остров Сахалин /
 

Сахалин. Остров Карафуто или Путешествие по краю земли

8 - 27 августа 2012 г.
Вынужденный отстой

Бамбук. В основном так выглядели сопки за пляжем. Бамбук. В основном так выглядели сопки за пляжем.
Бивак перед Крильоном. Ждем когда высохнут камни Бивак перед Крильоном. Ждем когда высохнут камни
Ночью начался дождь и шел до 3 часов дня. Весь день небо было затянуто сплошной пеленой туч. В такую погоду можно было нормально ехать по асфальту, но ползти по мокрым камням с байками… Реальнее было переломать ноги на камнях, чем двигаться вперед. До обеда спали, каждый час, проверяя погоду. После обеда начали вылезать из палатки и тупить под моросящим дождем. Когда дождь кончился – разожгли костер и сделали пищу. Часов в 6 разъяснило, еще через полтора часа камни просохли и мы решили, чтобы завтра не переться по камням со всем своим скарбом, утащить байки налегке за соседний мыс, запрятать их там и завтра до них идти только с кулями. Сказано – сделано.

За полтора часа оттащили байки сразу за 2 соседних мыса. Эти скалы были самыми сложными за весь путь по побережью Анивского залива. Приходилось залезать свободным лазанием на утесы по 2-2,5 метра, передавать байки, скакать или лазать между курумов размером с машину или залезать в воду, чтобы обойти камни.

Восход в заливе Анива

Байки оставили между камней на последнем мысе. С него уже было отлично видно казарму пограничников и маяк на Крильоне и даже зеленый вагончик. По словам рыбаков с Петровки, там была провешена веревка к нему по крутому бамбуковому склону и от него начиналась дорога к маяку. Смеркалось… На обратном пути я, слезая со скалы на мокрый камень, поскользнулся и упал. Приложился челюстью о тот самый камень и в результате получил легкий сотряс с шумом в голове и тошнотой до утра, да рваную рану на подбородке с оторванным на 1,5 см клочком кожи. Рану обрили и аккуратно заклеили здоровенным куском лейкопластыря. Так с этим белым флагом на бороде я 2 дня Крильон и штурмовал…

К 9 вернулись на бивак, уже в сумерках. Вечером стало ясно, что продуктов взятых на 5 дней на периметр п-ова Крильон нам не хватит. Частично нас спасли от голода рыба из рек и 6 банок свиной тушенки от Игоря с Атласова. Но ситуация не радовала.

6 день, 13.08.12 – дневка с прогулками по пляжу туда-обратно.
Штурм крепости Крильон

Велопонос в сторону Крильона. Финальный участок Велопонос в сторону Крильона. Финальный участок
Очередное велоскалолазание Очередное велоскалолазание
Колян тащит байк по пляжу мимо разрушенного вездехода Колян тащит байк по пляжу мимо разрушенного вездехода
Макс и Серега играют в вездеходчиков Макс и Серега играют в вездеходчиков
Подъем с веревкой с пляжа к вагончику Подъем с веревкой с пляжа к вагончику
Поля низкорослого бамбука Поля низкорослого бамбука
Макс и Серега играют в танкистов Макс и Серега играют в танкистов
Макс сквозь дырочку в башне танка Макс сквозь дырочку в башне танка
Димыч и Серега в бамбуковых зарослях Димыч и Серега в бамбуковых зарослях
Ветераны броуновского движения по бамбуку Ветераны броуновского движения по бамбуку
Ясно, солнечно, сухо, бриз с моря… Совсем другое дело! С утра настроение боевое, настроение увидеть мыс Крильон. Самое забавное, что от мыса до места нашей ночевки всего 7 км по прямой, но что нас ждало на них! Забегая вперед, скажу что, добрались мы до мыса к вечеру, двигаясь без обеда весь день…

Итак, штурмовая бригада выдвинулась в направлении рубежей на южном берегу пролива Лаперуза в 9:10 утра 14 августа 2012 г. Погода была отличной – солнечно, жарко, ясно, бриз. Со скоростью стремительных улиток с велорюкзаками перелезли скалы, где я вчера расшибся, и дотащились до своих байков. Дальше начали челночить уже с байками по скалам и пляжным валунам до подъема к вагончику. Это редкостная пытка – таскаться туда-обратно с вещами и байками по такому рельефу… Метров за 200 до веревки на прибрежных камнях покоится остов от гусеничного транспортера, скорее всего ГТТ, на котором наш гиперактивный завхоз изволил фотографироваться. Сразу видно, что гусеничный транспортер – хреновая подводная лодка… Кроме этого артефакта прошли мимо еще одно крупное лежбище котиков и островок, усыпанный бакланами.

Ну вот как-то так!

Подъем до вагона недлинный – метров 20, но крутой. Именно поэтому там висит веревка. Еще есть неудобства – вода течет по склону, создавая местами болото прям на склоне. Да, и еще наше любимое – бамбук выше колена. С байками в руках, хватаясь за веревку и чавкая в грязи, подниматься – что в гамаке стоя трахаться, но еще только полдень, погода отличнейшая и Крильон видно уже совсем рядом – поэтому на сегодня это наш метод. Вагон стоит в 10 метрах от края склона на монотонном поле бамбука и дорога, уходящая от него вверх и на юг видна лишь потому, что цвет бамбука в колее отличается от окружающего. Отсюда до мыса по прямой совсем немного – километра 3, но именно на них начинается самое интересное действо. И мы снова покидаем пляжи ради джунглей…

Пошли по дороге: рюкзаки на плечах, байками прокладывая через бамбук себе тропу. Вглубь острова бамбук становится все выше и выше, а дорога уже начинает угадываться чисто интуитивно. Добравшись до края леса, мы уже почти потеряли дорогу и оказались по плечи в густых зарослях. Вперед отправили нашего Рэмбо… Серега не стал долго думать – он взвалил себе байк на загривок и, держа его обеими руками за головой, начал своей широкой грудью прокладывать дорогу сквозь стену бамбука. Мы за ним… Но тропа никак не получалась, поэтому фактически каждый идя в 2 метрах друг за другом по новой байком и телом раздвигал бамбук. Зато падать было приятно – просто мешком вис на зарослях и мягко ложился на них, не доставая земли.

На первой же поляне, за полосой низкорослого корявого леса мы наткнулись на танк. Это уже не вбетонированная башня от Т-54, как за Таранаем, а целый «тигробой» ИС-3, на бетонной яме и без двигателя. Но из зарослей торчит только башня с длинным массивным пушечным стволом. Недалеко от танка вход в бетонный бункер, с трудом угадываемые окопы и торчащие из бамбука деревянные столбы и куски колючей проволоки... В 3 метрах от танка случайно наступаем на несколько десятков укупорок от 122-мм снарядов, валяющиеся в зарослях – разломанные высохшие ящики с облупившейся краской.

Боевые наблюдения: Тяжелый танк ИС-3.
Танки ИС-3 (с нарезной 122-мм пушкой Д-25Т), названные в честь Иосифа Сталина, выпускались с 1945 по 1946 гг. и являлись развитием танка ИС-2. ИС-3 предназначались для борьбы с немецкими тяжелыми танками и укрепрайонами. Снаряд 122-мм орудия ИС-2 и ИС-3 пробивал лобовую броню немецких тяжелый танков «Тигр» и «Пантера» с 2 км. Но выпущенные в самом конце войны ИС-3 так и не успели повоевать с немецкими коллегами.
На Сахалин и Курилы танки были завезены в рамках войны с Японией. После войны танки были оставлены в качестве береговых батарей на сопках вдоль побережья островов, двигатели демонтированы, а между танками проведены системы окопов и коммуникации. Обтекаемая башня танка и лобовая часть корпуса имеют бронирование в 110 мм, так что уничтожить такой ДОТ можно только прямым попаданием авиабомбы или крупнокалиберного бронебойного снаряда. Большая часть танков в данное время находится на консервации или заброшены: затворы орудий сняты, всё оборудование и зенитные пулеметы демонтированы, заварены все люки, кроме башенных и люка в полу. На некоторых стволы орудий забиты солидолом.

ИС-3 на восточной стороне Крильона

Еще 100 метров за 15 минут и на соседней поляне за лесом еще 2 таких же танка. Все они открыты, в пару из них мы с Серегой залезли и поиграли в танкистов… или подводников… или спелеологов… Ввиду труднодоступности внутри они неплохо сохранились – краска осталась, ржавчины не так много, остатки недемонтированных приборов, ручки, рычажки…

Танки – это здорово, прикольно, интересно, но нам надо двигаться дальше к южной границе нашей родины. У последнего танка дорога окончательно потерялась, и бамбук превратился в 3-х метровый сплошной забор, из-за которого не видно даже куда идти. Поперли по азимуту в сторону мыса напролом, но через 30 метров оказались на краю оврага в бамбуке высотой уже 3 метра и диаметром в палец на уровне пояса. Залезаем на дерево с Серегой для обсервации – за оврагом видны следы колеи на бамбуке и какая-то техногенная куча из досок и пустых топливных бочек, но овраг… Овраг нам не преодолеть – его дна просто не видно из-за джунглей, а на соседний склон мы имеем реальные шансы просто не подняться с байками. С особым геморроем возвращаемся 30 метров до поляны, оставляя по дороге в зарослях байки, т.к. в бамбуке их просто так не развернешь. Солнце жарит нехило, в зарослях ветер не чувствуется – пекло знатное… Оставляем парней стаскивать байки, рюкзаки и тела в кучу недалеко от танка и отдыхать, а сами с Серегой идем на разведку с GPS-ником вглубь полуострова.

На разведку мы сходили 500 м туда и 500 обратно… за час! Налегке! Эта гребля по бамбуку убивает… Несколько раз приходилось залезать на деревья, чтобы увидеть хотя бы что творится поверх бамбука. Но мы сделали две находки: мы увидели 2-х этажное здание и «шарики» (это радиолокаторы РТР на м. Крильон), собственно от них должна была быть нормальная дорога до самого мыса и второе, что мы нашли – это способ перемещаться по бамбуковым зарослям. Дело в том, что бамбук подавляет все, что может расти с ним вместе, кроме деревьев. Так вот под черными хвойными елками темно и бамбук под ними или ниже или вообще не растет. Таким образом, перемещаясь примерно в стиле броуновского движения от хвойного леска к леску можно гораздо легче выйти к «шарикам».

Вернулись к Коляну, Антохе и Димычу, они были потные, усталые, угрюмые, рядом на бамбуке висели наши байки. Шел 16-й час этих суток… Обе хорошие новости были очень кстати! Мы похватали наш скарб и полезли в ближайший лесок. Ориентируясь по GPS, стали двигаться от леска к леску в сторону здания. Все это напоминало какие-то партизанские операции времен 2-й мировой. До бугра, на котором стояло здание и где находилась дорога, оставалось уже метров 100, когда мы вылезли из последнего леса и оказались снова в 2-х метровых зарослях на краю оврага, того же оврага что и прежде, только выше по течению. Тут он был всего метров 5 в ширину, и на том краю уже виднелось какое-то подобие тропинки наверх к зданию.

Штурм оврага оказался тоже довольно нетривиальной задачей – его борта, поросшие бамбуком, были почти отвесные, а дна не было видно. Мы с Серегой тупо свалились в двух местах метрах в 5 друг от друга в овраг, хватаясь на стволы бамбука, и нашли там пустое, грязное русло от ручья. Далее переправа осуществлялась следующим образом: я вылез на соседний борт оврага, а Димыч, Антоха и Колян стали сбрасывать в овраг Сереге байки и рюкзаки и прыгать сами туда. После этого Серега закрепился на небольшой заросшей ступеньке и по цепочке через него стали передавать мне наверх наши запчасти.

Бамбуковый ад!

Выбравшись из оврага и поднявшись по склону вверх, мы получили «Аллилуйя!», а точнее укатанную ровную площадку из глины, на которой лежали штабелями или были просто разбросаны сотни пустых бочек от топлива. Что называется: «вошли с черного входа» и сразу на бочечную мусорку – это не повод для радости, но какое же это было счастье!!! Ведь от нее шла дорога на мыс. Грязная глинистая дорога с лужами, но ДОРОГА!!! Та, по которой можно ездить на байках. Времени было 17:20, т.е. мы почти весь день провели в зарослях бамбука и на каменных пляжах залива Анива, а преодолели всего около 5 км. Результативность сногсшибательная! Но лично я чувствовал себя героем и все остальные тоже. И даже, наверняка, где-то в глубине души циник и подонок Фома тоже торжествовал, и его распирало изнутри не давление кишечника, а ядреная велотуристская гордость за проделанную работу!
Крильон

Маяк на Крильоне Маяк на Крильоне
Прикрутили обратно педали к байкам, переобулись в велосипедную обувь и скатились с горки 4,4 км до маяка и погранзаставы на сам мыс. По правилам поведения себя в этой местности нам необходимо было отметиться у пограничников, т.к. Сахалин является открытой пограничной зоной. Поэтому мы прямиком поехали к казарме – это такое 2-х этажное довольно приличного вида знание с крутящейся антенной на крыше. На лай собак к нам вышел удивленный прапорщик, и мы очень по-человечески поговорили о нашем путешествии сюда, о том, что нас ждет дальше и нафига нас сюда занесло. После чего мы сдали наши паспорта на перепись и штук 12 пустых полторашек пограничнику и получили возможность посидеть на полосатых бетонных блоках у въезда в погранчасть минут 15 и порассматривать маяк, находящийся рядом. Вода у нас кончилась еще несколько часов назад, набрать ее было негде, а товарищ прапорщик легко согласился помочь нам с водой. За что ему человеческое спасибо!

После того как нам вернули наши документы и полные бутылки воды, мы попрощались и покатились в обратную сторону, только на западный берег, к Японскому морю. Хотелось уже найти место под бивак, дрова и пресную реку – смыть липкий пот, поесть и без задних ног упасть в спальник. Именно поэтому мы напрочь забыли посмотреть старую сигнальную пушку и репер-глубиномер адмирала Нахимова, которые находились за казармой на краю мыса. Бывает… Это был самый тяжелый день в походе. Вместо запланированных 4 дней, до Крильона мы добирались 7.

Есть! Мыс.Крильон - самый юг Сахалина

Боевые наблюдения: Маяк на м.Крильон
Первый временный маяк на м.Крильон был построен 13 мая 1883 г. Первое здание маяка представляло собой бревенчатую деревянную башню высотой 8,5 метра. Тогда же была построена казарма для смотрителей маяка, баня и другие хозяйственные постройки. Осветительный прибор маяка состоял из 15 аргантовых ламп, заправляемых маслом, и был снабжён посеребрённым отражателем. Огонь маяка давал непрерывный белый свет. Для подачи сигналов в тумане на маяке имелась двухфунтовая сигнальная пушка и 20-пудовый колокол. Матрос Иван Крючков был первым смотрителем маяка на протяжении двух лет. Затем его сменил матрос 1-й статьи Василий Жариков.
7 августа 1894 г. началось строительство нового здания маяка рядом со старым зданием из привезённого из Японии красного кирпича. Строительство велось 25 корейскими рабочими и двумя десятниками — Шипулиным и Яковлевым. По проекту здание маяка было совмещено с жилыми помещениями для смотрителей маяка.
К 1 августа 1896 г. работы по строительству нового здания маяка были закончены и на маяке был установлен новый осветительный прибор французской фирмы «Барбье ет Бернад», изготовленный в Париже. Новый осветительный прибор вместо 15 масляных ламп имел всего лишь одну керосиновую горелку и давал пучок света в 150 тыс. кандел против нескольких сотен кандел, выдаваемых старым прибором. Свет от керосиновой горелки проходил через круговую линзу диаметром в 1,5 м, состоящую из группы призмаподобных колец, установленных в бронзовом каркасе прибора. Кроме того, маяк был оборудован новой пневматической сиреной с керосиновым двигателем производства английской фирмы «Кантер, Харл и К» для подачи сигналов в туманную погоду и новым колоколом в 488 килограмм, установленным как резерв на случай поломки сирены.
В советские времена маяк был переоборудован электрическими лампами, но основная часть французского осветительного прибора осталась неизменной. На мысе Крильон был построен новый шлакоблочный двухэтажный дом для служителей маяка, старые жилые помещения, примыкающие к маяку, были использованы под хозяйственные нужды (помещение радиорубки, дизель-генератора, склад и др.). Колокол в 1980 г. был снят и увезён в г. Корсаков в военную часть гидрографии Тихоокеанского флота.
Начало ХХ века ознаменовалось началом русско-японской войны в 1904 г. Команда Крильонского маяка была усилена до 15 человек вместо 8. Телеграфная линия от маяка Крильон до Корсаковского поста была построена 30 сентября 1904 г. несмотря на то, что вопрос о ее строительстве поднимался еще в 1893 г. Но толку от этой линии было мало в связи с тем, что команда маяка имела быть обыкновение находиться в состоянии алкогольного опьянения вместе со смотрителем маяка, практически обязанности смотрителя выполняла его 12-летняя дочь, занимаясь складами и довольствием команды.
До конца 1990-х на мысе находился колокол японского производства с отломанной короной (ушком для крепления колокола), который, по некоторым данным, был привезён с маяка на мысе Весло о. Кунашир и должен был использоваться в резервных целях для подачи сигналов в тумане. Затем военные увезли этот колокол для сдачи на металлолом. Дальнейшая судьба японского колокола неизвестна.
В настоящее время на маяке работают от 2 до 6 человек, а звание «смотритель» заменено на «начальник».

Отъехали 3 км по дороге и встали на ручье под горой Конечной уже почти в сумерках. Быстро пробежались вдоль моря и насобирали дров из топляка и придались помойке, отдыху и приготовлению остатков еды, а позже ее перевариванию.

В темноте нам было прекрасное видение: маяк начал работать! Он очень ярко светил и как глубокомысленно отметил Серега: «Маяк как-то загадочно работает: он светит сначала красным, потом белым, потом опять красным, а потом уже опять белым!» Ночь была очень ясной и звезд было огромное количество, впрочем, как и летящих среди них спутников. В темноте на горизонте мы видели какие-то перемещающиеся скопления огоньков, которые неоднократно принимали за порт Вакканай на японском о.Хоккайдо. Но когда они уплывали в Татарский пролив, становилось ясно, что мы лохи, а Япония так и остается в ~35 км от нас незамеченной.

Км с бивака

Пункт

Время

2,3

вагончик, подъем с берега наверх

12:00

4,4

вылезли к "шарикам", дорога на м. Крильон

17:20

8,8

маяк, казарма погранпоста на м.Крильон

 

11,8

ручей под г.Конечной

 

7 день, 14.08.12 – проехали и прошли 2,3 км пляжей, 2,1 км бамбукового бездорожья и 7,4 км грунтовки.
Морально-эпический выперд о проделанной работе

Утром, когда готовили еду, пришло осознание, что мы наконец-то достигли одной важной цели – мыса Крильон. 150 км за 7 дней. 7 дней вдоль Анивского залива… Самый тяжелый кусок маршрута. Какой-то немного нереальный результат. И вот так сидя на песке у Японского моря я пытался понять, что чувствую по этому поводу. Нет, не запарился. Тяжело было, но никогда не было мысли, что нужно развернуться – вперед было все же проще продвигаться даже не морально, а чисто физически. Нет, я не устал, физически может и уставал под вечер, но утром я вставал и снова вваливал вперед, мотивированный как черт. Да, я удовлетворен результатом. И да, моя команда ни разу мне не дала повода устыдиться самому в себе или в них. Страшный циник Димыч, жизнерадостный весельчак Серега, молча смеющийся эльф Колян и Антоха, который всегда готов ко всему. Отличные парни! Свои парни.

Я увидел за 7 дней очень много, что даже не мог себе представить ранее. Я это запомню. Этот новый мир, где пляж с камнями и заросли бамбука и есть наша дорога. Коренастых рыбаков с обветренными лицами. Чаек, которые постоянно торчат где-то рядом с тобой. Залежи морской капусты вперемешку с мелкими улитками и ракушками. Сопки, заросшие джунглями и полотном жесткого бамбука. Запах собственного пота, замешанный на соленый привкус моря. Горизонт, который именно тут кажется не линией, а дугой. Круглосуточный шум прибоя, сквозь который слышен звук «rolling stones» – камней, тех что волны таскают по дну туда-сюда. Невнятную границу между водой и пасмурным небом – серый разделитель между серым и серым. И в то же время бешеную какофонию цвета на закате в ясную погоду. Синяк на правом бедре, от рамы, когда тащишь байк подмышкой. Жжение от голеностопа до колена, от хлещущих стеблей бамбука. Вкус воды из прибрежных ручьев. Многое запомнится. Этот необычный колорит. Оно того стоило, кто бы что не сказал…

Но это еще только первые 7 дней на Сахалине!
Экскурсионное утро

Мыс Майделя сверхней площадки поста Сирануси Мыс Майделя сверхней площадки поста Сирануси
Заряжающий Серега Заряжающий Серега
Макс в мыслях об обороне от японцев Макс в мыслях об обороне от японцев
Береговые батареи на посту Сирануси Береговые батареи на посту Сирануси
Горы тухлой морской капусты Горы тухлой морской капусты
Останки сухогруза "Луга". Центральная часть Останки сухогруза "Луга". Центральная часть
Останки сухогруза "Луга". Макс и Серега на фоне носа Останки сухогруза "Луга". Макс и Серега на фоне носа
Теперь мы на берегу Татарского пролива Японского моря. Ясное, ясное небо с утра! Небольшая утренняя дымка от испарений. Еда, сборы, ноги в руки и поскакали. Проехал «Урал», потом УАЗик – вроде как начинают появляться первые признаки траффика, но это скорее эмуляция, чем реальный трафик. Дорога идет по пляжу в нескольких метрах от воды, песочная такая вся, рассыпчатая. Наши 2-хдюймовые колесики утопают в ней, уже забыли как ездить – натаскались… Если ехать по самой линии прибоя, убегая от волн вправо, по мокрому песку – то едется в принципе хорошо – 10-15 км\ч. Попадаются только завалы морской капусты – их или в объезд или на таран. Но во втором случае можно поскользнуться и оказаться в этой зеленой протоплазме уже лежа под байком и вкушая влажность и запахи даров природы не носом, а в носу. Есть еще «волчьи ямы» – едешь вроде по твердому песку, а потом колесо раз и проваливается на 10 см в песок, а ты «втыкаешься» и встаешь колом. Это та же морская капуста, просто её замыло уже прибоем, занесло песком и выровняло. Джипперы говорят, что машины в такие ямы проваливаются по самые мосты. В общем – засада капустная… Два следующих дня мы ехали по такой «дороге».

Пост Сирануси. Останки памятника Кайдзима Кинэнто

Через 3 км доехали до бухты у мыса Майделя, в этой бухте находятся останки японского поста Сирануси и еще кое-что. От древнего поста мы увидели только постамент с остатком памятника Кайдзима Кинэнто и площадки из-под строений. Земляные валы и прочие останки древнего поста мы не увидели, т.к. в августе все это пространство напрочь зарастает низкорослым бамбуком, а он все скрывает. За то батарею из 4 танков ИС-3 мы нашли почти сразу! За ручьем виднелись еще 2 башни и, судя по всему, за ними еще что-то должно было быть. Танки, точно также как и те, что на подходах к м. Крильон, стоят на бетонных ямах, открытые для полазания, рядом окопы и входы в бункеры. Только танки сохранились получше – стволы забиты солидолом и краска не сильно облупилась, да и с берега мимо них идет дорога к «шарикам» РТР. Кроме танков и памятника, еще выделяется одиноко торчащая труба от японского крабоперерабатывающего завода времен Карафуто. Только труба и осталась.

Боевые наблюдения: Останки поста Сирануси
На п-ов Крильон, в бухте Крильон южнее м.Майделя находятся развалины поста Сирануси. Пост был основан японским кланом Мацумаэ с о. Хоккайдо, предположительно в 1750-х годах. Вассал клана Като Кахей арендовал судно «Эйфуку мару» и прибыл в местечко с айнским названием Сирануси, основав здесь первый на Сахалине рыболовный промысел. Пост также стал местом меновой торговли с айнами, местными племенами. В 1790 г. в Сирануси были построены охранный пост, контора и склады – первые японские строения на Сахалине. В начале 19 века на посту уже был храм, военный гарнизон, присутственное место и в целом торговля процветала, а пост рос.
В 1850-х годах торговое и военное значение поста стало уменьшаться из-за обильного освоения Сахалина русскими. В 1857 г. сторожевой пост в Сирануси был упразднён, а в 1871 г. Сирануси была упразднена как административная единица суда Карафуто. На этом история поста Сирануси закончилась. Есть предположения, что еще до японцев в данном месте было поселение айнов, но от него ничего не сохранилось. Кроме этого есть информация, что на 1925 г. в селении Сирануси проживало 150 человек, из них 92 мужчины, 58 женщин, имелось 36 домов.
Сейчас на месте поста можно найти много объектов разных времён, принадлежащих как японцам, так и русским: постамент от памятника Кайдзима Киненто, площадки от зданий японского поста, земляные валы, которые носили, скорее всего, оборонительный характер, бетонные сооружения, огневые точки времен 2-й мировой войны. Выше поста на берегу находятся развалины японского крабового завода (дымовую трубу от него видно издалека) и береговые батареи из танков ИС-3 (примерно 6-8 танков).
Подробнее про историю поста Сирануси можно узнать в статье сахалинского историка И.А.Самарина «История поста Сирануси на мысе Крильон».

Боевые наблюдения: Памятник Кайдзима Кинэнто.
В октябре 1930 г. мэрия города Хонто (Невельск) на месте поста Сирануси поставила памятник Кайдзима Кинэнто в честь японских исследователей Карафуто. После 1945 г. памятник был разрушен, стела сброшена на берег. Долгое время основание памятника служило мишенью и местом, где многочисленные поколения служивших здесь солдат могли начертать заветное «ДМБ-19…». Сейчас основание стелы является памятным знаком на месте гибели рядового танковой роты (РТОТ) Матевосяна Мгера Ладиновича, трагически погибшего 5 октября 1990 г.

Полазав по танкам и пофотографировавшись на постаменте от памятника мы спустились к байкам, оставленным на пляже, прочавкали через большое поле морской капусты и поехали дальше в сторону с.Кузнецово.

Вообще от Крильона до Виндиса много всего интересного вдоль берега есть. В 12:30 (9 км), в самый пик ясности погоды мы приехали еще к одним останкам, на этот раз корабля. Сухогруз «Луга», порванный на 3 крупных куска лежит уже 65 лет на отмели метрах в 70 от берега. Нос и корма оторваны и находятся в нескольких десятках метров от центральной части, которая стоит на ровном киле и напоминает здоровенный кирпич, с почти отсутствующими надстройками и мачтами. Нижняя часть изрядно прогнила и проржавела, а верхнюю часть облюбовали чайки и бакланы, устроив там птичий базар. Мы с Серегой разделись до трусов и хотели дойти до сухогруза, но сначала на мелководье нам мешало обилие плавающей капусты, а потом метрах в 30 от борта глубина резко увеличилась, и стало ясно, что оно лежит довольно глубоко для нас.

Если бы погода была не такая лучезарно-солнечная, то впечатление от разорванного натрое корабля остались бы более «готичные», «сталкерские» или «ведьминские». А так мы в основном посокрушались о судьбе бедного плавсредства и как обычно поехали кататься по пляжам дальше.

Боевые наблюдения: Останки сухогруза «Луга».
К осени 1947 г. пароход-сухогруз «Луга» подготовили для буксировки во Владивосток, а потом далее на капитальный ремонт в Шанхай. Буксировать «Лугу» поручили пароходу «Петр Чайковский». Но упустили время, буксировку начали в конце октября. И опять же по роковому стечению обстоятельств «Петр Чайковский» и «Луга» были подхвачены свирепым тайфуном у пролива Лаперуза. Буксир порвался, и беспомощную «Лугу» выбросило на п-ов Крильон между мысами Майделя и Замирайлова Голова. Повреждения были настолько велики, что ремонт «Луги» был нецелесообразен и снимать ее с отмели больше не пытались.
Судно построено в 1918-21 г.г. на верфи «Хог Айленд» в Филадельфии, США. В январе-феврале 1943 г. сухогруз «Луга» прибыл из США на Дальний восток в рамках закона о ленд-лизе. Принадлежит к классу сухогрузов и войсковых транспортов типа «Хог Айлендер». Этот класс – прямой предшественник самого известного и массового в годы 2-й мировой войны класса сухогрузов «Либерти». «Хог Айлендер» – типовые транспортные суда, строившиеся поточным методом в конце 1-й мировой войны. Первый «Хог Айлендер» был спущен на воду 5 августа 1918 г., последний 29 января 1921 г.; всего было построено 122 судна — 110 сухогрузов и 12 войсковых транспортов. «Хог Айлендеры» не понесли потерь в Первую мировую войну, во Вторую мировую погибли 58 судов этого типа.
После войны в составе пароходства СССР осталось 47 пароходов типа «Либерти» и «Хог Айлендер».

Все останки сухогруза "Луга"

Долго ли коротко ли ехали Максим Николаич и его 4 богатыря, да таки приехали к речке-невеличке, а на берегу той речки смотрят - изба стоит! Короче рыбный стан как обычно. Только вот на западной стороне Сахалина в устьях рек запрещено ловить рыбу, в отличие от восточной, поэтому сетей там нет в каждой бухте. А вот станы иногда стоят. Не знаю как они не вызывают подозрения или отмазываются. Молодой парень, который там был, напоил нас компотом, поговорили с ним, да напоследок еще купили у него полкилограмма красной икры поесть. Продукты у нас как раз по плану 2 дня назад закончились, хотя что-то еще оставалось на сегодня и на завтра утром.

Еще мы искупались в Японском море и потом обмылись в реке – море холодное, блин, особенно когда стоишь «по помидоры» и тут прикатывает волна и те самые помидоры нежно обмораживает своим присутствием.

За рекой дорога с пляжа уходит вглубь острова и вверх на перевал (13,6 км с бивака). Впереди вдоль берега видны скалы мыса Замирайлова голова, а перед ними водопад, при помощи которого в море вливается р. Замирайловка. Водопад красивый, но переться полкилометра до него что-то заломало и вместо этого мы полезли на перевал (14:20). А то давно у нас не было перевалов…
Небольшое отклонение от пляжной жизни

Димыч скатывается с перевала Димыч скатывается с перевала
Иногда он знает фарватер! Иногда он знает фарватер!
Мыс Замирайлова Голова Мыс Замирайлова Голова
Правила поведения на мысе Кузнецова Правила поведения на мысе Кузнецова
Сначала хорошо накатанная колея из желтой глины просто ушла с пляжа в бамбуковое поле, а потом она стала круто и зигзагами набирать высоту. Поднявшись на сопки дорога стала просто «кувыркаться» – вверх, вниз, вправо, влево… Иногда выходила на открытые поляны, а иногда над нашими головами стоял сплошной свод из веток деревьев. Стали появляться лужи – от мелких «тазиков», до эпических размеров «бассейнов». Не всё удавалось объезжать, «бассейны» приходилось идти вброд прямо в обуви. Несмотря на все ухищрения дороги, нам почти везде удавалось по ней ехать, и это было интересно и разнообразно после монотонного выдавливания следов на пляжном песке.
Дорога на перевал на мыс Кузнецова

В урочище Чертов мост дорога заложила крутой спуск с отличным видом на море и на соседний борт ущелья, а потом настолько же крутой подъем со скальными отвесами. На одном пятаке мы остановились и вылезли из нашей колеи на склон сопки – оказалось, что мы только что проехали м. Замирайлова голова – довольно сильно выделяющийся в море скальный утес ромбовидной формы. Замечательная природная диковинка, красивая! И главное недоступная, как многие прибрежные скалы на Сахалине.

Еще немного покатавшись по раздолбанной уже машинами грунтовке и поискав фарватеры в лужах, мы наконец-то вывалились в долину за м. Кузнецова (22,3 км, 15:50). Тут находится одноименное село – довольно свежие дома и постройки, козы, кони, и даже табличка «Памятник природы Мыс Кузнецова» с инструкцией как правильно применять этот памятник. Говорят, тут есть страусовая ферма и зверинец, в котором есть пара медведей и прочие зверюги, но что-то нам на это было после Крильона как на предыдущие водопады перед перевалом. В целом осталось впечатление очень обустроенного и ухоженного животноводческо-рыболовного селения.

Боевые наблюдения: с. Кузнецово и м. Кузнецова.
Мыс Кузнецова – один из памятников природы о. Сахалин. Название свое мыс получил в честь капитана 1-го ранга Д. И. Кузнецова, командовавшего первым отрядом, приплывшим на Дальний Восток в 1857 г. для охраны российских границ. Мыс примечателен тем, что здесь находится единственное на острове круглогодичное лежбище краснокнижных сивучей и нерп.
Летом 1787 г. в местечке Сони (Кузнецово) на юго-западном побережье п-ва Крильон высадились участники французской кругосветной экспедиции Жана-Франсуа де Лаперуза. Местными японцами они были приняты за русских.
В селе есть подсобное хозяйство предприятия "Мыс Кузнецова", в котором есть вольеры со страусами и двумя медведями.

Квадратная скала - мыс Кузнецова

За деревней мы снова спустились на пляж и отобедали у выброшенного на берег и основательно распиленного на металл судна.
Сахалинский Devils Tower

На подходах к г.Коврижка (м.Виндис) На подходах к г.Коврижка (м.Виндис)
Коврижка на горизонте Коврижка на горизонте
Еще 6 км пыток пляжами и мы докатились до м. Виндис (17:35). Хотя чаще он известен как гора Коврижка. Этакий трапециевидный монумент, ярко выделяющийся на окружающем рельефе и очень похожий на американское чудо Devils Tower, только торчит эта «коврижка» в море и размерами она меньше в несколько раз. За то своя, отечественная! Гора действительно очень заметная – её видно на десятки км в хорошую погоду. Мы ее наблюдали, как только на пляж вылезли в Кузнецово.

Боевые наблюдения: г.Коврижка (м.Виндис).
Представляет собой скалу с плоской вершиной и крутыми, почти отвесными, стенами издалека похожую на остров: при наблюдении с севера и юга – трапециевидный, а с запада – квадратный. Вокруг этой скалы можно заметить множество крупных камней, разных форм и видов, здесь же водятся крабы, нерпы. На его плоской вершине (высота 78 м) было найдено несколько археологических стоянок древнего человека. Название «Виндис» переводится с айнского языка как "скверное жилище". За трапециевидную форму мыс также называют Коврижкой. С морской стороны мыса располагается большая колония морских птиц.

Немного потупили, посидели на бревне и полюбовались на Коврижку, но заниматься скалолазанием на нее желания не оказалось (хотя у меня, Антохи и Сереги есть вполне достаточный для этого опыт горовосхождений) – уже становилось прохладно и ветрено. Вечерело… Отъехав 4 км от Виндиса, мы приземлились в устье р.Горбуши. Медленно разложили свой походный скарб, медленно сготовили поесть и медленно потупили вечером, пока не стало темно. Начинал накрапывать небольшой дождик пару раз, но без особого успеха.

Коврижка. Сахалинский Devils Tower

Уже в полных сумерках к нам в устье приехали 2 луча света фар, а за ними джип с 5-ю мужиками, которые стали партизански браконьерить рыбу из реки. Воспользовавшись моментом, мы отослали к ним специально надрессированного завхоза Серегу добывать продукты, а сами завалились в палатку спать. Серега долго не возвращался и поэтому послали за ним специально надрессированного врача-спасателя Димыча… Через 5 минут Фома притащил нам допивать полбутылки пива и новость, что Серега уже втерся в доверие к невельским джипперам и уже занят мероприятиями по добыче рыбы. Не помню когда вернулся наш засланец – я отрубился под шум дождя, но утром у нас было 2 трупа горбуши на завтрак.

Км с бивака

Пункт

Время

3

м. Майделя, пост Сирануси

 

9

останки сухогруза "Луга"

12:30

13,6

р. Замирайловка, начало подъема на перевал близ м.Кузнецова

13:20

22,3

с.Кузнецово

15:10

30

м.Виндис, г.Коврижка

17:35

34,4

устье р.Горбуша

18:10

8 день, 15.08.12 – проехали и прошли 25,4 км пляжей и 9 км грунтовки через пер. близ м.Кузнецова.
Пока, Крильон!

Холодильник на пляже - как скамейка в парке Холодильник на пляже - как скамейка в парке
Мертвое Перепутье Мертвое Перепутье
Еда кончилась. Пообедали сном. Еда кончилась. Пообедали сном.
Всю ночь нас поливал дождь, поэтому яростно солнечное утро я встретил, плавая в спальнике в небольшой луже. С утра мощные испарения после мокрой ночи и отсутствие ветра создают турецкую баню прямо на открытом воздухе – метра 2-3 над пляжем стоит пар, в котором влажно адски. Долго варим рыбу, медленно собираемся – чувствуется накопившаяся усталость. С бивака открывается отличный вид на Коврижку, на фоне моря в ясную погоду она выглядит как белая ворона. Весь день нам придется ехать по пляжу, утопая в песке и морской капусте, второй день в солнечную ясную погоду нас ждут мокрые соленые ноги и скрип песка на тормозах. А еще утром мы съели последние продукты и вчерашнюю рыбу, а на текущий день у нас остались 2 горстки конфет и пыль по карманам.

Выехали в 10:40. На горизонте в Татарском проливе видно о. Монерон – чем-то напоминает остров из мультика «Остров сокровищ». Едется тяжело по пляжам – больше 13 км\ч не получается сильно разогнаться. Так же едем по самой границе выката волн с мокрыми и солеными ногами, на металлических деталях байков стали видны уже минеральные осадки от морской соли.

На пляжах попадается много вещей, выброшенных морем, меньше, чем на анивском побережье, но тем не менее попадаются. Особенно впечатляют холодильники! За день трижды видели выброшенные на пляж холодильники с оторванными дверями. Что заставляет их вылезать обратно на берег? Как они оказались в море? Возможно это самая сложная и неразрешимая загадка истории )) Зато на них удобно отдыхать – этакие лавочки на набережной Средиземного моря. Только это сахалинская версия – без мостовых, домов и гламурных отдыхающих в пестрых одеждах, и вместо кованных завитых лавочек со спинками – суровые вымоченные в море холодильники.

Утренние испарения

Много речушек впадает в море, в устье это обычно огромная размытая дельта с широким песчаным пляжем или широкое, но мелкое единое русло. При этом легче всего переходится по морю – при впадении образуется замкнутая коса поперек реки метрах в 5 в море. Первый раз мы так по морю обходило еще р.Анастасию, но тут это стало массовым явлением. За день мы так перешли штук 20 рек.

Через 16 км мы добрались до Перепутья – села уже нет, есть несколько полуразрушенных построек. Почему деревня, стоящая на единственной дороге получила такое название – тайна покрытая мраком. В устье реки мы вместо обеда раскидали ковры на песке и полчаса поспали. Еда кончилась, поэтому ее заменили сном.

К вечеру (17:20) мы изможденные добрались до дороги, которая вывела нас в Шебунино (34 км). Последние км 15 дались крайне тяжело из-за отсутствия топлива и сложности поверхности передвижения, особенно Коле, который очень сильно отставал. Поэтому делали перегоны по 2-3 км и минут 10 отдыхали.
Цивилизация

В Шебунино мы практически разорили магазин. Купили столько еды, что еле её смогли потом съесть за 3 дня. Сидели на крыльце магазина и ели бананы, булочки, пили сок и минералку… Оборванные, обветренные, просоленные и грязные по колено. Но сколько же это кайфа – простая конфетка или булочка!

Шебунино – старый шахтерский поселок, после закрытия шахт в советское время практически стоит на грани исчезновения – население сократилось в разы, работа исчезла… Красноречиво это показывают 2 или 3 пустые 5-этажки на холме в центре села и заброшенные усадьбы на въезде.
Магазин в Шебунино

Выбравшись из Шебунино на дорогу в Невельск, проехали вдоль моря по укатанному пыльному грейдеру 11 км и слезли ночевать как обычно на пляж к морю в устье небольшого ручья. Бивак наш был организован вокруг огромного вынесенного на берег дерева и его корней. При этом самое забавное что там было – это мокрицы, которые прятались от солнца под разбросанными нами предметы. Поднимаешь влажное полотенце – а там пара десятков этих членистоногих начинают разбегаться по сырым уголкам бивака ))

Спать упрашивать никого не пришлось…

Км с бивака

Пункт

Время

16,75

с.Перепутье

 

34

с. Шебунино, магазин

17:20

45,6

ручей под г.Открытой

18:55

9 день, 16.08.12 – проехали 34 км пляжей и 11,6 км профилированной гравийки.
Подъемная сила

Обычно, чтобы поднять Сережу уходит минут 20-30. Сережа – это самый крупный из нас парниша и самый общительный и добрый… ну чаще всех. Но Сереженька ну ни как не умеет просыпаться с первого раза. Приведу пример стандартного нашего утра:

(7:00) – Серега, подъем!
(7:00) – Щас… Щас… Щас… (залез в спальник с головой)
(7:05) – Давай, туша, освобождай проход!
(7:05) – Ну щас встану! Уже почти встаю!
(7:10) – (я посидел на Сереге жопой) Серега! Се-е-рё-ё-га!!!
(7:10) – А чё я, почему не Димыч! Пусть он встает, чё я всегда первый!
(7:10) – Димыч уже зубы чистит минут 10 как… Вылезай из засады, морда!
(7:15) – Давай, тело, прими вертикальное положение! Ну или хотя бы ракообразное!
(7:15) – Ну чего ты все время меня будишь! Щас, еще пару минут и я проснусь…
(7:20) – (безуспешно пытаюсь вытащить за ноги тело в спальнике из палатки) Туша! Мы щас нагадим в твою тарелку и скажем что это завтрак! Серега, вставай уже!
(7:20) – Не нагадите! Я почти встал уже.. щас… сегодня… встану… я…

Примерно «скоро» он таки вылезает из спальника и палатки с помятыми частями тела и отлёжанным эпидермисом. И начинает зомбировать еще минут 10 по биваку или спать сидя вне спальника.

Этим утром мне надоело его поднимать и я, один раз пнув Серегу, вылез домика и пошел на свой утренний моцион. Через положенные 20 минут вылез Серега и занялся оживанием. После этого мы его уже не будили, а просто начинали шуметь на биваке… Через 20-30 минут он вставал сам.
Гравийный Сахалин

Димыч приветствует асфальт перед Невельском Димыч приветствует асфальт перед Невельском
Картонные домики в Невельске Картонные домики в Невельске
Японская узкоколейная ЖД за Невельском Японская узкоколейная ЖД за Невельском
Руины Холмского целлюлозно-бумажного заводана въезде в г.Холмск Руины Холмского целлюлозно-бумажного заводана въезде в г.Холмск
В 7 встали, в 9:45 выехали, долго собираться стало нормой похода. Солнечно, тепло, просто отлично… Не особо активная гравийка вдоль Японского моря с утра оказалась усилена грузовиками с углем, поднимающим пыль. Довольно быстро добрались до Горнозаводска – в сам поселок (он расположен от моря вдоль реки вглубь острова) заезжать не стали – отсюда и так видны заброшенные деревянные дома и некоторая запущенность, как и в Шебунино. Вообще сложилось впечатление, что западная сторона Сахалина более замученная и запущенная, загнобленная и разрушенная, нежели восточная. Может субъективно, но каждый поселок это подтверждал, а не опровергал.

За Горнозаводском начался асфальт! Мы не видели асфальта с Тараная, 8 дней! От Горнозаводска мы стали замечать, что вдоль автодороги идет ЖД-ветка, и что она узкоколейная (1067 мм) и в данный момент используется. Местами на ней мы встречали дорожников в замасленных оранжевых робах – кто-то косил траву на ней, кто-то чинил шпалы, кто-то еще что-то делал, но дорога явно была на ходу.

Боевые наблюдения: Cеть узкоколейных ЖД на Сахалине.
Значительная часть имевшихся на Южном Сахалине железных дорог была построена в период Карафуто японцами. Железнодорожный транспорт общего пользования в Сахалинской области был представлен Сахалинской узкоколейной железной дорогой колеи 1067 мм («капская» колея). Использовались для перевозки пассажиров между нас. пунктами и грузового сообщения. Кроме этого было много коротких узкоколеек (колея 750 мм), использующихся в основном для доставки угля и леса от мест добычи до портов.
В настоящее время большая часть старых японских узкоколеек разобрана. Тем не менее, все нынешние ЖД Южного Сахалина имеют узкую 1067 мм колею, локомотивы и вагоны советского и российского производства с колесными парами меньшей ширины. С 2003 г. ведутся дискуссии по перешивке всей Сахалинской ЖД на общероссийский стандарт в 1520 мм.

Асфальт стал признаком приближения к большому городу. И, да, стали появляться машины, домики, люди… Стал виден издалека Невельск. На подъездах к городу за несколько км до его границы мы обнаружили сначала маяк на горе над нами, а потом выброшенный на отмель корабль. Но в отличии от «Луги», это был более современный корабль «Капитан Лобунец», хотя уже ржавый и частично распиленный на металл.

Боевые наблюдения: Останки траулера «Капитан Лобунец».
СРТМ-К (средний рыболовецкий траулер морозильный кормового траления) типа "Железный поток" (проект 502Э) "Поярково" был построен в 1983 г., в 1984 г. был переведен в Невельск из Владивостока своим ходом. В 1998 г. судно переименовано в «Капитан Лобунец». Длина – 55 м, ширина – 10 м, водоизмещение – 1140 т, макс. скорость – 12 уз., 1 дизель мощностью 1000 л.с., экипаж – 30 чел.
Два сахалинских судна были задержали 30 октября 2001 г. камчатскими пограничниками. СТС «Тюльпан» и СРТМ-К «Капитан Лобунец» досмотрены недалеко от западного побережья Камчатки. На борту обоих судов обнаружена неучтенная крабовая продукция (камчатский и синий крабы). Разрешения на промысел этого вида биоресурсов экипажи не имели, и поэтому оба были отконвоированы в порт Петропавловска-Камчатского.
13 декабря 2002 г. «Капитан Лобунец», намотавший на свой винт трал, буксировался МРТ «Гиляк» в порт Невельска. Но из-за сильного штормового ветра буксирный трос оборвался, и «Капитана Лобунца» вынесло на прибрежный риф. Экипаж был эвакуирован на берег, судно снять с мели не удалось.

Выброшенный на мель "Капитан Лобунец"

Въезжаем в Невельск, город выглядит неплохо после предыдущих сел, хотя все же «совок» блекло соседствует с современным сайдингом и стеклянным блеском. Город портовый и это чувствуется. После землетрясения 2007 г. и разрушений в городе было построено много домиков. Красивых, ярких, но как говорят местные «до следующего землетрясения».

Боевые наблюдения: Невельск.
Город и порт на восточном побережье Японского моря, центр Невельского городского округа. Является одним из самых лавиноопасных городов в России. Население на 2010 г. – 11,7 тыс. чел, что в 2 раза меньше, чем было в 70-90 г.г. Назван в честь адмирала Г. И. Невельского, исследователя Сахалина. С 1946 г. – город Невельск. До этого – айнские поселения Понто-Кэси, (в переводе «на краю озера»). С 1905 г. – японское название города – Хонто. Первое упоминание относится к 1789 г.
2 августа 2007 г. в результате сильного землетрясения мощностью до 6 баллов было разрушено и основательно повреждено большое количество зданий в городе.

Тут мы и закупились основательно в магазинах и аптеках продуктами, кое-какими лекарствами, компонентами ремнабора, батарейками для мобильных устройств и вкусняшками. В общем, всем чего нам не хватало. Кроме этого тут мы впервые встретили своих коллег – велотуристов: парень и девушка из Сыктывкара вдвоем ехали с Южно-Сахалинска и Холмска в сторону Крильона. Надеюсь, наши впечатления от пыток Крильоном не остановили их…

Жара тем временем крепчала. Выехав за Невельск, мы добрались до Ловецкой (27,5 км), где асфальт ушел в сторону Южно-Сахалинска, а мы дальше по пыльной гравийке вдоль моря стали вваливать в сторону Холмска. Машин на дороге не густо – это хорошо, зато ямок много – это плохо. Но в целом живописный пейзаж и соседство с морем не делало жизнь сильно грустной. Параллельно с гравийкой так же шла и ЖД-узкоколейка. На горизонте в Татарском проливе долгое время виднелась нефтяная вышка, хотя потом нам сказали, что она тут не нефть добывает, а «её с севера выгнали назад в Японию».

В районе села с мифическим названием Заветы Ильича Сахалинские мы слезли через ЖД и заросли кустов на пляж поесть и наткнулись на 3-х мужиков, которые пекли морских ежей. Был у нас один Сережа, который сначала поназадавал им вопросов, потом попробовал одного ежа, потом рассказал кто мы и откуда… В результате мужики угостили каждого из нас ежами и еще практически отдали всех остальных в дорогу. Благо тут их на отмели собирать легко, поэтому совесть меня сильно не мучала за своих оболтусов.

Следующие 30 км прошли как во сне – море слева, горы справа, гравийка, пыль от машин, жара. На 68 км с утра началась дорога из плит и окраины Холмска. Тут же мы проехали «памятник перестойки» – пустые коробки корпусов Холмского целлюлозно-бумажного завода, некогда самого крупного на Сахалине. Ныне практически покойного. И на 71-м км мы приехали в центр города, к порту, где за зданиями был виден паром на материк. Опять магазин, опять мороженки и вкусняшки. Холмск – еще портовее порт, чем Невельск и еще крупнее городище. Сюда ходит паром с порта Ванино – «главный паром на Сахалин».

Боевые наблюдения: Холмск.
Город и порт на восточном побережье Японского моря, центр Холмского городского округа. Население на 2010 г. – 31 тыс. чел. Холмск имеет неофициальные названия «Морские ворота Сахалина» и «Ворота на Запад». 3-й по численности населения город на Сахалине и 2-й по экономическому развитию. Город был основан 21 мая 1870 г. как русский военный пост Маука 10-ю русскими солдатами во главе с поручиком В. Т. Фирсовым. В 1905-45 г.г. находился в составе Японии как город Маока. В 1945 г. был возвращён СССР, в 1946 г. переименован в Холмск. Статус города по японской классификации получил в 1922 г., по советской – в 1946 г.
Крупнейший на Сахалине транспортный центр, в состав которого входят морской незамерзающий порт с 2 терминалами, 3 железнодорожные станции и узел автомобильных дорог. Связан с портом Ванино морской железнодорожной паромной переправой. Из города начинается федеральная трасса Р495 «Холмск –¬ Южно-Сахалинск». Крупный экономический, промышленный и культурный центр Сахалинской области, центр морского рыболовства и судоремонта.
Холмский мегаперевал

ЗИС-3 на Холмском перевале ЗИС-3 на Холмском перевале
Проехав еще пару км по городу мы свернули на трассу в Южный. Буквально сразу она начала подниматься вверх от моря, и мы почувствовали, что «жара» у моря это не та «ЖАРА», которая не у моря! Подъем на Холмский перевал от свертка в самом Холмске занимает 7,4 км, но при этом уклон таков, что по асфальту приходилось идти пешком иногда, а самым замечательным местом перевала оказался «тещин язык» – асфальтовый серпантин перед самым выездом на седловину. Ползли вверх в одних шортах и попотели на славу… Антоха, самый легкий и с самой высокой удельной мощностью из нас как-то быстро уехал из нашего поля зрения вверх, а Коля изрядно отставал, поэтому пару раз мы приваливались и отдыхали в кювете в немногочисленной тени.

Уже на седловине выяснилось, что Антоха тоже отдыхал в тени домика сторожа тяжелой дорожной техники и что, попросив у сторожа воды, он получил от него в знак респекта и уважухи, а также за душераздирающий несчастный вид еще и кулек с ужином сторожа, которые ему собрала жена на смену. У сторожа, правда, еще была еда, но такого сверхчеловеческого отношения мы даже не ожидали.

"Тещин язык" Холмского перевала

На седловине перевала (80,4 км, 17:45) площадка с памятником в виде советской пушки ЗИС-3, водруженной на белую дугообразную стелу. На основании стелы табличка, что это памятник «героям-освободителям исконно русских земель Южного Сахалина и Курил от японских агрессоров» и перечисления имен советских солдат, погибших 21-23 августа 1945 г. на Холмском перевале. Димыч в силу своего природного цинизма и сарказма тут же подверг холивару и стебу слова «исконно русских земель» и вспоминал потом еще полпохода эту формулировку.

Спуск с перевала – одно удовольствие! Гладкая свежеасфальтированная почти на всем перегоне дорога, солнце «село» за перевал, поэтому не пекло уже в восьмом часу вечера, но еще и холодно не стало от набегающего потока. В общем 12,5 км накатом, почти не педаля, мы слиняли до самого Пятиречья вдоль р.Фрикена до ее слияния с Лютогой.

Время было позднее, дальше по карте продолжались пятиреченские дачи, и соответственно места встать с водой и дровами и без свидетелей мы рисковали не найти до самой темноты, поэтому встали тут. Тут – это на окраине Пятиречья есть дорожная развязка, типа «кольцо» и за ней сразу бетонный мост через Лютогу. Вот под мост мы и залезли… А что ?! Отличное место! Дождь не страшен, сверху нас не видно, с боков не видно из-за зарослей и глубокого ущелья реки. И еще отличный плюс – за кольцом был магазин с пивом, в каких-то 200 м. от бивака :) Нарубили полутораметровых лопухов под палатки, развели огонь, Серега сходил в магаз за пивом. Хорошо посидели!

Злые духи живущие под мостом через Лютогу

Это была наша первая ночевка под мостом, и она себя оправдала. В детстве я слышал суеверные сказания и байки, дескать под мостами не только на Руси, но и в Суоми, и в ГрейтБритании как минимум живут всякие грязные неудовлетворенные жизнью духи, лешие и прочая погань… Не зря же Иван-крестьянский сын с чудом-юдом поганым на Калиновом мосту бился! Так вот мы и заселились под мост лютожный :)

Км с бивака

Пункт

Время

7,85

с.Горнозаводск

10:20

21

г.Невельск

11:20

27,5

устье р.Ловецкая

 

57

с.Правда

 

71

г.Холмск

16:40

80,4

пер. Холмский

17:45

92,9

с.Пятиречье, мост р.Лютога

19:30

10 день, 17.08.12 – проехали 28,4 км по асфальту и 64,5 км по гравийке.

Комментарии
Бывает... 
Я всю жизнь прожил в центре самого огромного материка. Томск - вообще самый удаленный от побережья город на планете. Поэтому с берегом острова или берегом моря у меня проблемы.
Baton24.11.13, 16:49
Отчет действительно классный! Достаточно подробный, но без занудства и с юморком 
.
Единственный косячок - аффтар путает восточный и западный берега острова. :( Куда смотришь с берега - так и называеца. На север - северный берег и т.д.
Да у нас и так не было проблем с рыбой - она у нас была. Рыбаки сами часто предлагали, я писал об этом 
...
Авторизуйтесь, чтобы оставить отзыв
Оцени маршрут  
     

Еще маршруты в Сахалин
еще маршруты
О Маршруте
Категория сложности: 5
Опубликовал Макс Иванкин