хребет Жигулевские горы / Спортивный туризм | Лыжный туризм
 

Первая зимняя Жигулёвская кругосветка на лыжах

2 - 12 января 2010 г.

Первая зимняя Жигулёвская кругосветка на лыжах

Идет загрузка карты ...
Прошли на лыжах 200 км в 30-градусный мороз
 
Жигулёвская кругосветка на лыжах

У лыжной базы ППШ У лыжной базы ППШ
P1050857 P1050857
P1050858 P1050858
P1050861 P1050861
За пологом палатки 0 градусов За пологом палатки 0 градусов
P1050880 P1050880
P1050887 P1050887
P1050897 P1050897
P1050921 P1050921
P1050924 P1050924
Кресты Кресты
За стенами избушки минус 35 градусов За стенами избушки минус 35 градусов
P1050981 P1050981
P1050986 P1050986
Розы мороза Розы мороза
P1060015 P1060015
P1060029 P1060029
P1060063 P1060063
Сидят Шестерин Емелин Стоят Бабаев Голубева Шаповалов Зверев Сидят Шестерин Емелин Стоят Бабаев Голубева Шаповалов Зверев
  1. Первая Зимняя Жигулёвская Кругосветка

    Личные впечатления.

     

    Подготовка к Первой Зимней Жигулевской Кругосветке началась 8 декабря 2009 года. Вначале был составлен график движения, исходя из наличия выходных дней новогодних каникул и километража предстоящего путешествия. Планов-графиков было два: «по часовой стрелке» и «против часовой стрелки». При подготовке предпочтение отдавалось традиционному весеннему прохождению на ялах по Самарской Луке – т.е. «вниз по течению – по часовой стрелке».

  2. Предварительная подготовка заключалась в покупке специфического снаряжения. Кто-то купил санки-волокуши, кто-то - бензиновые мини-грелки, а кто-то и термобельё (до сих пор не могу понять: чем отличается, кроме цены, обыкновенное хлопчатобумажное бельё от термобелья? И почему использовалась приставка «термо»?)
  3. Пару раз собрались на нашей лыжной базе «ПаПаШа», статус которой, есть задумка, изменить на «Клуб экстремальных путешественников». Целью сборов было познакомиться друг с другом, с маршрутом, впервые идущим показать, что предстоит не лёгкая прогулка по зимней Волге, а экстремальный поход. Никого особо не уговаривали, но и ни кому не отказывали в праве на участие. Максимально хотели пойти (и заявляли о своём желании участвовать) 12 человек.
  4. 2 января 2010г.
  5. Отгуляв корпоративные вечеринки, встретив Новый 2010 год, собралась группа товарищей в час назначенный на лыжной базе ППШ. Пришли не только участники, но и провожающие. Почти все не смогли удержаться от предложенной «рюмки чая» по случаю наступившего нового года, и чтобы несколько успокоить предстартовое волнение. В разгар проверки наличия снаряжения, Николай Зверев предложил:
  6. - Учитывая то обстоятельство, что за ГЭС чистая вода и пройти берегом практически невозможно, давайте пройдём маршрутом «наоборот», т.е. по второму варианту. А пока будем идти, вода может ещё подмёрзнуть. - Аргументы были весомые – я согласился первым.
  7. На стартовые ступеньки лыжной базы вышли в 11 часов 11 минут. Сфотографировались. Приобнялись с провожающими. И…
  8. Вот он миг, к которому мы готовились: уходим! Николай Зверев почему-то предложил выйти на пляж 11 квартала по дороге, и все пошли за ним, кроме меня – традиционно, по оврагу, было ближе…
  9. Просторы нашего рукотворного моря нас встретили как-то «по пасмурному» - солнце было за тучами, дул лёгкий прохладный ветерок с юго-востока. Шесть человек решительно ступили на запорошенный снегом лёд. Только две провожающих девушки на берегу махали нам вслед руками и, наверное, всплакнули – они тоже хотели с нами пойти, но в последние дни передумали, напуганные метеопрогнозом.
  10. Переход через море прошёл на едином дыхании. Редкие наносные сугробики снега на льду нисколько не мешали нашему продвижению вперёд. Впрочем, скорость движения была невелика – торопиться было некуда, время от времени группа останавливалась – кто-то подправлял уложенный груз на волокуше, кто-то устранял мелкие неполадки на лыжных креплениях. На перекус вставали лишь однажды: попили чая из термосов, перекусили салом с хлебом.
  11. Прошли Молодецкий курган, гору Лепёшка, и уже в сумерках прошли под проводами ЛЭП. До сих пор удивляюсь: для чего на одной из высоковольтных опор зимней ночью горит фонарь? Причём, в средней её части. На ночёвку остановились уже в темноте в одном из заливов правого берега реки Усы на заросшем лесом берегу, напротив места нашей последней ночёвки флотилии традиционной весенней Жигулёвской кругосветки. Роли по обустройству бивака как-то сами собой распределились: мы с Олегом Бабаевым ставим палатку, Володя Емелин и Дима Шаповалов – занялись заготовкой дров для костра, а Николай Зверев с Юлей Голубевой взяли на себя приготовление ужина.
  12. Ужин прошёл в тёплой дружеской обстановке и был праздничным, со всеми вытекающими из этого атрибутами праздничного стола – новогоднее настроение было у всех. Температура «за бортом» была где-то около нуля градусов. Праздничный стол освещали шесть свечек, установленных в одну металлическую банку-подсвечник и налобные фонарики. Произошёл случай, объяснить который ни кто не смог. Кто-то из нас случайно задел банку со свечами, в которой образовался двухсантиметровый слой расплавленного воска. Банка перевернулась, воск мгновенно выплеснулся на снег и… взорвался так, как взрывается газ. Причём на снегу застывшего воска не оказалось! Мы долго потом обсуждали: как воск мог взорваться, потому что ни кто подобного случая в своей туристской практике не припомнил.
  13. Укладку ковриков и спальников в единую шестиместную палатку поручили единственной женщине Юле, с чем она с успехом справилась. Первая ночёвка запомнилась некоторой теснотой и привыканием к условиям зимней ночёвки, когда спишь в спальнике, одев на себя: свитер, комбез, куртку, шапочку, шерстяные носки… Не скажу, что было холодно, скорее – тепло и сыро. Ночью на палатку постоянно падал мокрый снег с веток дерева.
  14. 3 января 2010г.
  15. Утром ещё в темноте мы долго выбирались из мокрых спальников в заиндевелой палатке, с трудом надевали замёрзшие ботинки, согревались у разгорающегося костра и с тревогой посматривали на мокрый снег – что день грядущий нам готовит? А природа на день второй приготовила нам сюрприз: уже первые шаги на маршруте были под… дождём. К тому же на льду Усы почти везде под десяти-двадцатисантиметровым слоем снега, была вода. Тут же выявился недостаток в нашей экипировке: трое были на лыжах, а трое шли пешком. Так вот, на второй день Олегу, Диме и Юле досталось по полной программе. Мало того, что на сугробах ноги проваливались под снег, так ещё и приходилось в некоторых местах быстро-быстро перебирать ими, чтобы воды не набрать в ботинки. А тут ещё погода зарядами - то дождь, то снег, то колючая мелкая ледяная крупа…
  16. Одно время на одежде и снаряжении на волокушах появилась устойчивая ледяная корка. Я даже обрадовался, потому что её очень легко было стряхивать с курток и брюк. Но прошло некоторое время и всё опять растаяло под очередным дождём. Возникали предложения свернуть и переночевать в «Богатырской слободе», в брошенных базах отдыха на правом берегу Усы, но мысль, что на второй день мы уже выбьемся из графика, пересилила и непогоду, и усталость. А прошли-то всего, как выяснилось вечером, 16 км!!!
  17. В 16.58 я записал в дневнике:
  18. - Да, денёк сегодня выдался на удивление тяжёлый: с утра дождь, снег, ледяная крупа, позёмка, ветер и всё – «мордотык». Если Природа и дальше будет себя так вести – мы за себя не ручаемся. Устали, как черти, без еды и под дождём.
  19. А перед этим был длинный переход до ДКОЦСТ «Услада» РАО РЖД - именно так написано на указателе у дороги. Наверное, что-то зашифровано, чтобы враги заблудились. Две попытки найти директора базы, увенчались успехом. Долгие уговоры выделить нам «любое помещение с полом и потолком» для просушки нас и снаряжения, привели к тому, что команде была выделена «роскошная» трёхкомнатная квартира в жилом отапливаемом (!) двухэтажном доме, с туалетом, ванной, кухней, телевизором, двумя койками, диваном и столом со стульями. Не упомянул два холодильника – не пользовались, и электроплиту – часа три на ней грели воду для супа! Не скажу, сколько отдали за гостеприимство – с прошлого года, по заверению директора, ещё не закрыли уголовное дело на него за то, что он пустил на ночь двух «товарищей», а те вместо того, чтобы отблагодарить, предъявили удостоверения каких-то инспекторов налоговой милиции.
  20. Вечер и ночь в квартире, конечно, повлияли на чистоту эксперимента, но без них как-то смутно представляется наше пробуждение в палатке утром при… 18 градусах мороза!
  21. 4 января 2010г.
  22. Запомнились моменты из вечера 3 января:
  23. - когда я возвратился к команде после переговоров с директором базы, друзья стояли под козырьком подъезда, с которого бурно текли капли тающего снега, а волокуши со снаряжением оставались под дождём;
  24. - Володя Емелин, крепко спящий, сидя на диване, под звуки работающего телевизора;
  25. - очень вкусный суп, сваренный Николаем Зверевым с «помощником повара» Юлей Голубевой;
  26. - знаменитая «Лопуховка» Николая Зверева – эксклюзивная настойка на корнях лопуха;
  27. - какое-то странное нежелание воспользоваться возможностью принять ванну;
  28. - звонки друзьям, с просьбой привезти три пары лыж в Переволоки.
  29. Спалось мне на койке с двумя матрацами не очень хорошо, как, впрочем, не спиться всегда дня три на новом месте. Проснулся, еле дождавшись, под привычную мелодию будильника в сотовом. Сквозь дремоту слышал, как Николай Иванович вставал раньше и включил «ленивую» плиту для готовки завтрака. Кстати, чтобы завтрак подготовить быстрее, мы горячую воду вечером разлили в термосы. С удовольствием ощущая на себе сухую одежду, собрали в рюкзаки сухое снаряжение. Позавтракали вкуснейшей кашей, запили специально заваренным чаем.
  30. Выглянув на улицу, все немало удивились - с козырька над крыльцом свисали длинные сосульки, снег хрустел, а не шуршал под ногами, и в воздухе чувствовался нехилый морозец. В путь вышли по накатанной расчищенной дороге. Через километр пересекли железную дорогу. Сторож, расчищавший от снега переезд, нисколько не удивился нашему появлению. Утреннее солнце (!), пробиваясь лучами через ветки кустов, покрытых ледяным панцирем, заставило вытащить фотоаппарат и запечатлеть эту утреннюю красоту просыпающейся Природы.
  31. Нам по дороге встретилось несколько машин, которые доставили некоторое неудобство – приходилось останавливаться и пропускать их. Но кошмар начался, когда мы вышли на трассу М5. Шли по обочине, засыпанной песком со снегом, мимо проносились машины, обдавая ветром. Три километра трассы оставили не самое приятное воспоминание. Да, и ещё запомнилось: проходя один из оврагов, почувствовали резкий запах газа – когда-нибудь, предсказываю, случится там авария со взрывом…
  32. Дойдя до дачного массива, в котором, знаю, есть дача и Галины Любимовой – капитана-командора ЖК, свернули к сторожке. Николай, Владимир и Юля пошли в Переволоки закупить продукты, а нас, оставшихся, сторож пригласил погреться. Накануне я договорился с лыжной базой и Виктором Шамраем, чтобы привезли три пары лыж. Позавтракали в сторожке принесённой колбасой (я наконец-то выпил, купленную друзьями, вожделенную и желанную два дня баночку «кока-колы»). Приехал Виктор (дружим с ним давно!..) и привёз лыжи. Спасибо, Виктор Николаевич, передаю от Олега Бабаева, Димы Шаповалова и Юлии! Собрались скорёхонько, и пошли центральной улицей дачного массива на Волгу.
  33. Испытал огромную радость, ступив на лёд Волги – теперь перед нами простор и можно идти, сколь угодно времени, испытывая удовольствие от самого процесса ходьбы на лыжах и созерцая знакомые места вокруг в снежном убранстве! Как оказалось, удовольствие испытывали не все…
  34. Ну, что сразу начала отставать Юля, было понятно – не угонишься за опытными «лосями», но стал отставать и Дима. Хотелось бы ошибиться, но, показалось, он на лыжах катался последний раз лет пять. Темп, принятый при выходе на лёд Волги, нам четверым пришлось убавить. Частые остановки для ожидания отстающих, портили нервы. Принял решение: Юля должна сойти «на ближайшей станции», т.е. в Малой Рязани. Не вышло – как оказалось, из этой деревеньки уехать зимой в Тольятти практически невозможно, разве только с рыбаками или со случайными дачниками. Выпили по банке холодного пива, купленного в «доме рыбака» на берегу Волги в М.Рязани (большой магазин, номера гостиницы на втором этаже, есть даже на двоих), стоя на льду, подобрели и… пошли дальше все вместе.
  35. В Брусяны решили не заходить – сократили путь так же, как мы это делаем весной в Жигулёвской кругосветке. К входу в Брусянскую протоку пришли уже в темноте. Дима всё время держался особнячком – шёл вдали от группы не «по следу». Так что пришлось всё время оглядываться – на пути встретили несколько полыней, над которыми парило…
  36. Встали на ночёвку на самом мысу у входа в протоку, там, где виднеются остатки рыбацкого сарайчика. Возникло какое-то щемящее чувство с воспоминанием о весенних Кругосветках – сколько их прошло и все были с днёвкой именно в этой протоке. К тому же, с этим местом у меня связано романтическое воспоминание из далёкого прошлого, но об этом - не в интернете…
  37. В почти полной темноте мы с Олегом поставили общую палатку, Володя и Дима напилили сухих дубов, развели большой костёр. Мороз крепчал… Володя и Николай почему-то вдруг поставили рядом свою двухместную палатку, наверное, общая тесной показалась. В этот вечер легли рано – устали, да и холодно было, где-то около минус 25. Только раздался богатырский храп из палатки «на двоих», на льду послышались шаги. Я подумал – лось, уж больно «хрустело». Подошёл рыбак, поинтересовался самочувствием, не нужна ли помощь. Мы объяснили, что мы – туристы, нормальные тольяттинские туристы и всё у нас в порядке.
  38. «Захрустел» дальше…
  39. 5 января 2010г.
  40. Это была самая холодная ночёвка из всех ночёвок. Время от времени в лесу раздавался резкий щелчок – потрескивали от мороза ветки деревьев. Опять не выспался: от холода и от того, что будили рядом спящие друзья - то шорохом, то храпом… Самые неприятные минуты в походе были, без сомнения, минуты пробуждения утром в сыром спальнике и заиндевелой палатке. В этот раз я, по совету бывалых, засунул свои ботинки в спальник, но всё равно утром их, «деревянных», с трудом одел на ноги.
  41. Николай Зверев с радостью сообщил, что его походный термометр уверенно зашкалил за максимальную отметку минус 30. Во время сборов снаряжения каждый из нас время от времени подходил к костру и согревал руки. Тем не менее, завтрак был готов вовремя, и стартовали мы как обычно с первыми лучами восходящего солнца. Перед тем, как выйти на маршрут, я не смог отказать себе в удовольствии отклониться влево в протоку для того, чтобы снять зимой нашу традиционную поляну днёвки кругосветчиков.
  42. С трудом залез на лыжах на обрывистый берег, а лёд стоит ниже уровня весенней воды метра на три, и, оглянувшись, увидел с удивлением Володю Емелина – он шёл на лыжах по льду с волокушей. Оказалось, он решил, что мы пойдём по протоке дальше - перепутал весну с зимой. Щёлкнул пару раз на свой Panasonic «Lumix» панораму поляны, Володю на льду, и пошел обратно. Руки застывали всё больней. Особенно кончики пальцев – мои кожаные перчатки оказались годны лишь для поездки в автобусе. Вот там, наверное, кончики пальцев и отморозил – до сих пор ощущается какое-то онемение тканей внутри.
  43. Пошли традиционным весенним маршрутом по Мордовинской протоке, только, естественно, наоборот. На льду «цвели цветы» из инея, на которых чуть виднелся след вечернего рыбака, вышедшего к нам на огонь костра вечером. Юля и Дима сразу же со старта начали отставать. Более того, Дима опять отклонился от общего маршрута вправо и через двадцать минут скрылся за мысом острова Мордово…
  44. У дачного массива, устав оглядываться и «про себя» материться, встал и еле дождался Юлю. Встали и наши «трое выносливых». Хорошо, что Юля не дала мне ничего сказать, а предложила сама: «Николай Иванович! Всё! Я больше идти не могу…» Подошёл Володя, и мы дружески расстались с нашей единственной женщиной в команде, рассказав Юле, как добраться до сторожки и там ждать попутную машину. Договорились, что как только она сядет в попутку, тут же сообщит СМСкой номер машины. Часа через два пришло сообщение, что всё хорошо и она уже дома (как потом оказалось – всё «удовольствие» обошлось в 600 рублей). Вообще же необходимо отдать должное её мужеству – пройти 55 км при ТАКИХ метеоусловиях мало какая кругосветчица смогла бы. Запомнилась в походе она своим неиссякаемым оптимизмом и дружелюбием. Даже после того, как сошла, продолжала слать нам в поддержку СМСки…
  45. Из дневника:
  46. …Дима Ш. меня (и всех, наверное) сегодня удивил. Удивил своим неадекватным поведением в, казалось бы, обычной обстановке. Утром, вместо того, чтобы за нами повернуть в протоку, свернул вправо и скрылся за островом. Мы вышли протокой на Волгу и не обнаружили следов на льду Димы. Хотя предполагали, что он должен был уже пройти Волгой острова, пока мы провожали Юлю.
  47. Володя Емелин без рюкзака сбегал на лыжах к рыбаку на той стороне – тот Диму не видел. В общем, потеряли по времени ещё минут сорок. Идти дальше без Димы не было никакого смысла. Я даже предложил возвращаться. Некоторые протоки, кстати, у Мордово «дышали» водяным паром и было много полыней чистой воды. Понервничал я… Потом появился на горизонте Диман. Убил его аргумент на наше возмущение: «Я так захотел утром пойти. Мы же нигде КОМАНДОЙ не зарегистрировались…» И я, вообще, для него не авторитет.
  48. Вывод: больше Дима Ш. со мной никуда (подчёркнуто) не пойдёт, а уж, тем более, на Байкал. Пусть ходит «волком-одиночкой»... Ложусь спать. Все уже давно дрыхнут…  
  49. У Лбища встретили рыбаков, переходящих с левого берега Волги. Они нам показали, где расположены большие полыньи (их было там штук пять) и посоветовали идти вдоль берега. Мы пошли прямо на «Кресты» между полыньями. Кое-где попадались небольшие торосы. Солнце светили ярко, но грело не жарко. Сфотографировались у знаменитой достопримечательности Кругосветки – памятнику штабс-капитану Люпову, попили чайку и пошли мимо Винновки на ту сторону, имея ввиду, что ночевать будем на острове Быстренький. Предполагалось, что дом рыбаков на острове в нормальном состоянии и не запертый.
  50. День зимой короткий, но по всем расчётам выходило, что мы успеем засветло преодолеть запланированные 27 км. Если бы не Д. Он опять ушёл далеко вправо. Ладно бы впереди нас, так нет же, дистанция - километр позади. Оглянувшись в пятисотый раз, я увидел, что Д. встал в очередной раз и что-то там, в очередной раз, поправляет на своей волокуше – это было даже моим предположением, потому что было уже сумрачно. Перекурили, вглядываясь... Потом вроде как бы Д. пошёл и вдруг вновь встал, и силуэт человека исчез совсем. Осталось на льду тёмное пятно волокуши. Меня как ток прошиб – вдруг под лёд провалился!? Сбросив рюкзак и отстегнув волокушу, рванул по направлению к нему. Олег Бабаев сделал то же самое. До «утопленника» оставалось метров тридцать, и мы увидели, как Д. выпрямляется и спокойно одевает лыжи. Не помню громкие слова, нарушавшие секунд тридцать предвечернюю тишину, но они не были похожи на: «сударь, не соблаговолите ли вы идти вместе с нами?»…
  51. Извините, что столько места занято описанием поведения Д. Это сделано лишь для того, чтобы предупредить: в экстремальные походы должны ходить только командные туристы, то есть те, кто вначале думает о команде, выполняет общие дела, а потом уже идёт переодеваться, рыться в рюкзаке, пить чай и т.п. А уж, тем более, не анархисты, всё делающие лишь так, как ему нравиться. Таких людей называют «жди беды».
  52. В тот день мы могли бы переночевать в доме рыбаков на нашем традиционном месте стоянки - острове Быстренький… Не дошли. Свернули к небольшой «деревне» рыбаков. Уже в сумерках нашли более-менее подходящий домик для нашей маленькой кампании. Дружной совместной работой вычистили снег во дворе, затопили железную печурку, зажгли свечи, отужинали, сидя на лавках за столом, вкуснейшими макаронами по-флотски, сваренными Николаем Ивановичем и…
  53. Из дневника:
  54. Время позднее. Ночь с 5 на 6 января. Вызвался быть дежурным добровольно, так как не могу доверить свою жизнь никому, а уж, тем более, жизни друзей… Ночуем в домике одного из рыбаков в неохраняемой деревушке из самодельных сарайчиков на левом берегу. До острова Быстренький не дошли около трёх километров…
  55. На улице стоял 33 градусный мороз. Мы же провели эту ночь в относительном комфорте на деревянных нарах, застеленных ковриками, в спальниках, не раздеваясь. Риск был не замёрзнуть, риск был угореть, так как печка нещадно дымила, стоило только открыть самодельную (нами сделанную) дверку. Пришлось вставать четыре раза, как дежурному, чтобы поддерживать огонь в печке. Кто меня будил? Голая рука, выставленная из спальника. Как только в печке прогорали дрова, температура падала и рука замерзала…
  56. 6 января 2010г.
  57. Пробуждение в сухом спальнике в зимнем походе даёт заряд положительных эмоций на весь день. Хотя если порассуждать теперь, сидя у компьютера, про заряд, имея ввиду накопление энергии, - всё зависит от состояния «аккумулятора». В команде первых зимних кругосветчиков подобрались надёжные «аккумуляторы», пусть и не новые, но в данной ситуации: «старый друг лучше новых двух»!
  58. В какую-то минуту стало скучно одному возиться у печки и, сверив настроение с часами, был объявлен общий подъём. Разница температур «за бортом» в нашем временном пристанище составляла градусов 20. И поэтому сборы были недолги. Николай Иванович завтрак приготовил быстро, так как вода в котелках, стоящих всю ночь на железной печке, была «на подходе». С шутками-прибаутками позавтракав, запаковав снаряжение в наши волокуши, покинули этот гостеприимный уголок.  
  59. Пошли протокой между островом Быстренький и левым берегом Волги. На льду были видны широкие следы от мотоцикла – это обыкновенный чуть переделанный мотоцикл, с большими надувными колёсами. Такой мы видели вчера вечером, проезжающим мимо «нашей» рыбацкой деревни. Оказалось, что на этом берегу много обитаемых турбаз, вероятно с Новокуйбышевска. Зимует во льдах теплоход у дебаркадера. Неподвижно сидят у лунок философы-рыбаки, рассуждая о смысле жизни и втайне надеясь на поклёвку. Встретились две большие полыньи на повороте, там, где течение не даёт замёрзнуть воде, и она парит на морозе. Протокой по ровному бесснежному льду, чуть запорошенному снегом, вышли на остров Грязи (расположен перед островом Быстреньким) и решили его не обходить, а пересечь по прямой. Лёгкий подъём, быстрый спуск - и мы вновь на просторах Волги.
  60. Реку переходили вдоль «по диагонали», так как на небольших сугробах по всему льду снег вверху смёрзся коркой, которая лишь иногда слегка проваливалась под лыжами. Полыньи были видны издалека, как и первый признак большого города: на том берегу к пристани Шелехметь (приезжало, приходило, прилетало – выберите что нравится) судно на воздушной подушке. Час хорошей работы руками и ногами, и мы вошли в протоку Воложка между островом Проран и материком. Солнце слегка нагревало правый бок, но стоило только остановиться на передых, как ветерок выдувал тепло из-под курток и всем хотелось, почему-то, идти дальше, не останавливаясь.
  61. Проходя протокой под линией электропередачи, вспомнилось, невольно, приключение тут нескольких команд ялов в одной из весенних кругосветок, мачты которых задели за низковисящие провода и это привело к ЧП: один ял кильнулся, и матросы были спасены рядом идущими экипажами, у другого мачта сломалась. Как потом мы выяснили, напряжение на этих проводах сняли лишь два дня до этого… Все эти коллизии были подробно описаны в интернете. Для капитанов Кругосветки-2010: на момент нашего прохождения провода натянуты достаточно высоко и на них, судя по всему, высокое напряжение. Необычно, конечно, узнавать знакомые места, но в другом состоянии Природы...
  62. Уставшие, но непобеждённые, пришли постепенно к Рождествено. Движение тут судов на воздушной подушке и снегоходов очень интенсивное. Закупили продукты на день, и не смогли отказать себе в удовольствии посидеть за единственным столиком в магазинчике у пристани, выпить по три кружки пива с орешками-кириешками. Продавец любезно позволила нам зарядить аккумулятор сотового телефона и даже, по заказу, приготовила пару пицц. Мелькнула мысль позвонить «Кареглазому» из интернета и пригласить в гости в Рождествено, но «порывшись» в сотовом, телефона его не нашёл. Потом мелькнула вторая мысль: а вдруг он где-то рядом опять, как в тот раз на лыжной базе, и наблюдает за нами, а я его опять не узнаю… В общем, две мысли по этому поводу «мелькнули» и затерялись в замёрзшем мозгу... Прости, «Кареглазый». Через пассажиров судна на воздушной подушке «Самара-Рождествено» передали привет самарским туристам! На память о посещении Рождествено, купил баночку «Кока-Колы» - это антиреклама, но подробности произошли на следующий день...
  63. Памятуя, что в плане на сегодня надо пройти около 30 км, а мы прошли 22, с неохотой, но прекратили тратить деньги, и пошли дальше мимо стоящих во льдах теплоходов, самым представительным из которых выглядел «Пётр Алабин». Несколько раз по протоке проносились снегоходы в разных направлениях – самарская публика отдыхала от города. Уже в сумерках увидели подходящее место для ночлега на одном из поворотов: пологая площадка берега, два стоящих высоких сухих дерева на дрова, ровный без полыней лёд. Через три часа с огорчением узнали, что пологая площадка берега, где мы поставили нашу палатку-малосемейку и разожгли костёр – это припайный лёд. Для палатки всё равно, а вот костёр иногда напоминал баню-парилку. Лёд растопился и вода нагрелась, нагревшись, стала закипать, а при закипании вода что? Правильно, парит… Представьте котёл ёмкостью полкуба а над ним костёр. Хорошо, что наши дровосеки два больших дерева повалили – дров хватило и на то, чтобы сварить два раза, и на то, чтобы воду подогреть для Воложки. Место нашей ночёвки найти очень просто: заехать на снегоходе в протоку у Рождествено и против течения проехать 7 км. Справа по ходу на повороте далеко на лёд опёрлось своими ветвями ещё осенью, подмытое с берега дерево, вот у него мы и ночевали, пройдя 29 км.
  64. 7 января 2010г.
  65. Ночь прошла в палатке как обычно. В спальнике было холодновато, но ноги не мёрзли – догадался захватить шерстяные носки именно для сна. Бензиновая грелка согревала бок, там, где лежала в кармане комбинезона, а вот спине и другому боку было холодновато. Время от времени все, кроме, наверное, Емелина, меняли позицию, переворачиваясь на другой бок. Володя никогда на сон не жаловался – привычка матёрого туриста-зимника. Я заметил, что крепко сплю лишь лёжа на спине, но этот сон недолгий, потому что храплю. Просыпался от собственного храпа, или, скорее всего, от толчка соседа в бок – сколько раз сам так делал, чтобы заснуть. Спать было не жёстко – палатку поставили на снег, застелив предварительно его целлофаном, не разгребая до льда.
  66. Как и в предыдущие ночи, утро было долгожданным, потому что больше не надо было заставлять себя заснуть. Палатка изнутри была в пятимиллиметровом инее, часть которого уже осыпалась на спальники. В следующем походе, который состоится 22-23 февраля, надо попробовать спальники накрывать внутри палатки целлофаном, или общим одеялом. Впрочем, чем бы сверху не укрывался – всё равно через два часа всё сползёт или в ноги, или вбок. С трудом натянули задубевшие ботинки, одели куртки. Позавтракав, начали собираться.
  67. Подойдя к своему «Ермаку», я с удивлением увидел, что боковой длинный карман его заляпан какой-то коричневой липкой грязью. Стал искать источник «грязи» и с удивлением обнаружил… банку вчерашней «Кока-Колы». От мороза, а он был по прежнему около 25 градусов, напиток «взбунтовался» и, найдя самое слабое место в банке (догадайтесь где?), вытек постепенно по мере замерзания вверх, а потом вниз по рюкзаку и застыл. Обидно, досадно, ну, ладно - стал ножичком счищать въевшийся в ткань «пластилин». Всё стереть не смог, так и шёл с грязным рюкзаком.
  68. Вышли на маршрут вовремя, только Николай Зверев, как обычно, стартовал позже всех. Что он делал в лагере после того, как мы уходили, остаётся для всех нас загадкой. Конечно, у него было больше всего общего снаряжения: котлы, основная часть продуктов, топор, но и у меня была общая палатка и топор, собрать всё в рюкзак и на волокушу было несложно. Наверное он подбирал и бросал в костёр остатки мусора в лагере, может медитировал, а может… Но почти всегда стартовал позже всех, предупреждая, чтобы его не ждали.
  69. Пошли потихоньку по ровному льду Воложки. Я так замёрз ночью, что решился на эксперимент: не снимая комбеза и тёплой куртки, чтобы согреться, стартовал. Лучше этого в зимнем походе не делать. Через километр почувствовал, что пальцы левой ноги коченеют. Ботинки у меня хорошие, старые, ещё в Советском Союзе шитые, в них тепло даже в двух хлопчатобумажных носках, но мороз решил напомнить о себе. Пришлось останавливаться и разуваться. Если бы я вовремя этого не сделал, «ампутация неизбежна». Погрел белые пальчики в ладони… Нет, не так, правильней было бы: погрел ладонью белые пальчики ноги, пошевелил ими – вроде стали чувствовать, но рука замёрзла напрочь. Погрел руку дыханием. С трудом надел ботинок – куртка и комбинезон не давали наклониться нормально. Показался из-за поворота, отставший на старте, Николай Зверев и мы двинулись дальше.
  70. Прошли три км по протоке, вовремя свернули направо и… вот он, правый берег Волги напротив Поляны им. Фрунзе. Вид Самары заворожил. Не буду придумывать вновь, в заметке в «Волжском автостроителе» написал так: «Запомнился вид Самары морозным утром – дымы из труб частного сектора, висящая над городом огромная тёмная завеса делали картину мрачной и какой-то ирреальной, но в этом была своя красота зимнего города». Добавлю, что фотография, сделанная в тот момент, действительно получилась мрачной.
  71. В паузе для передыха быстро разоблачился от тёплой одежды: снял комбез, тёплую куртку заменил ветровкой. В движении достаточно трико, майки, свитера и брюк с курткой от ветра. На реке парили полыньи. Вдоль прибрежной полосы тянулись невысокие ледяные торосы, вдоль которых мы и пошли. Солнце переливалось разноцветьем в белых «розах», растущих прямо на льду. По таким «цветам» идти одно удовольствие – лыжи скользят только вперёд, не разъезжаясь, и ровно настолько, насколько был сильным толчок. Скорость заметно возросла. Холодный пронизывающий ветерок дул справа навстречу. Некоторые из нас потеряли бдительность. Результат: Олег Бабаев в тот день обморозил себе скулы, я – кончик носа и скулу, об остальных не знаю, но, скорее всего, без последствий никто не остался.
  72. На перекус встали на полчаса за одинокой будкой на берегу у Гавриловой Поляны. Солнышко грело, но ветер выдувал тепло из одежды, и даже за будкой как-то стоять не хотелось. Слегка перекусив пряниками и чаем, двинулись вдоль берега дальше. Предполагалось, что в Ширяево сходим в магазин и купим продукты. Но пройдя между островом и материком по крошеву льда, посовещавшись, решили не заходить и идти до Солнечной Поляны. Волга у щебёночного карьера «Богатырь» спутала все планы. Огромная промоина во льду, подходящая к берегу, не позволяла идти даже по припаю, и мы вынуждены были с большим трудом подняться по обрыву на дорогу, идущую по берегу. Путешествие по замёрзшей дороге на лыжах – это экстрим в экстриме. Терриконы щебня остались справа, мы, вытянувшись цепочкой, побрели по посёлку, время от времени удивляя народ проезжавших машин. Темнота наступила быстро. В природе мы бы уже поставили палатку и развели костёр, а на дороге этого не сделаешь. Прошли километров шесть. Попытки спросить у продавщицы магазина, кто бы нас на ночлег пустил, успеха не принесли. Две трети посёлка прошли, и увидели одиночно стоящее двухэтажное здание, а рядом две машины.
  73. - Здравствуйте! Не скажите, где у вас тут в посёлке можно заночевать?
  74. - Здравствуйте. Заночевать?.. Не знаем.
  75. Выходит из дома мадам. Мы опять:
  76. - Здравствуйте! Не скажете, где заночевать можно? Мы туристы из Тольятти. Идём кругосветкой. Вот не знаем, где остановится?
  77. - Из Тольятти? Мы тоже из Тольятти...
  78. - Нам ничего не надо, была бы крыша и пол. У нас всё снаряжение с собой, спальники, коврики…
  79. - Ой. Мы сейчас уедем, а в 8 вечера приедем, тогда и подумаем. А, впрочем, пойдёмте, покажу комнату, если подойдёт…
  80. Зашли в подъезд. Я рассыпался в любезностях и делился впечатлениями о прошедших днях, чтобы разжалобить, значит.… Поднялись на второй этаж, мадам открыла дверь одной из комнат и включила свет. Нам ЭТА комната подходила по всем параметрам. Стол, стулья, даже мягкий уголок «Поиск» в углу стоит. Хозяйка предупредила, что в доме есть кафе и вечером бывает шумно. Они работают «до последнего клиента». Я ответил, что шум нам не помешает. Пошли вниз. С сомнениями на лице, хозяйка сказала:
  81. - Вы ни куда не уйдёте, если я отдам вам ключи от входной двери?
  82. - Нет. Что вы. Мы будем вести себя тихо, устали очень, куда идти…
  83. Они уехали, и мы остались одни в пустом двухэтажном многокомнатном доме – бывшей конторе какого-то речного управления, а потом офиса объединения профсоюза речников. Скинулись по соточке, и послали гонцов в магазин за колбасой и пивом, что был неподалёку. Сидели, пиво пили, закусывали колбаской и всё удивлялись – кто зимним вечером в это отдельно стоящее здание на окраине дачного массива придёт на дискотеку? Пришли! И не одна пара… Дима у нас был трезвенником, не пил совсем, ну и от скуки сходил на разведку в кафе. Пришёл, и чуть не привёл за собой «хвост» – оказалось, что при хозяйке есть ещё и хозяин, так чуть скандал не вышел: типа, «ты хто такой тут лазишь?»...
  84. Обезвоживание организма, ну просто вынудило нас, опустошив два баллона по два литра, ещё сходить и посмотреть это кафе, на предмет наличия пива. Кафе оказалось в соседней комнате на втором этаже. Не успел я начать благодарить хозяйку за гостеприимство, как лицо её несколько перекосилось, и глаза посмотрели с испугом мимо меня. Сзади стоял хозяин и, типа, вопрошал: «что, опять какой-то… пристаёт?» Вспомнив всё, чему меня учили в «Академии труда и социальных отношений», дипломатично мы с ним познакомились, и даже пожали друг другу руки. Договорились до того, что он утром приедет ровно в восемь за ключом, а мы уже будем собраны и готовы идти в путь. И что ночёвка для нас, в виде исключения, будет бесплатной. А если бы я плохо учился в Академии?!...
  85. Музыка орала благим матом «дискотекой восьмидесятых». 32 километра, пройденные в тот день, притомили всех изрядно. Мы допили пиво, доклевали орешки и легли спать, постелив коврики на теплом полу. Впрочем, я спал, кажется, на мягком уголке…
  86. 8 января 2010г.
  87. Будильник в сотовом привычной мелодией, в привычное время прервал сон крепко спящих туристов. Как и все друзья, я могу вспомнить все песни, которые в ту ночь крутили на дискотеке до двух часов, призывные визги и вопли девочек, и покровительский хохоток взрослых и не очень мальчиков... Так что к утру мы все спали богатырским сном. Включили свет (!) и стали в темпе собираться в сухости и тепле. Умылись из-под крана холодной водой, отправили естественные надобности в теплом клозете. Видя излишнюю торопливость друзей, успокоил: да не придёт он вовремя, этот хозяин, он вчера при встрече «хороший» был. Да нет, я ошибся. Ровнёхонько в 8.00 дверь открылась, и хмурое лицо нам сказало «Доброе утро!» Опоздали мы со стартом на семь минут. Морозное утро тут же выстудило запасённое за ночь тепло и, чтобы не замёрзнуть, мы пошли по дороге дальше на Зольное.
  88. Позавтракать решили в цивильных условиях, где-нибудь в придорожном кафе. Зашли в первый попавшийся магазин, набитый всякими продовольственными товарами, купили хлеба, колбасы, сыра, минералки и пива, и… тут же позавтракали за столиком в тесноте, да не в обиде. Вышли из Солнечной Поляны, кстати, окраина посёлка называется как-то по-другому, и пошли по обочине, поглядывая направо в надежде увидеть хороший лёд на Волге. Слева возвышались величественные заросшие лесом заснеженные обрывы Жигулей, справа – дачные посёлки и просто отдельно стоящие строения. Смело зашли в никогда не закрывающиеся ворота на территорию какой-то нефтебазы и у горящего факела попутного газа наконец-то свернули на лёд. Как я люблю ходить по запорошенному ровному льду Волги! Лыжи сами собой заскользили по тонкому снежному насту. Волокуша не переворачивалась и в какие-то мгновения о ней даже забывалось. Просто идёшь себе с лёгким 15-килограммовым рюкзаком за плечами и наслаждаешься видами берегов Волги, дальним горизонтом и думаешь о смысле и бренности нашего бытия.
  89. Не останавливаясь, прошли до острова Середыш. Обогнули его справа по ходу и пошли вдоль берега до западной оконечности, тайно надеясь, что протока между Середышом и полуостровом Копылово замёрзшая. Увы и ах. Разведка с высокого берега острова показала, что пройти на Копылово невозможно – были отчётливо видны вытянувшиеся вдоль течения узкие, но длинные полыньи. Пришлось поворачивать. Через полтора км сделали первую попытку перехода между полыньями – лёд потрескивал под лыжами, но мы метров пятьсот прошли, пока не упёрлись в тупик. Тупик на льду – это когда две длинных промоины сходятся настолько близко, что лёд между ними тоньше сантиметра. Повернули назад и по своим следам вышли туда, откуда стартовали. Прошли назад ещё километра два и вновь рисканули, пошли уже на левый берег (по течению) Волги, предполагая, что потом пройдём вдоль берега и на Копылова выйдем со стороны замёрзшего судоходного канала. Не дошли до берега буквально метров двести – узкая протока преградила путь. Кое-где протока перемёрзла ледовыми «мостиками».
  90. Приняв все меры к «безопасному переходу»: лямку волокуши снял с пояса и надел на плечо, снял рюкзак и положил его сверху на волокушу, расстегнул крепления на лыжах, и стал потихоньку продвигаться вперёд. Вся команда осталась стоять на месте. Хорошо бы узнать у них, что чувствовал каждый, глядя на «разведчика»? Толщину льда можно было «слышать» по частоте потрескивания и видеть при ударе лыжной палки по льду. Если лёд пробивался до кольца на палке, и в отверстие тут же поступала вода, то толщина льда была полтора-два сантиметра. На лыжах на таком льду можно было стоять и тихо передвигаться, слушая с замиранием сердца «музыку» треска. Теперь этот звук я не забуду до конца дней своих. Олег Бабаев сказал, что чётко видел, как подо мной образовался прогиб льда. Прошёл разведкой зигзагом метров десять. При очередном ударе палкой по льду, лёд хрустнул, и палка провалилась вместе с кольцом. Увидел кромку отверстия и понял, что лёд меньше сантиметра. Тихонечко-тихонечко развернулся на месте и по следу пошёл назад. Волокуша за что-то зацепилась, Оглянувшись, увидел, что кормовая половина её, проломив лёд, плавает в чистой воде. Запас храбрости был исчерпан, чувство самосохранения вовремя «позвонило в колокольчик». На предложение кого-то дальше «идти» ползком, ответил категорическим отказом – какая разница, стоя или лёжа продвигаться, вес тот же и площадь опоры примерно такая же. Чертыхнулся, и по трещавшему льду пошли назад по направлению к небольшому островку Сосновый у левого берега.
  91. Бывалые кругосветчики знают, что у островка сильное течение, которое не дало воде и в эту зиму замёрзнуть. Убедившись в напрасности наших попыток пройти по левому берегу, повернули направо и уже в сумерках пошли на правый берег Волги. Не без труда, по звериным следам, нашли ледяной «мост» из торошенного льда между двумя большими протоками. Какое же было облегчение в тот вечер, когда лыжи вновь ступили на прочный надёжный ледяной припай у берега! Полному расслаблению мешала лишь темнота, диктовавшая нам срочный поиск подходящего мета для ночлега. Пройдя около трёх километров, увидели на берегу метрах в пятидесяти вверх дом без тропинки к реке, значит непосещаемый зимой. Берег позволял поставить палатку, но я опять пошёл на разведку. Дом оказался заброшенным, с выбитыми стёклами, сгнившими половицами в прихожей, но вполне подходящим для ночлега пяти человек. Через двадцать минут мы начали приводить в порядок комнаты: заложили битым кирпичом окна, забили целлофаном двери в «лишнюю» комнату, подмели полы. Предбанник и парилка, расположенные внутри дома, вполне нас устроили. Николай Иванович прямо у входных дверей наладил кухню. Володя и Дима свалили сухостой и распилили на чурбаки. Ветер помешал сварить быстро, но часам к десяти был накрыт стол – лежак в парилке, застелены «кровати» - пол в помывочном отделении, и мы приступили к вечерней трапезе. Пар от горячей каши в небольшой комнате парилки был такой, что с трудом было видно друг друга. За ужином делились впечатлениями от пройденного (в прямом и переносном смысле) дня, вспоминали треск льда и радовались, что всё закончилось хорошо…
  92. Бабаев завалился на полатях, я – в уютном уголке парилки постелил себе два коврика, Володя, Николай и Дима расположились на полу в предбаннике при свечах. После 37 км и испытаний тонким льдом разговаривать как-то не хотелось, и вскоре в комнатах раздался мерный храм. Только ветер шумел в щелях между кирпичами на окне и пытался сорвать с гвоздей прибитый на двери целлофан «с пупырышками». Спальники оставались сухими всю ночь, с потолка не падал иней, да и мы не будили друг друга, когда надо было перевернуться на другой бок. Уже засыпая, подумал, вдруг Бабаев «гигнется» с узких полатей на пол и чего-нибудь себе поломает. Надо бы его было отговорить от этой затеи. Восемьдесят процентов происшествий в походах происходит в последние дни…
  93. 9 января 2010г.
  94. Как обычно, надоевшая уже (надо бы сменить), мелодия будильника в сотовом напомнила: вставайте, бродяги, вас ждут «великие дела». Зажгли налобные фонарики, свечки, повылазили из своих коконов-спальников и начали привычные дела. Хвала Николаю Ивановичу! – вкуснейшие макароны по-флотски на завтрак как бы сами собой сготовились. Позавтракали, обсуждая предстоящий маршрут дня. Спустились вниз к Волге, и пошли вдоль берега на штурм ГЭС. По пути встретили много рыбаков, сидящих и стоящих у лунок в это субботнее утро. Урон реке они нанесли минимальный – пятнадцатисантиметровые окушки замерзали на льду лишь у нескольких лунок. Особенно много рыбаков было на льду у Бахиловой Поляны. К проходящим мимо заиндевелым лыжникам все без исключения отнеслись равнодушно, никто даже не спросил «откуда, куда, зачем?»
  95. При подходе к селу Моркваши, увидели, что чистая вода «захватила» всё пространство реки и километра три нам пришлось идти уже не по ледяному припаю, а по берегу, торя лыжню в глубоком снегу. Волокуши то и дело норовили соскользнуть на лёд, или переворачивались на очередной неровности. Особенно досталось Звереву – у него рюкзак был самый тяжёлый и волокуша самой неустойчивой. Дима и Олег заметно ушли вперёд. Причём, Дима, и тут «проявил характер» - шёл до последнего по льду. У Морквашей даже по берегу вдоль воды идти стало проблематично, и мы вылезли по крутому берегу на дорогу. Рыбаки посоветовали до ГЭС идти дорогой вокруг горы Могутовой, вдоль берега было много препятствий, а у ГЭС стоит забор с колючей проволокой по верху.
  96. Мимо стоящих железнодорожных составов вошли в Моркваши. Впереди ждал экстрим в экстриме – семь километров по обочине шоссе. Чтобы унять мандраж в коленках, зашли в придорожное кафе. Взяли на четверых по два «Карлсбада», Дима себе – соку пачку, тарелку макарон с двумя котлетами, и, чтобы нас не сильно расстраивать, сел за отдельным столиком. По телевизору показывали отечественный фильм про любовь. Запомнилась картинка: в бане на полке на спине лежит роскошная распаренная женщина, ракурс – от ступней на живот, а на заваленке бани мучается мужик «входить – не входить?». Потом он резко вскидывается, и в баню… Релаксация за пивом у всех прошла успешно. «Хочешь – не хочешь, а хотеть надо!» - собрались и пошли по дороге кругосветкой вокруг Могутовой горы. Гаражей там понастроено вдоль дороги…
  97. Вышли на трассу М-5. И тут Бабаев, не выдержав, рванул вдоль дороги. Еле остановили, перекричав шум машин. Из одной машины на ГЭС нам посигналили – видно кругосветчики куда-то ехали. Пересекли отбойную стенку у маленькой будки, чуть не дойдя до 10-й опоры. Дима, сославшись на то, что ноги у него мокрые – провалился-таки у берега в воду, когда шёл по льду далеко впереди нас, сказал, что пойдёт теперь самостоятельно. И пошёл по направлению на Муравьиные острова, через два часа скрывшись в темноте ночи. Ну, захотелось парню побыть одному…
  98. К берегу у Муравьиных островов мы подошли командой уже в полной темноте. Мыс большого острова я с трудом узнал – так сильно он оказался разрушен водой и ветром за пять лет, со времени последнего посещения. Прошли между островами под лай собак и повернули к родному пляжу 11 квартала. На берегу ярко горели фары автомобиля – нас встречали друзья Влад Давыдов и Надежда Васильева, по мобильнику мы договорились о времени нашего прихода. Между двух шестов была натянута ленточка, висели разноцветные шары, в небо взвился фейерверк. Первыми нашими словами были: у вас водички попить, случайно, нет? Какой же вкусный был глинтвейн после 36 километров пути!!! Обалдеть! Кто-то даже сказал, что ради этой минуты и надо было идти в Кругосветку!..
  99. В физкультурно-оздоровительном центре нас ждала Юля Голубева, друзья, жаркая сауна, пиво и «орешки-кириешки». Пришёл ли Дима на базу? Да, он пришёл, но на двадцать минут позже нас. Сказал, что в лесу заблудился. Где он нашёл лес, в котором можно заблудиться, я так и не понял…
  100. Первая Зимняя Жигулёвская Кругосветка прошла замечательно, с приключениями, как и планировали. Пройдено за девять дней 212 километров. По дням это выглядит так: 15, 16, 20, 27, 29, 32, 37 и 36 километров. Уверены, что при достаточной подготовке, Кругосветку может пройти любая группа, имеющая общую цель и примерно одинаковую физическую подготовку. Разброс температур от плюс 3 до минус 33 градусов нам не помешал. Была бы палатка и слаженная работа в команде не только на маршруте, но и на стоянке.
  101. В памяти остались каждая минута похода и 112 качественных цифровых фото…
  102. Того и Вам желаем, друзья-туристы!!!

Комментарии
Зима - не время для хандры! 
Вспомнил каждый день похода, пока загружал текст и фото, и захотелось вновь повторить тот путь...
Авторизуйтесь, чтобы оставить отзыв
Оцени маршрут  
     

Еще маршруты в Жигулевские горы
еще маршруты
О Маршруте