Если враг не сдаётся и не уничтожается, к нему начинают подлизываться.
Евгений Лукин «Записки национал-лингвиста»
День 29-й, Среда,
19 октября 2022 года. Париж – Амстердам – Хельсинки – Санкт-Петербург.
Аэропорт Шарль-де-Голль. Французская «Мерил Стрип». Именные ваучеры «Air
France». Аэропорт Схипхол, Амстердам. Хельсинки, аэропорт Вантаа. АПП
«Торфяновка». Санкт-Петербург, Невский проспект.
Проснулись
мы, когда до посадки час оставался, в 11-00 по московскому времени. Выдали
легкий завтрак с соком и кофе.
Рома купил
нам обратные билеты с очень маленькой стыковкой, после приземления в Париже мы
должны были за полтора часа на рейс до Хельсинки успеть зарегистрироваться.
В итоге самолет
наш, конечно, прилетел с опозданием.
В 11–45 самолет
сел в аэропорту Шарль-де-Голль, а окончание посадки на наш рейс в Хельсинки -
12–30.
Сойдя с
самолета, на поезде две остановки до нужного нам терминала F2 проехали. Еле сообразили: хорошо хоть поезда в одну
сторону ходили.
Огромная
очередь на паспортный контроль в аэропорту змейкой в пять рядов вилась. Правда,
имелась разводящая негритянка, но ей абсолютно все равно было, что кто-то
куда-то опаздывал. Мы пролезли вперед, показали ей билеты. Услышали:
«Договаривайтесь с каждым пассажиром, стоящим перед вами».
А их сотни.
И у каждого третьего пассажира та же самая проблема.
Наконец мы
достоялись в очереди на паспортный контроль и попали к девице-пограничнице,
спросившей:
-Что вы в
зоне Шенгена делаете?
-С нашими
паспортами мы в шенгенской визе не нуждаемся, -ответили мы и показали билеты до
Хельсинки.
-А из
Хельсинки куда поедете? -не унималась девица.
-В Москву
через Санкт-Петербург, -ответили мы.
-Покажите
ваши билеты до Санкт-Петербурга, -попросила девица.
-В
Санкт-Петербург мы из Хельсинки на машине поедем, -пояснили мы и были с миром
отпущены.
-Кажется, у
девицы этой русский бойфренд был или есть, -сообщил я.- Я по ее глазам видел,
что кое-что по-русски она понимает. И интерес ее к нам вовсе не праздным был.
В итоге,
когда мы добежали до выхода на вылет, ясно стало, что самолет наш в Хельсинки
без нас улетел. Там уже шла посадка на следующий рейс. И не в Хельсинки.
Больше всего
нас судьба чемоданов волновала. Их могли не успеть перегрузить. Когда мы
попадем в Хельсинки, их уже (наверное) в камеру невостребованных вещей сдадут.
Где их там искать? А у нас уже водитель на сегодня из Хельсинки до Питера
заказан: значит, отменить поездку нужно. Когда и как доберемся - никакой
ясности. Поэтому мы написали Денису, который руководил перевозками «тел» из
Хельсинки до Питера, что сообщим ему, когда мы попадем в Хельсинки.
Тут же в
терминале нашли сервисный центр «Air France». И мы пошли к нему в надежде на
помощь.
В сервисном
центре сидела очаровательная женщина, на Мерил Стрип чем-то похожая. Она,
разобравшись в ситуации (опоздали на самолет), предложила нам следующий
вариант: один из нас может вылететь в Хельсинки в 17-30, остальным она будет
что-то подыскивать. Мы от этого варианта отказались: все же прорываться куда
угодно вместе легче.
-Нам хотелось
бы вместе улететь: мне, моему мужу и сестре, -заявила жена.- Нас всех трех
чемоданы в Хельсинки уже ждут. Как мы их по отдельности собирать будем?
«Мерил
Стрип» все поняла, кому-то позвонила и тут же нам три билета в Хельсинки с
пересадкой в Амстердаме бесплатно (естественно) предложила. Стыковка в
Амстердаме, по ее словам, недолгой будет. Понятно, что мы согласились сразу же.
Дальше
смешная ситуация вышла. Дело в том, что жена со свояченицей и английский, и
иврит учат и говорят на обоих языках достаточно уверенно. А вот насчет того,
чтобы речь на этих языках слышать и понимать – с этим сложнее. Поэтому жена
сразу же «Мерил Стрип» (со стыдом) призналась, что ответы на ее (жены) вопросы той
лучше на бумажке писать – устную речь она (жена) понимает плохо, зато читать по-английски
хорошо умеет.
Выдав нам
билеты до Хельсинки с пересадкой в Амстердаме, «Мерил Стрип» кое-что еще
предложила. Свояченица из всего ею на английском сказанного только два слова («33
евро») уловила и привычно за общественным кошельком полезла. Но (к счастью) «Мерил
Стрип» предложение свое и на бумажке продублировала.
-Погоди,
-остановила свояченицу жена, бумажку прочитав.- Ты не расслышала. Барышня,
понимая, что «Air France» виноват за опоздание наше на рейс в Хельсинки, три
ваучера нам на питание номиналом по 11 евро каждый предлагает. Три ваучера как
раз 33 евро и стоят. Причем ваучеры - именные.
Забрав
ваучеры, мы с облегчением выдохнули. А барышни поклялись, что английский еще
интенсивнее учит будут.
Мы
совершенно нелепо выглядели в аэропорту с нашими кульками с ручной кладью, в
которой были зубные щетки и новые пиджаки барышень. А у меня еще и ноутбук в
рюкзаке. Заранее предполагали, что с чемоданами может что-то случиться. Зашли в
туалет, зубы почистили.
Торопиться
уже некуда было, и мы курилку искать отправились. В нашем терминале с выходом F29
курилки не имелось, пришлось в F56 бегать – там курилка нашлась. F29 вообще
древний какой-то, мы в него уже и раньше при транзите попадали.
Побродив по
терминалу, ваучеры отоварить решили.
Нашли
симпатичное кафе «Naked», где взяли три кофе, три сандвича с лососем и
бутылочку воды.
В ваучеры мы
уложились, у нас еще 5-25 евро от них осталось. Сдачу нам не выдали, но нам все
равно было. Можно было на сдачу еще бутылочку воды купить, но не стали – ручной
клади у нас достаточно много имелось.
Несколько
часов мы в Шарль-де-Голль промаялись, периодически курилку посещая.
В 16-05
началась посадка на рейс «Air France» в Амстердам. Приключение продолжалось.
Рейс был
смешанный, поэтому А320 под завязку набит был. Меня в самый хвост, на место 30Е
посадили.
В 17-20
пассажирам выдали по ржаному сандвичу с сыром и по крохотной банке сока.
Барышни сразу после взлета заснули, поэтому сандвич пропустили. В 17-50 самолет
сел в аэропорту Схипхол Амстердама. Давно мы в Амстердаме были.
Началась
выгрузка чемоданов из багажных отделений, занявшая больше времени, чем сам
полет.
Солнце уже
садилось, закат был красивый.
Аэропорт
Схипхол совершенно некурящим оказался: курилки мы в нем так и не нашли.
Очень
красивый и малолюдный аэропорт.
Мы погрузили
ручную кладь в две тележки и поехали аэропорт исследовать.
Свояченица
вспомнила, что в общественном кошельке около 9 евро осталось, поэтому мы на них
чипсы купили. У нас собой сливы огромные, из Майами привезенные, имелись – ими
чипсы и закусили.
Поскольку
уже ясно стало, когда и во сколько мы будем в Хельсинки, мы сообщили Денису
номер рейса и время прибытия. Так как прилетали мы ночью, то ему срочно искать
водителя пришлось.
В итоге два
водителя найдены были: один вез нас из Хельсинки до первого населенного пункта
после пересечения границы РФ (Кондратьево), второй забирал оттуда. За срочность
цена выросла с 500 до 700 евро, но нам уже все равно было. В отель в Питере мы
тоже на сутки уже опоздали, так что пустой номер оплатили.
В отличие от
Парижа, в Схипхоле мы всего около двух часов провели.
Зоны посадки
– нечто новенькое, после пандемии COVID-19,
появившиеся. Номер зоны посадки на посадочном талоне указан.
В 20–10
началась посадка в Боинг 737–800 авиакомпании «KLM», перед входом в него зачем-то влажную салфетку
выдали. Отзвук пандемии прошедшей?
Самолет
полон был финских детей - юных спортсменов, с какого-то соревнования летевших.
В 22–30
ржаной сандвич с сыром и сок опять принесли, чуть позже – кофе с пирожным. Как
позже выяснилось, вместо кофе барышни по бутылочке вина попросили и им выдали.
В 23-15
самолет в аэропорту Вантаа Хельсинки сел. Нас весьма интересовала судьба наших
чемоданов, и мы отправились в зал выдачи багажа их искать ни на что особо не
надеясь.
Свояченица подошла
к ленте выдачи багажа с рейса, на который мы опоздали. Там вертелось несколько
невостребованных чемоданов, но наших среди них не было.
Мы с женой
проверили ленту, на который выгрузили багаж с рейса из Амстердама. И о чудо:
оказалось, что умная «Мерил Стрип» отправила их с нами из Парижа в Амстердам, а
потом из Амстердама в Хельсинки. Жизнь определенно налаживалась.
Мы вышли в уже
привычный нам аэровокзал. Тут позвонил Ильяс, житель Финляндии, сказав, что уже
ждет нас. Договорились с ним на улице встретиться у любимой курилки, рядом с автобусной
остановкой. В курилке я сигареты достал,
еще из Москвы привезенные. Получалось, что трех блоков на месяц мне хватило.
В аэропорту свояченице
сообщение от питерского отеля «Невский контур» пришло, в котором подробно
рассказано было, как попасть в отель ночью, когда в нем сотрудников не будет.
Мы, правда, не поняли, почему сотрудников не будет, но коды от всех входов
записали.
Пока
чемоданы получали, пока курили и с Ильясом встретились, в Хельсинки уже час
ночи был. Наступил 30-й день нашего путешествия – 20 октября 2022 года.
По дороге
мы, конечно, выпытывали у Ильяса про то, как он в Финляндии оказался. Родился и
жил Ильяс в городе Грозном, в 2000 году его семья от войны уехала. А так как нашлись
у них далекие финские корни, то рванула семья именно в Финляндию. Уже 22 года
как он живет в Хельсинки. Есть финский паспорт и квартира, платить за квартиру
«всего пять лет» осталось.
У Ильяса
собственная компания по перевозке грузов имеется. Людей он никогда через
границу не возил, но сегодня его об этом очень сильно попросил Денис. С Денисом
они знакомы, приятельствуют. Подвести его он не мог. Однажды Денис Ильяса деньгами
при очень затруднительных обстоятельствах выручил и с возвратом долга не
торопил.
Ильяс
поинтересовался, что мы делали в Хельсинки, а когда услышал, что к внукам в США
летали, очень за нас порадовался.
Всю дорогу
мы весело болтали, так что сон нас не накрывал. Тем более, что в самолетах
выспались.
На границе
мы в три часа ночи оказались. На финской стороне только один таможенный офицер
присутствовал, молодой полусонный мальчик. Он сразу влепил нам штампы в
паспорта и снова глаза закрыл. Кроме нас людей на финской стороне границы не
нашлось.
Родина встретила
нас сурово – российские погранцы свирепствовали.
Сначала у
нас просветили багаж. Кроме нас на границе еще полный автобус «LUX-Express» с
людьми, возвращающимися из Финляндии, стоял. Если мы «просветку» багажа легко
проскочили (кроме личных вещей мы вообще не везли ничего), то некоторых
туристов чемоданы открыть просили, потом их с чемоданами в специальную комнату
уводили.
Мы в очередь
на паспортный контроль встали, а Ильяса с машиной на «рентген», как водители
выражаются, отправили. На «рентген» и автобус поехал. На паспортном контроле
долго наши российские загранпаспорта рассматривали, прежде чем штампы о
пересечении границы в них поставить.
На границе
мы полтора часа провели и в 4–30 утра дальше поехали. Оказалось, что «Duty Free» в буферной зоне только выезжающих из России
обслуживает.
У поселка
Кондратьево сердечно с Ильясом попрощались и в другую машину пересели. В 7 часов
утра на Невском проспекте перед подворотней - входом в большой двойной двор –
водитель нас высадил. Мы отдали ему 700 евро и пошли с чемоданами во двор –
гостиницу свою искать.
Тем поездка
в Штаты и закончилась.
Анатолий Новак,
17 июня 2026 года
P.S. По окончании путешествия я расходы
свои подсчитал. Из взятых с собою 5000 долларов и 500 евро осталось у меня
почти 2200 долларов. Благодаря жилью бесплатному, Ромой предоставленному,
конечно. Посчитал и количество дней, проведенных в США за пять путешествий по
ним, с 2009 года начиная. 102 дня получилось: три месяца, однако.
P.P.S. Неожиданным следствием поездки то обстоятельство
стало, что жена, насмотревшись, как ловко с посудомойкой в доме в Северной
Каролине Оля управлялась, возлюбила посудомойки и мы раскочегарили свою
немецкую, которой раньше пользоваться жена отказывалась категорически. Стоило
мне пробить пробку в сливе, как машинка заработала и с тех пор я частенько от мытья
посуды после ужина избавлен бываю. Таблетки для машинки (60 штук) я в «Пятерочке»
за 399 рублей купил – старые, «фирменные», скисли от старости.