазводочная станция. Дальше река начинает оправдывать свое название. Имя реки происходит от бурятского шэбэр, означающее «чаща, густой лес», а сочетание шэвэр хуу переводится как «заросший густым лесом». Тропа потерялась. Возвращаемся. На обратной дороге встречаем наших рыбаков с уловом хариусов. Большой Чивыркуй считается самой рыбной рекой залива. Хариусов здесь полным полно. Если идти по берегу, то рыбу в воде видно. Но и она тебя видит. И на крючок не идет. Поэтому нашим рыбакам приходилось ложиться в высокую траву, и уже из травы пробовать ловить рыбу.
1 июля. Сегодня решаем подняться на сопку (высота 744 м), которая возвышается над мысом Каркасун. На вершине стоит огромная триангуляционная вышка. Степаныч сказал, что не доходя 50 метров до основания мыса, надо свернуть в кедровый стланик – там начинается старая тропа на сопку.
Проходим пляж. По дороге Андрей находит на берегу полузакопанную в песке бутылку грузинского коньяка. Привет от новых русских из Крохалиной бухты!
Находим начало тропы и начинаем подъем. Идем по кедровому стланику, как по туннелю. После кедрового стланика начался курумник. Здесь мы тропу потеряли. Дальше начался буреломный лес. В лесу часто попадались норы, диаметр которых превышал полметра! Интересно, кто здесь живет, вдали от воды?
Вершина высоты 744 оказалась обширной, и вышку нашли не сразу. Вышка оказалось самой большой из тех, которые я когда-либо видел. Трудно представить, кто смог ее построить, поднимая огромные бревна на значительную высоту. Не вышка, а памятник прошедшей эпохи. Подняться на вышку побоялись из-за ее ветхости.
На обратной дороге ухитрились заблудиться и вломились в кедровый стланик. Прыгая по его веткам, я оступился и начал падать, но до земли так и не долетел, запутавшись в плотных ветвях.
Намаявшись, возвращаемся в лагерь.
2 июля. Переходим на катере через Байкал. Вечером останавливаемся рядом с мысом Солнечный (этот же мыс имеет второе веселое название – Покойники).
3 июля. После завтрака «пешеходы» берут палатки и суточный запас продуктов. Наша цель – посмотреть исток реки Лена.
Выходим в 9.00. По берегу доходим до метеостанции «Солнечная». Договариваемся с УАЗиком, что бы он доставил наши рюкзаки к ручью Солнце Падь. За метеостанцией идем по лесу. Вокруг летает множество птиц. Здесь можно увидеть (или услышать) дубровников, белошапочных овсянок, гаичек-пухляков, поползней, сибирских мухоловок и пятнистых коньков.
Подходим к сухому руслу Солнце Пади. Эта падь имеет и другое название– Солонцовая. Надеваем рюкзаки и начинаем подниматься по левому борту долины. По сторонам поднимаются высокие каменистые склоны, покрытые черными осыпями. Долина ручья сказочно красивая. Иду первым. На тропе попадаются большие вывернутые камни. Таким способом медведь предупреждает людей, что он недоволен их присутствием.
Над нами летает множество кедровок. Эти пестрые, необыкновенно шумные птицы, кричат разными голосами. Кедровки охотятся за прошлогодними шишками, которых здесь великое множество. Солнце Падь славится богатыми кедрачами. Встречаются кедры в несколько обхватов.
Километра через полтора тропа упирается в высокий обвал, состоящий из больших гранитных глыб. Между глыб растут кусты душистой смородины и красной рябины. Высота обвала - 260 метров. Тропа круто взбирается на него.
В 5 ч. вечера достигаем груду культовых камней – обо, обозначающих перевала. Он возвышается на 820 м над уровнем Байкала. На перевале со мной происходит удивительная вещь. При замене фотопленки вдруг обнаруживаю, что я ее с утра не вставил в фотоаппарат. Пока обдумываю происшествие, народ снимается и уходит. Я вставляю новую пленку и делаю несколько кадров. Быстро иду по тропе, стараясь догнать группу. Но группы нигде нет. Прохожу мимо старой клетки, обтянутой сеткой-рабицей. Видимо, кто-то отлавливал редких птиц в Байкало-Ленском заповеднике и содержал в этой клетке.
За перевалом, чуть в стороне от тропы, лежит небольшое озерцо, с которого доносятся голоса пеночек. Спускаюсь к нему сделать несколько фотографий. Над озером кружит пара куликов и один перевозчик. Встречаюсь с Аней и Кацо. Они тоже отстали, и не знают, куда ушла группа. Возвращаемся на тропу и идем к. Лене. Абсолютно нет никаких следов людей. Пытаемся «аукать».
В верховьях река Лена течет несколькими протоками по слегка заболоченной, но очень живописной местности. Идем по ягелю мимо кустов с желтыми цветками. Это лапчатка кустарниковая или курильский чай. Многие народы используют его высушенные цветки и листья для приготовления напитка, похожего на чай. Настойка курильского чая повышает иммунитет человека. В Монголии настой листьев и цветков применяется как кровоостанавливающее средство.
Мы прошли по звериной тропке вниз по Лене 1 час, и встали лагерем напротив живописного 2-метрового водопада. Вечером попробовали рыбачить, но тщетно.
4 июля. Встаем в 6.00. После завтрака возвращаемся обратно. На перевале в каменной пирамиде оставляем записку. Начинаем спуск. Вдруг слышим какой-то шум. Останавливаемся. Через 5 мин. на перевал выходит наша группа. Оказывается, вчера они свернули с перевала на курум, и по нему прошли 1 км вверх по долине Лены до избушки, где и переночевали.
Благополучно спускаемся знакомой тропой вниз, и в 5 часов возвращаемся на катер. После ужина катер отчаливает и берет курс на о. Ольхон.
5 июля. Встречам рассвет перед громадным мысом Хобой - северной оконечностью Ольхона. Бурятское слово хобой означает «клык, коренной зуб». Следующий мыс, мимо которого мы проходим – это Шунтэ-Левый. Мыс абсолютно голый, и только на вершине стоят несколько лиственниц. Бурятское слово шэнэтэ так и переводится - «лиственница». Очень понравился Амтархайский залив. Там одна скала рассечена громадной вертикальной трещиной. На другой скале мы любовались выходом белого мрамора в виде гигантской буквы «М».
Останавливаемся в заливе Хага-Яман. Название залива происходит от бурятского сочетания хагай аман, означающее «рот хагая», или в переносном смысле - «широкое, открытое устье». В заливе Хага-Яман заканчивается единственная широкая сквозная долина, разорвавшая цепь гор восточного Ольхона. На берегу залива стоит метеостанция и несколько домиков. Это пос. Узуры.
Ставим палатки и после завтрака, захватив воду, на весь день отправляемся осматривать северную оконечность Ольхона. Дневной переход составляет около 25 км. Проходим через Узуры и по тракторному следу поднимаемся на гору Толгой. С горы открывается изумительный вид на северную оконечность Ольхона. Название горы переводится как «вершина».
За горой входим в чистый лес. Кстати, название острова Ольхон происходит от бурятского слова ой – «лес», а сочетание ой хон означает «немного лесистый». За лесом начинается степь. В воздухе стоит приятный запах полыни и чебреца. Идем по краю обрыва и любуемся водами Амтархайского залива. Вертикальные течения на поверхности воды Байкала образуют забавные картинки.
Если смотреть на юго-восток, то в 12 км от нас находится самое глубокое место на Байкале. Когда глубину измеряли с помощью троса, то зафиксировали 1620 м, а в 1974 г. использовали эхолот, и получили значение 1637 м.
Достигаем мыса Шунтэ-Левый. Выходим между скал на самый край. Как с носа корабля любуемся спокойным Байкалом. Далеко внизу виднеется рыбацкая лодка. За проливом хорошо виден Байкальский хребет.
Рядом с мысом стоят в виде конуса сухие лиственницы. Это ритуальное место. Подъезжает УАЗик, и из него выходят трое бурят. Садятся рядом с ритуальным местом и достают водку. Старший вначале отдает дань почтения духам предков, и капает водку на камень (на землю нельзя, т.к. на землю капают только покойникам). Затем водка безымянным пальцем капается на грудь за потомство. После этого рюмка выпивается, и бутылка передается следующему по старшенству. Мы разговорились. Мужики принадлежали к роду Шоно (волк) племени Эхирит. Причем двое принадлежали к роду Эхе Шоно (большому волку) а один - к Бага Шоно (малому волку). Мужики приехали после праздника – арюлган. У их родственника месяц назад родился сын, и сегодня по традиции собиралась вся родня дарить подарки – телят, ягнят, деньги. Интересно, что роды в этих краях принимает повитуха – тодэ. Она знает все тонкости своего дела: принимает младенца, обрезает пуповину, купает и пеленает ребенка. Любопытно, что у бурят принято закапывать послед – тоомто. По обычаю, если ребенок заболевал или будучи взрослым терпел неудачи, то там, где был захоронен послед устраивалось обрядовое угощение.
От мыса Шунтэ-Левый поворачиваем обратно. Идем по проселочной дороге. Проходим мимо небольшого табуна лошадей. Подходим к ферме Усык. Здесь находится первый колодец на нашем пути. На ферме всего несколько домов. Нам настолько надоела рыбная диета, что мы решили купить барана за 2000 руб. Нас приглашают в дом и угощают вкусным обедом. На стол выставляется бухэлэр и хима. Бухэлэр – это вареные куски мяса (обычно количество вареных кусков соответствует количеству гостей), которые режут на мелкие кусочки и подают к столу вместе с бульоном. Для приготовления химы толстую кишку набивают мясным фаршем с перцем, солью и луком, затем ее варят, а затем разрезают на части и подают к столу.
После сытного обеда, захватив барана, продолжаем наш путь в Узуры.
Вечером вкусный шашлык дополняет изумительную уху.
6 июля. Рано утром за нами приехал заказанный УАЗик. На Ольхоне такие УАЗики, приспособленные для перевозки туристов, называют «таблеткой». Выезжаем в с. Хужир.
Дорога идет по берегу красивого залива - Нюрганской губы. Украшением этих мест являются песчаные дюны. Из путеводителя мы узнали, что временами они способны издавать какие-то звуки. Но нам не повезло: день был безветренным, и дюны молчали. Зато на песчаных холмах росли сосны самой причудливой формы, и среди них попадаются деревья, чуть ли не завязанные в узел. Такую форму они приобрели от близкого дыхания самого сильного ветра на Байкале, который именуется сарма. Ветер назван в честь речки, из долины которой он вырывается.
Мы сделали остановку возле одинокого дома с позеленевшей крышей. Водила рассказал, что в 70-е годы какой-то партийный начальник повелел на этом месте построить рыбацкий поселок Песчанка (на некоторых картах - Песчанная), состоящий из 20 домов. В один прекрасный день сарма, как знаменитый волк из сказки «три поросенка», сдула весь поселок. Гуляя по окрестным дюнам, я находил кирпичи от печной трубы, улетевшие от поселка метров на 200!
Незаметно переезжаем через небольшой отрог, которым заканчивается Нюрганская губа (нюрган по-бурятски означает «спина, хребет»). Минуем деревни Халгай и Харанцы. Поселок Харанцы назван по имени скалистого мыса, который раньше служил наблюдательным пунктом (харанса означает «смотровой»).
В Хужире наша «таблетка» привезла нас к началу длинного пляжа, который тянется на 3 км от мыса Бурхан в сторону пос. Харанцы. На песчаном пляже стоят десятки палаток – многие иркутяне проводят здесь свои отпуска. Мы разбиваем лагерь и уходим осматривать окрестности.
Вначале сходили на мыс Бурхан (на некоторых картах он обозначен как мыс Скала Шаманка). У бурят мыс Бурхан считается сакральным местом. На его вершине в расщелину вбита палка, на которую намотано множество ленточек. Мыс очень живописен. Он является своеобразной визитной карточкой Байкала, без его изображения не обходится ни один байкальский фотоальбом.
Искупавшись в заливе, мы пошли в Хужир. Это село называют столицей Ольхона. Оно было образовано в 1939 г. Идем по центральной улице «им. 19 парт. Съезда». Заходим в местную школу посмотреть интересный музей. Но двери музея оказались закрытыми. Нам советуют сходить домой к Ревякиным, и попросить, что бы открыли музей.
Пока гонцы бегают за ключами, мы решили продолжить осмотр Хужира. Центральная улица приводит нас на Маломорский рыбзавод. Глядя на допотопное оборудование и на рыболовецкие боты, ржавеющие на берегу, диву даешься, как можно было уничтожить когда-то процветавший рыбный промысел. Ведь завод был построен в уникальном месте – на берегу Малого моря, где омуля столько, что он сам чуть ли не запрыгивает в омулевую бочку.
Что бы иметь представление о доходах рыбаках, мы зашли в заводскую контору и узнали, что обычно бригада из пяти рыбаков вылавливает в месяц около 5 тонн рыбы, и сдает омуля по 17 рублей за килограмм. Получается, что каждый рыбак зарабатывает около 17 тысяч рублей в месяц.
После рыбзавода осмотрели школьный музей. Здесь мне запомнилась омулевая бочка. Я даже не представлял себе, что бывает такая большая тара для засолки омуля. Говорят, что раньше в такой бочке можно было засолить 500 омулей, современных же омулей здесь может поместиться несколько тысяч.
Вечером гуляли по селу. Постоянное электричество в Хужире отсутствует со времен перестройки. После того, как администрация отключила свет, местные мужики распилили столбы на дрова, а провода сдали на лом. Сейчас в селе работает дизельная установка, прозванная в народе «балалайкой» за издаваемый шум. Свет горит по графику только у половины поселка с восьми вечера до полуночи. Богатые хужирцы, занимающиеся рыбным браконьерством, обычно имеют японские генераторы.
7 июля. Утром договорились с катером, что он забросит нас в район бухты Песчаная за 9000 руб. Для уменьшения стоимости берем с собой на борт еще 3 французов, которые путешествуют по Байкалу.
Наш капитан оказался большим знатоком Байкала. Проходя мимо обрывистых берегов острова Замогой и Шибетского мыса, капитан рассказал, что, по преданию, в XVII-XVIII веках предки ольхонских бурят перекочевывали через Малое море с Эхирита. Путь (он по-бурятски называется зам) проходил по льду мимо острова Замогой. В районе мыса Шибетский в 8 веке стояло тюркское племя курыкан. На мысах они построили оборонительные стены, которые по-тюркски называется шибе. Капитан говорит, что на мысу еще встречаются места, где раньше приносили жертвоприношения.
Показывая на залив Мухур (его название переводится как «тупик»), капитан говорит, что недавно он подвозил археологов, которые на берегу Мухура изучали могильники древних хуннов. Эти кочевники хоронили своих соплеменников в каменных ящиках. Хунны впервые на территории Центральной Азии в конце 3 в. до н.э. создали государство. Мощная, всегда готовая к боевым действиям армия завоевала огромную территорию, северная граница которой проходила по западному берегу Байкала. Только непроходимая тайга, стоящая за Байкалом, смогла остановить нашествие хуннов.
За Ольхонскими воротами выходим в Байкал. В заливе Ая мы наблюдали за необычными действиями судна «Зайсан». Корабль стоял у обрывистого берега, а винты его работали во всю мощь. Оказывается, что таким образом команда поднимала со дна тонны ила, и привлекала голодного омуля для иностранных клиентов, стоящих вдоль борта с удочками.
Вечером пришли к месту назначения. Капитан отговорил нас останавливаться в Песчаной бухте, где на двух турбазах обитают сотни туристов, и мы высадились в бухте Сенная. Здесь находится кордон Прибайкальского национального парка. Ставим палатки в чистом сосновом лесу, и идем знакомиться с лесником Виктором.
8 июля. Всю ночь шел дождь. Утром он прекратился, и мы решили сходить в бухту Песчаная. Хорошая тропа поверху обходит обрывы береговой линии. Мы шли в густом тумане, и любовались выплывающими из облаков скалами, поросшими великолепными соснами. Пейзаж напоминал китайские рисунки тушью. Где-то рядом, чуть ли не под ногами, кричат чайки.
За примечательной скалой Дед вышли в бухту Бабушка и искупались. Бухту Бабушка и Песчаная разделяет высокая скала, возвышающаяся над уровнем Байкала на 80 м. Туристы прозвали ее Большой Колокольней (в конце Песчаной бухты стоит Малая Колокольня). Мы сошли с тропы, и сквозь густой кустарник подошли к подножью Большой Колокольни. В верхней ее части виднеются остатки металлической лестницы. В советские времена на вершине размещался автоматический маяк, работающий на ацетилене. А еще раньше на маяке горели обычные керосиновые фонари, которые зажигали два раза в сутки. Сейчас лестница находится в аварийном состоянии.
За Большой Колокольней начинается Песчаная бухта. Я много лет мечтал сюда попасть и посмотреть на ходульные деревья. К сожалению, сейчас от знаменитой рощи осталось всего три лиственницы.
В Песчаной бухте жизнь била ключом: народ, отдыхающий на двух турбазах, купался, ел шашлыки, пил пиво и загорал. Мы дошли до Малой Колокольни. Со стороны материка, перед Колокольней стоит несколько скал, одна из которой имеет причудливую форму. Эта скала похожа на громадный валун, до половины закапанный в песок. По середине «валуна» идет широкая вертикальная трещина, которая заканчивается, не дойдя до вершины около 2 м.
За малой Колокольней мы входим в сосновый лес. Здесь через каждые 50 м встречается палаточный лагерь «диких» туристов. По лесу прошли около 5 км до небольшого каменного острова. Это Бакланий камень. Раньше здесь обитала колония большого баклана.
От Бакланьего камня мы повернули назад и за 3 часа вернулись в лагерь. Всего за день прошли около 25 км. На ужин наши дежурные приготовили уху.
9 июля. С утра был сильный ветер, и штормило. Несколько катеров укрылось в Сенной. У нас на сегодня запланирована прогулка на заброшенный карьер Харгино, где добывался кварцевый песок.
От избы дяди Вити до следующей небольшой пади Сухой тропа идет по сосновому лесу. Падью на Байкале называют долину ручья или речки. Перед Сухой от основной тропы ответвляется тропка, ведущая на вершину Золотого Утеса.
В бухте Сухой встретили большой лагерь иркутских школьников. В конце бухты тропа раздваивается: основная отходит от Байкала и исчезает в лесу, обходя поверху большой утес. Этой тропой мы воспользуемся на обратном пути, а в Харгино пойдем по берегу.
В конце бухты встречаем глыбу с полигонометрическим знаком № 5480. Такой знак в геодезии употребляется для точной привязки к местности. Глыба, видимо, отвалилась от утеса, и сейчас без дела валяется на берегу. Подходим к началу подъема, и начинаем карабкаться по звериной тропе. Похоже, что в этом году здесь еще никто не ходил. На склоне лежат огромные сухие сосны, поваленные ветром. Тропа ведет нас под самой скалой и дает хорошее представление о дикости береговой линии Байкала. Идем очень осторожно. На середине участка проходим мимо скалы по форме напоминающей сфинкса. Много чабреца. Высшая точка, на которую мы поднялись, лежит над уровнем Байкала на высоте 160 м. Зачарованные красотой, останавливаемся передохнуть. Поразительная чистота воздуха позволяет нам любоваться Ольхоном, до которого не менее 110 км! Неожиданно рядом с нами над водами Байкала закрутился смерч. После перекуса начинаем спускаться по крутой тропе. Собираем маслята. Рядом с тропой повстречали байкальский шлемник, эндемик. Его синие цветки на самом деле напоминают шлемы гладиаторов.
Выходим в падь Харгино. Название происходит от слова харга, означающее «песчаная отмель, песчаная коса». Сейчас здесь, в устье ручья, стоит одинокий домик лесника. Это все, что осталось от поселка, разоренного властями в начале 50-х годов, когда проводилась политика укрупнения сел за счет мелких поселений.
Проходим мимо кордона и углубляемся в лес. Идем по раздолбаной дороге. По обочине растут подберезовики. Остановились рядом с любопытными развалинами. Я первый раз видел останки избы, стены которой были срублены из двойных бревен! То есть избу, видимо для сохранения тепла, построили по принципу матрешки: сначала построили внутренний сруб, а затем срубили внешний. Рядом с избой протекает ручей Харгинка, на берегу которого в куче лежат ржавые лотки-ендовки. Меня удивило то, что после окончания работ, никто не забрал оборудование. На берегу ручья стоит лиственница, к которой неизвестный старатель лет 50 назад прислонил свой лоток, и теперь дерево вросло в металлический лоток.
Продолжаем подъем. На крутых участках поперек дороги лежат бревна лиственниц, это все, что осталось от рельсового пути, связывавшего карьер с бухтой Харгино. В 2,5 км от берега подходим к развилке с указателем «Карьер». Сворачиваем направо. От поворота до карьера шли еще час. Подъем от Байкала составил 300 м.
Карьер впечатляет. Представьте себе на вершине горы огромную яму, в диаметре около 1 км. Везде в беспорядке валяются ржавые тачки, раздолбанные вагонетки, стоят старые бараки с заваленными стенами. Рядом с отвалом кварцевого песка вездесущие туристы приспособили старое оборудование под кострище. Весь карьер зарос соснами и березами. Пейзаж мрачный. Здесь напрочь забываешь, что всего в 15 км, в бухте Песчанной живут на свете девчонки, есть пляж, музыка и пиво.
Карьер начали разрабатывать еще в 18 веке, сырье поставляли в Тальцы на стекольный завод (в Тальцах сейчас находится музей деревянного зодчества, а завод перевезли в г. Тулун, который расположен в 400 км от Иркутска по ж\дороге в сторону Москвы). А первоначально стекольный заводик находился в д. Большие Коты (18 км от Листвянки). Также в Б. Котах и близлежащих падях (долинах рек) добывали золото. Здесь до сих пор сохранились дореволюционные шурфы и холмы гравия, намытые позднее более современными способами (драгой). Сохранилась последняя драга, которая находится в заброшенном состоянии в 6 км вверх по речке Б. Котинка.
Отсняв несколько фотопленок, поворачиваем назад, и в 10 вечера приходим в лагерь. Наши рыбаки, которые не ходили с нами в карьер, нарубили дров и приготовили для нас баню у дяди Вити.
10 июля. Утром в Сенную пришел рейсовый корабль «Баргузин», на котором переезд до Листвянки стоит значительно дешевле (билет по 350 руб.) частного катера (9000 руб.). «Баргузин» приходит в Сенную 3 раза в неделю. У капитана здесь есть свой маленький бизнес: он привозит дяде Вите пиво на продажу для туристов, а лесник взамен отгружает вяленного омуля.
На «Баргузине» мы перебираемся в порт Байкал, где уходим ужинать на уютную и дешевую (по сравнению со всеми базами Листвянки) базу «Надежда». По дороге осматриваем старинный маяк.
11 июля. Ночью возвращаемся по берегу Ангары до порта Байкала. Здесь начинается знаменитая Кругобайкальская железная дорога, которая была построена за 2,5 года перед началом русско-японской войны, и считалась самым сложным (и дорогим) участком Транссибирского пути. В связи с постройкой в 1957 г. мощной ГЭС на Ангаре вблизи Иркутска, уровень воды в ней поднялся на 30 м. Железнодорожная линия Иркутск – порт Байкал оказалась в зоне затопления. Взамен ее в 1949 г. построили через Андриановский хребет линию Иркутск – Култук. А участок порт Байкал – Култук, прозванный туристами Кругобайкалкой, остался невостребованным, и превратился в забытый уникальный памятник русского инженерного зодчества.
Мы садимся в экзотический поезд «Матаня», который несколько раз в неделю совершает рейсы по знаменитой Кругобайкальской железной дороге из Порта Байкал в Слюдянку. Грузимся в один из двух плацкартных вагонов, и через 2 ч. выходим на станции Половиная. Чуть в стороне от железной дороги ставим палатки и залегаем спать.
Встаем поздно. Недалеко от наших палаток находится самый длинный тоннель Половинный. Путеводитель сообщает, что его длина составляет 779 м. Название тоннеля происходит от имени одноименной реки, устье которой делит пополам, на две равные части, расстояние между станцией Култук и истоком Ангары.
Решаем осмотреть тоннель. Включаем налобные фонарики и входим в подземелье. Холодно. Под ногами валяется всякий хлам. В середине тоннеля с небольших сталактитов капает со свода вода. Здесь близко подходят грунтовые воды. Что бы убрать ее из тоннеля разработчикам пришлось во всю его длину прокладывать канал и выводить его в кюветы.
После прогулки по тоннелю, решаем попытаться найти триангуляционную вышку, которая на нашей карте стоит в 2 км западнее станции Половинная на высоте 757.
Проходим мимо станции и начинаем без тропы подниматься по склону. Где-то через час, в густых зарослях ольхи нам удается обнаружить геодезический знак № 2152, над которым возвышается небольшая триангуляционная вышка. К вечеру возвращаемся в лагерь.
12 июля. Сегодня от 109 километрового столба мы начинаем наш двухдневный переход по самому интересному участку Кругобайкалки. Почти сразу после станции Половинная проходим через самый короткий тоннель Чайкинский, его длина всего 31 м. Рядом с тоннелем повстречали тетку, которая с сенокоса везла свой стог сена на дрезине!
Погода хорошая: солнце, птички цветочки. Только ширина между шпал не совпадает с шириной моего шага. Ну, ничего, попривыкну.
114 км. Проходим Асламовский тоннель (длина 88 м), пробитый через одноименный мыс. Вдоль «железки» растет лиственный лес без листьев. Все сожрал ненасытный шелкопряд, который появился на Байкале после того как построили плотину Иркутской ГЭС, и уровень воды в озере поднялся на 1 м, от чего на громадной территории заметно изменился климат.
116 км. Проходим тоннель Косой Убур (111 м). Название происходит от бурятского слова убэр, означающее «передняя или солнечная сторона». Сразу за тоннелем остановились отдохнуть рядом с безымянным ручьем. Перекусили курагой и черносливом. Во время следующей остановки некоторые пожалели о съеденном в большом количестве черносливе, и на сей раз подкреплялись уже имодиумом.
119 км. Большой (по местным меркам) разъезд Маритуй. Между рельсами ходят беззаботные козы. При подъезде к станции, тормозит «Матаня». Машинист высовывается из окошка и кроет на чем свет стоит флегматичных коз. Проглотив травку скотина неторопливо освобождает путь, «Матаня» подъезжает к станции, а я начинаю понимать, что название этого паравозика происходит не от слова «мотаться», а от слова «мать».
И еще одна интересная встреча произошла у нас в Маритуе. Дело в том, что последнее время нашим рыбакам изменила удача. Что они только не придумывали, что бы обхитрить рыбу. Тщетно. И вот мы встречаем мальчика лет 5 с удочкой.


- Малыш, а куда это ты идешь?
- На рыбалку дяденьки.
- А, что в Байкале разве рыба клюет?
- ???? Клюет.
- И как же ты рыбачишь?
- Да, вот, надеваю на крючок червя и рыбачу.
- А где же здесь черви? Мы весь берег перекопали и ничего не нашли.
- Дык, в выгребной яме, где ж еще?


120 км. Мост через р. Маритуй. Живописный каменный виадук.
121 км. Проходим один за другим тоннели Киркирей-1 (176 м) и Киркирей-2 (325 м).
122 км. Перел тоннелем «№ 18 бис» и встаем пораньше на стоянку, что бы засветло успеть осмотреть самую сложную систему инженерных сооружений на Кругобайкалке. Оставив рыбаков и дежурных в лагере, отправляемся на прогулку.
Сперва осматриваем тоннель «№ 18», который не действует уже почти 100 лет. Он стоит заросшим параллельно тоннелю «№ 18 бис». Его длина всего 75 м. После начала эксплуатации, железнодорожники обратили внимание на то, что после сильных дождей тоннель начал деформироваться. Поэтому, когда в 1911-1913 годах начали прокладывать второй путь, то решили вместо тоннеля «№ 18», пробить заново тоннель «№18-бис», длиной 636 метров.
После тоннеля «№ 18» мы прошли немного дальше по берегу Байкала. За тоннелем встретили лилию саранку с огромными цветками. Я вспомнил, что это растение является древнейшим продуктом питания у народов Центральной Азии. В пищу употребляется луковица, имеющая узкий овальный белый клубень.
У нас еще оставалось время, и мы решили подняться вдоль крутого ручья Киркирей, название которого происходит от бурятского слова хэрхирхэ, означающее «ворчать, рычать». Этот ручей заставил попотеть инженеров Кругобайкалки. Что бы отвести воду от тоннеля «№18-бис», рабочим пришлось строить акведук. В верхней части ручья, на высоте 66 метров над Байкалом, соорудили плотину высотой 15 м. Для регулирования стока воды в нижней части плотины сделали специальное отверстие, из которого вода вытекает в бетонный лоток. По этому лотку Киркирей спускается к тоннелю «№18-бис» двумя уступами. Для перехода железнодорожного тоннеля специально для ручья построили собственный тоннель, вырываясь из которого, вода достигает земли по наклонному желобу, и по каменным уступам впадает в Байкал.
13 июля. С утра зарядил дождь, и дежурные готовили завтрак под восточным порталом тоннеля «№ 18 бис».
После еды выходим в путь. С налобными фонариками проходим тоннель, который является вторым по длине на дороге, как я уже говорил, его длина 635 м.
123-124 км. Проходим один за другим сразу несколько тоннелей: Тройная губа (162 м); Двойная губа-1 (58 м); Двойная губа-2 (389 м) и Малый колокольный (190м). Вот зачастили!
124 км. Минуем выложенный камнем виадук, по которому стекает дождевая вода из небольшой пади.
125 км. Тоннель Большой колокольный, 233м. Этот тоннель прорыт через одноименный мыс, на котором стоит огромная глыба, по форме напоминающая колокол. Останавливаемся отдохнуть. К нам подсаживаются 4 поляка, идущие из Култука. Путешествуют они уже третий месяц. Прошли Китай и Монголию. На Байкале они решили посмотреть участок Кругобайкальской железной дороги, которые строили их соотечественники, сосланные в Восточную Сибирь после восстания 1863 г. Тогда сюда пригнали 11 тысяч человек, большую часть из которых сослали на каторжные работы. Остальных же поселили в деревнях, где они не находили работы и быстро умирали с голода. Летом 1866 г. поляки подняли восстание и попытались уйти в Монголию (в то время это была территория Китая). Но наши казаки восстание подавили, а руководителей расстреляли.
127 км. Тоннель Бакланий, 318 м. В тоннеле зачем-то прорублена дыра к Байкалу.
За тоннелем нам впервые встречается галерея. Железобетонная галерея № 1 (38 м) примыкает вплотную к каменной галереи № 10 (34 м). На крыше каменной галереи растет целый лес! Галереи очень похожи на тоннели, но если тоннель прорублен через скальный массив, то галерея построена рядом с крутым склоном для защиты железной дороги от обвалов. Многие пройденные нами тоннели имели пристроенные галереи.
128 км. Разъезд Баклань. Покупаем молоко.
129-130 км. Тоннели Столбы-1 (117 м) и Столбы-2 (260 м).
130 км. Проходим по арочному виадуку над р. Шабартуй. Название реки происходит от буряцкого слова шабар, означающее «грязь, глина». На правом берегу стоят развалины царской электростанции, рядом с которой есть место для стоянки. Вообще, на Кругобайкалке стоянок не так уж и много. Полотно вырубали в скалах, на высоте 8 метров над Байкалом. Именно такая высота является недоступной для брызг байкальских волн, от которых в зимнее время рельсы покрываются льдом. Спуск с полотна к озеру почти везде очень крутой.
131 км. Останавливаемся и любуемся живописным утесом Столбы 2. Проходим тоннель Безымянный (120 м).
132 км. Проходим сразу три тоннеля: Шарыжалгай-1 (187 м); Шарыжалгай-2 (89 м) и Шарыжалгай-3 (309 м). Название происходит от сочетания слов шара, означающее «желтый» и жалга – «падь». Каждый из тоннелей имеет свою особенность. Шарыжалгай-2 – самый красивый. Мне больше всего понравился западный портал тоннеля, левый верхний угол которого украшен большим загадочным знаком. От большинства тоннелей Кругобайкалки, которые имеет в поперечнике сферический профиль, Шарыжалгай-3 выделяется параболическим профилем. Тоннелей с таким профилем всего 10. Когда строили Шарыжалгай-3, то расчет делался на то, что монолитные породы склона будут оказывать только вертикальное давление, а боковое давление будет отсутствовать. Глядя на западный портал Шарыжалгай-3 видно, что он немного деформирован боковым давлением.
133 км Утес Птичий базар. Место массового гнездования серебристой чайки. Идем по путям, заросших травой.
136 км. Короткий тоннель Шарыжалгай-4 (37 м). За ним находится лагерь отдыха, обозначенный плакатом «Самый лучший в мире край – это наш Шарыжалгай!»
138 км. Переходим по мосту через р. Малая Крутая Губа. Остановились отдохнуть. У подножья моста, в каменной кладке, обнаружили табличку с датой постройки «1912». Значит, мост построили при прокладке 2-го пути.
139 км. Тоннель Малая крутая губа (254 м).
140 км. Река Большая Крутая Губа. Ура-а-а! Дошли!
После дневки, мы добрались на «Матане» до Слюдянки. Здесь мы посетили интересный частный музей (ул. Слюдяная, 36), хозяин которой, Валерий Алексеевич Жигалов, показал нам уникальную коллекцию байкальских минералов. В Слюдянке нам удалось закупить для многочисленных московских друзей вкусного копченого омуля, после чего мы без труда сели в первый проходящий поезд (через Слюдянку поезда идут один за другим) и покатили в иркутск.. Здесь мы переночевали и рано утром вылетели в Москву.

Комментарии
Guest07.09.09, 15:37
неточности 
пос. Песчаная был основан в 1950г и практически обезлюдел в 1970, соственно поселок был местом ссылки при Сталине, рыбный холодильник использовался до 80ых годов.
Поселок был покинут из постепенного занесения его песком. Наврал вам водила.
Электричество в Хужире всегда было от дизеля( два морских дизельгенератора), в перестройку топливо стало сверхдорогим и тока не стало. В 2005 с материка проведен кабель и построена ЛЭП. Заводу от этого не полегчало.
Авторизуйтесь, чтобы оставить отзыв
Оцени маршрут  
     

Еще маршруты в Байкал
еще маршруты
О Маршруте
Категория сложности: 1
Ссылка: