Узбекистан и Чимган. Весна 2012

Идет загрузка карты ...
Ташкент, Самарканд, Бухара, а потом Альпиниада на Чимгане
 
Самарканд и Бухара



Есть, конечно, все-таки такие места, куда приезжаешь вновь и вновь. Я как-то съездил уже год назад на Чимган, и казалось, хватит бы. «Ты уже четыре раза на эту вершину подымался, не надоело?», - спрашивала знакомая. Но я все равно поехал. Не покидало ощущение, что эти горы и эти люди — как какие-то родственники, раз в год надо навестить. Ну и поехали. Вчетвером. Очень уж хотелось приоткрыть тайну очарования этих мест кому-то еще. Собрались еще Ленка, Ольга и Олег.

Люди в Узбекистане живут в какой-то другой эпохе. Какая-то невообразимая смесь советского времени и среднеазиатского средневековья. Потеряв пару месяцев назад свой мобильник, я оказался словно в вакууме. Позвонить некому, а написать и так было не кому. В итоге, за пару дней до отлета, нашелся таки Леха. «Приезжайте, на вопрос», - сказал он. Ну мы и поехали. Правда, дата начала Альпиниады, которую он нам сообщил, не совпадала с датой прилета. Ну только к лучшему! Посетим перед горами древние Самарканд, Бухару, да погостим у Лехи в Ташкенте. На том и порешили. И полетели.
Леха нас встретил, в аэропорту, на велосипеде! Притащил к себе домой, разместил все вещи, накормил, уложил спать до утреннего поезда. Великий человек вообще Леха и вся его семья, жившая в той же квартире и представленная еще мамой, папой, братом, сестрой и очаровательной племянницей с удивительным именем Владлена. Мы у них совершенно бессовестно жили в итоге несколько ночей, уходя и приходя в час или два ночи. Ну так вот получалось с нашими перемещениями. А они все это время пускали нас в душ и туалет, меняли деньги и кормили, кормили. Причем Лехато не всегда ьбыл в это время дома. В общем то, и уезжать уже не хотелось, так там хорошо и можно было хоть прям оставаться жить дальше.
Но мы поехали в Самарканд. Вообще-то ехали мы в Бухару, купили самые дешевые билеты еще на сайте РЖД. Но билет оказался сидячим, кресло неудобным, поездка длительной и утомительной. В общем, на полпути вышли мы в Самарканде. Дальше ехать уже не могли. В Самарканде сразу же плов. Конечно, самый правильный из всех пловов, самаркандский. А после этого небольшие покутушки по городу. Честно говоря, все что можно, тут осматривается за 2-3 часа. Остальное уже — просто гулять по восточному базару, проникаться духом Средней Азии. Ну и вечером, конечно же снова плов.

Правда оказалось, что плов готовят тут только на обед. Поэтому есть плов пошли в самый мажорный ресторан города, расположенный напротив, и называющийся также, как и главная достоприечателность всей страны — Регистан. За соседними дастарханами столовничали немцы и словенцы, а услужливые официантки подносили одно блюдо за другим. Стоит ли указать, что все это пиршенство обощлось нам в 500 рублей на троих, не знаю. Наверное стоит. Мне почему-то весь ужин вспоминались неоправданно дорогие рестораны настоящей узбекской кухни в Москве. Настолько дорогие, что я сходил один раз и больше там не появлялся. Качество плова даже не могу вот теперь в отчете сравнить с самаркандским.
Еще в процессе поездки по Самарканду окончательно стало понятно, что это город на одни сутки (а в нашем случае даже на полдня). Поэтому мы заехали на вокзал и купили там билеты до Бухары. В одну сторону, а обратных там не было в кассе. Кассир заверил, что в Бухаре мы обязательно найдем обратные билеты. Покупка билетов, да и вообще любой, более-менее дорогой штуки в Узбекистане — это целое шоу. По крайней мере для иностранцев, сами узбеки уже очевидно привыкли. Дело в том, что самая крупная купюра местной валюты, узбекского сома — это 1000 сом. Или примерно 11 русских рублей по курсу на черном рынке. Государственный курс меньше черного на 30%, поэтому меняют все вокруг, и даже не обманывают (ну по крайней мере если не возле аэропорта). Мы как-то пришли в магазин и между где-то между буханкой хлеба и пакетом кефира наши сомы кончились. Продавец в магазине (не на рынке!) принял 10-долларовую купюру по черному курсу, и сдал еще с нее сдачи сомами.

Лена, это Плов. Плов, это Лена. Знакомьтесь...
а вообще, конечно,вегетарианцу в Средней Азии непросто



Музей обсерватории Мирзо Улугбека


Фотосессия невесты, взгляд с другой стороны


Модель измерительного прибора в Музее обсерватории Улугбека


Тот же прибор сооруженный Угугбеком. Единственная сохранившаяся его часть, да к тому же еще и заново отделанная. Считается главной достопримечательностью всего комплекса обсерватории, мне же не показалось сколько то интересной...


то ли дело статуя самого Улугбека на звездном фоне


или колоритные местные жители на фоне Млечного пути

в мае в Узбекистане вовсю цветут маки, прямо внутри Самаркандских достопримечательностей

Поэтому наиценнейшим предметом подготовки к поездке по Средней Азии является конечно же 5, 10, 20 и 50-долларовые купюры. Во многих местах расплачиваться лучше даже ими, поэтому не торопитесь менять сразу все свои сбережения. Да что я про купюры. Вот какой там был кефир! Самый обыкновенный магазинный. Густой, как сметана или мацони, падал в рот кусками, а не глотками. А когда Леха говорил: «Сейчас я вам молочка принесу домашнего, тут близко, 20 минут на велосипеде», потом пропадал и действительно возвращался с каким-то домашней мацонеподобной массой внутри незакрытой стеклянной банки! Складывалось ощущение, что Леха за эти 20 минут сгонял на какое-то высокогорное пастбище и купил у тамошних чабанов этого продукта. (Совершенно забыл название, какое-то двусложное, но очень вкусное, что-то вроде «катук»). Впрочем зная эти Лехины 20 минут, наверное мое предположение недалеко от истины.
И чего этоя о кефире? На самом деле рассказывал же как покупки делаются. В общем, чтобы заплатить примерно 1000 российских рублей за три билета в супермягкие кресла поезда Самарканд-Бухара (жестких уже не оставалось), нам пришлось минут 10 пересчитывать все наши выменянные у Лехи тысячесомовые купюры. Мы ориентировались в путешествии так: сегодня потратили две с половиной пачки. Значит там осталось еще пять с половиной. Или: «Я иду на рынок, дай мне на лепешки, молоко и фрукты одну пачку денег».
Над нашими подсчетами конечно же подтрунивали билетные кассиры и вся очередь. Смешно стало даже нам, когда подсчитанная пачка просто не пролезла в узкую щель для приема денег в окошке кассира. Пришлось ее раздербанивать и подсчитывать по частям заново.

Самарканд - одна из столиц Шелкового Пути. Город, активно эксплуатрирующий историю этой средневековой торговой артерии.


кто из них позирует - непонятно


А вот и знакомство

На крышах многих старых сооружений растет трава


как это по-среднеазиатски и по-средневековому, личность похороненного неизвестна, декор изящен






Знаменитая лестница. Идя вверх по ней насчитывают кажется 40 ступеней, а идя вниз 38. Или наоборот. Мы попробовали. И в самом деле... Мистика чисел какая-то...


Как думаете, что обозначают эти пять циферблатов? Мы вот тоже догадались далеко не сразу.
На самом деле это время молитвы. Хотя муэдзинов особенно в городе мы не слышали. Дедушка-экскурсовод, которого мы встретили у минарета Калян рассказал, что с недавнего времени Узбекистан - светское государство. Была какая-то небольшая православная церковь в Бухаре, чей колокольный звон раздражал мусульман и его пришлось запретить. Вскоре была подана ответная жалоба на муэдзинов, и те замолкли. Надолго ли?


Крыши Самарканда

Пластиковые карточки на Базаре не принимаются


Зато с сухофруктами и орехами, как и положено на восточном базаре, полный порядок


Рядом с самаркандским базаром - Бибиханы. Место в котором был изготовлен и долгое время находился первый в мире рукописный коран. Внутри даже сохранилась огромная каменная подставка под него.


и лерешки. самые вкусные в мире делаются именно в Самарканде. То есть вот например насчет плова каждый среднеазиатский город готов поспорить, а про свои лепешки говорят часто "вкусная как самаркандская"


Базарный сектор посвященный тюбетейкам


Вообще виноделие и винопитие вроде как не особо тут процветает. Но на базаре наблюдался вот такой колоритный самогонщик и потенциальный покупатель, занятый дегустацией. При покупке в магазине пива, спросили на всякий случай: "А пить его вообще можно? На улице?". "Вам все можно, а нам ничего нельзя", - таков был ответ.


Знаменитое медресе Шер-Дор на площади Регистан. Знаменит своими львами, попавшие туда еще под зороастрийским влияниемю Дело в том, что в художественных работах Ислам вообще то запрещает изображать живых существ и людей, ведь их творить может только Бог. Помимо внешней стены медресе эти львы также попали еще и на 200-сомовые купюры, и вообще считаются одним из символов Узбекистана. Деньги конечно же пытаются рубить тут на всем. Билет в скучную обсерваторию Улугбека - 8000 сом (жителям Узбекистана - то ли 200, то ли 500). Вот с нас даже за выход на площадь Регистан пытались взять, причем даже 13000. Но мы конечно же отказались, и посмотрели на нее сбоку. Очень сложно было отказать и навязчивым полицейским, которые вместо того, чтобы как в былые времена проверять регистрацию и прочее, настойчиво пытались "впустить по договоренности" на один из минаретов. Они легко шли на торговлю, и цена посещения минарета упала в три раза, но мы все равно не пошли, ибо не понимали, а зачем? Отвязались полицейские только тогда, когда мы пообещали обязательно прийти сюда в 6 утра встречать рассвет. Мы его конечно же проспали, и даже и не думали. Да и как встать утром, если муэдзинов не слышно?!


Ночной Самарканд очень красивый. Это гробница Эмир Тимура.


А это ночной Регистан. Каждый день вечером здесь начинается светопредставление. Из динамиков льется музыка, звон мечей, топот копыт и, насколько я могу судить по своим знаниям узбекского языка, лекция по истории страны. Подстветка зданий и окружающих деревьев при этом постоянно меняется. Редкие зрители пытаются втыкать в происходящее, но не слишком успешно. Самим самаркандцам видимо светотеатр этот уже надоел, а иностранцы, даже россияне решительно ничего не понимают из происходящего.


Магазин антикварных фотоаппаратов



Вот этот черный и есть гроб Тамерлана. Тот самый, после вскрытия которого советскими археологами в 1941 началось Великая Отечественная



Сама гробница не только снаружи, но и внутри очень красивая


очередной пересчет денег

Ехать до Бухары не близко. Были мы там часа в четыре дня. Еще два часа ушло на то, чтобы убедится, что никаких обратных жд-билетов в Ташкент нет. А нам вообще-то завтра надо уже быть в Ташкенте, чтобы завтра же отправляться в альплагерь. Поэтому уступили напору Олега и отправились в аэропорт посмотреть на рейсы вообще и может быть прикупить билет. В конце концов так оно и произошло. Мы купили авиабилет, на внутриузбекский рейс, стоимостью в 50 долларов. (Ехать всю ночь на такси не хотелось, апоезд был только утром, да и тот идет 9 часов по жаре). В принципе чего б не полетать внутриузбексими линиями? За 50 долларов наверное можно вполне.


Вот этот билет. Распечатанный прямо в присутствии покупателя на допотопном струйном принтере. Обладателям неузбекских паспортов платить за билет сомами запрещено, поэтому процесс подсчета и оплаты был быстр, и в кассовую щелочку для денег мы попали всеми своими долларовыми купюрами с первого раза. Однако все таки осталось странное ощущение. Узбеки оплачивают тоже самое, но сомами и по черному курсу (хотя цены им выставлены в сомах по государственному). И что делать незадачливым иностранцам, обменявшим все свои доллары. Я, например, как-то не наблюдал ни единого черного обменника в обратную сторону, а белых обменников мне вовсе не попадалось. Ну то есть приезжать в бухарский аэропорт, даже внутренний терминал, без долларов нет смысла. Кстати карточки понятное дело не работают. Во всей стране. Ни разу Олегу не удалось всунуть его МастерКард нигде. Даже в Ташкентском дьютифри (где пролезла таки моя виза).

Ну ладно, давайте уж про Бухару. Самарканд честно говоря осматривался нами на больную невыспавшуюся голову, да к тому же еще и после плова. В Бухаре же к 6 вечера во-первых закончился весь бухарский плов (так и положено, плов тут на обед), а во-вторых спала жара. Ну и мы были хорошенько выспавшиеся и успешно сменившие часоовые пояса. Короче говоря, Бухара «покатила» нам. Даже мне, бывшему здесь второй раз. Прекарсные пешеходные прогулочные улочки, сувенирные лавочки, мастера чеканящие псевдо-серебрянные блюда и мастерицы, раскрашивающие их тут же.


В Узбекистане нарисованы не только львы в Самарканде, но и птицы в Бухаре

Главный памятник Бухары - самому известному ее жителю, Ходже Насреддину


Культ Ходжи Насреддина очень распространен. Это однозначно, самый популярный сувенир. Ведь плов или лепешку далеко не унесешь...


Мастер за работой


Я тоже с Насреддином запечатлелся

и еще с каким-то поливальщиком

Все деревья очень ценны, даже уже засохшие

Восточное гостеприимство


Вся Бухара отстроена и живет вокруг искусственных прудов (хаусов). Их рыли в нескольких местах, из глины делали кирпичи для окружающих зданий.

Двери в Бухаре попроще самаркандских, но все равно симпатичные

ковровые магазины, словно в Марокко или в Иране, так и тянет заглянуть

минарет Калян и рядом с ним - полумесяц на ярко-голубом небе

встреченный дедушка экскурсовод. Так он нам понравился, что даже не стали прогонять
Экскурсовод рассказал много чего интересного. Вот например почему все узоры сине-зеленые. Я то думал потому, что зеленый - цвет ислама. А оказывается это потому, что такие цвета несут наблюдающему их ощущение прохлады. По этой же причине встречаются вкрапления желтых и оранжевых цветов, чтобы в зимние дни посетители мечетей и медресе меньше мерзли. Такой вот всепогодный орнамент.


Медресе Мири-Араб, на площадирядом с Калян. Построено каким-то шейхом аж из самого Йемена.


Очередная свадебная фотосессия. Однако все внимание публики приковали вовсе не молодожены, а этот щенок, который так и норовил залезть под юбку невесты.


Крепостные стены бухарского Арка. Арк - это настоящая цитадель, символ власти бухарского эмира.


В коридорах мечети Калян одновременно могут слушать молитву до 12 тысяч человек

Ну мы вроде как в альплагерь едем. Размялись на стенах Арка...


Узбекская керамическая посуда. Красиво...


Чор-Минор мне и в прошлое посещение запомнился. На самом деле это один из символов города, удивительная по своей лаконичности и правильности форм небольшая мечеть с четырьмя минаретами (что и послужило названием), превращенная сейчас в большую сувенирную лавку. Эта Чор-Минор даже изображена в московском метро, на станции Владыкино. Где-то рядом с Тадж-Махалом между прочим. Так вот, эта мечеть расположена прямо посреди огромной деревни! Чтобы подъехать сюда надо трястись по ямам труднозапоминаемых узких переулков. Прямо на площадке Чор-Минор дети играют в классики, деревенские собаки помечают свои владения проводя границу где-то прямо на стенах, а посетители, вроде нас, которым не особо интересно содержание сувенирной лавочки внутри, просто качаются на качелях, вдыхая вечерний прохладный бухарский воздух и пожевывая разбросанные вокруг ягоды шелковицы.

На прощание с Бухарой, прежде чем покинуть ее авиаполетом отправилось понятное дело ужинать. Вот тут то нас и поджидал наконец-то epic fail.Нет с едой все было отлично. Просто оказалось ее неоправданно много. Заказав салатики и супчик, мы поинтересовались вторым. Ну ясно, что когда нет плова, это будет шашлык, или люля-кебаб если точнее. Вам сколько порций? Наверное две, решили мы с Олегом. Вскоре на столе выросла куча мяса, и это оказалась одна порция. А потом появилась и вторая. До самолета было часа три, а до аэропорта минут 15 езды, поэтому боролись мы конечно героически. Подлый вегетарианец Ленка нас в этом деле поддержать не захотел. Боролись, боролись, да схватку мясу таки проиграли. Пришлось заворачивать все оставшееся с собой, и через три часа и 400 километров кормить Лехину семью, сильно удивленную такому угощению в три часа ночи. 
Ташкент


Это какая-то гороховая каша, в Центре Узбекской Кухни.

Эти узбеки опять удивили. Едва мы зарегистрировались на рейс Бухара-Ташкент, как сразу же позвонил Леха и сообщил, что начало Альпиниады сдвигается на 3 дня. То есть мы могли бы путешествовать дальше до Хивы и даже до Аральского моря. Это несколько грустно, т.к. в тех местах я еще не бывал. Ну Ташкент, так Ташкент. Пусть будет он. Тем более ранее я его воспринимал только как промежуточный пункт, прилететь-приехать-уехать-прилететь. А сейчас посмотрим, что внутри.

Вообще Ташкент конечно поразил. В нем было заметно холоднее чем в Москве. Т.е. прилетели такие из России и сразу же околели. Хотя пахнет тут замечательно, по всему городу в апреле-мае какой-то миртово-цветущеминдальных запах. И очень свежо. Как-то мой друг Дрон Власенко рассказывал, про свой первый новичковый поход в мартовские Хибины. Руководителем был суровый Коля Чуприк. Было страшно холодно, мели метели, буранили бураны. Ребята, еще неокрепшие зеленые новички, а главное — бедные студенты с поношенной и совсем нетеплой снарягой постоянно мокли и мерзли. Мудрый руководитель воодушевлял их зычным командирским голосом и речевкой: «Вот придем, вечером поставим зиму, и будет всем нам Ташкент». Зима — это такая палатка, 10-15 местная, с печкой. Надо ли говорить, что ночью в своих тонких и мокрых спальниках ребята продолжали мерзнуть, печка грела недостаточно, а внутри палатки стоял страшный туман. Все мечтали хотя бы раз в своей жизни попасть в Ташкент и наконец-то отогреться и высушиться в нем.

Андрюха в Ташкент не попал, зато наслушавшись его рассказов попал я. Ташкент оказался мокрым и холодным городом. Улицы периодически поливало так, словно он находится где-то на индийском побережье во времена муссона. В горах разумеется в это время шел снег. Видимо такая погода и послужила причиной задержки Открытия Альпиниады.

Поскольку историческими ценностями нас два дня баловали Самарканд с Бухарой, то в Ташкенте на первый план были выставлены другие ценности. Сперва мы немного позапускали с Владленой бумажных летающих змеев, а потом занялись гастраномией. Было несколько неудобно отказываться от завтрака предложенного у Лехи дома, но нас ждало приключение. Необходимо было посетить Центр Узбекской Кухни и Центр Плова. В один день два этих объекта посетить не возможно, но дней нам хватало. Центр Узбекской Кухни напоминал китайские рестораны. Озвученное меню ни слова не прояснило сути, поэтому мы пошли на кухню, смотреть как все это приготавливается и из чего. В итоге названия особо не проассоциировались с блюдами, и я уже позабыл какое из них было чем, зато наблюдение за приготовлениями порадовало и было запечатлено на фотоаппарате.


Плов всему голова, даже лепешкам


Лагман оказался вовсе не супом, а лапшой. Впрочем суповой вариант тоже ниличествует.


процесс поедания плова

Буквально еще вчера нас в Бухаре ждал epic fail с недоеденным ужином. Но если человеческий разум и учится на своих ошибках, это точно нельзя сказать о человеческом желудке. Мы снова испытали сперва немыслимое наслаждение, а после чего жестокое разочарование, от того, сколько недоеденного и нераспробованного осталось на столе. Но на этой раз с собой уже ничего не уносили. После такого начала дня программа экскурсий по Ташкенту заметно сократилась, хотя мы собирались смотреть оригинал того самого, первого в мире рукописного корана, которой когда-то хранился в бухарском Биби-Ханым. В итоге доползли, до куда смогли. Сначала наткнулись на Планетарий, а потом как-то оказались в Ботаническом Саде.




это Казы Норын - лапша с кониной


мясо для плова готовится отдельно


Луна по узбекски - ой. Интересно, как будет селенология?


Аппарат для планетария. Такой же как и везде



В Ташкенте мы встретили _wfl_, поделившегося своими картами Ташкента и общими знаниями о том, куда идти и что смотреть. Внутри планетария подробные карты Узбекистана вызвали больший интерес, нежели карты звездного неба


Я становлюсь каким-то охотником за Планетариями. Посетив в далекие школьные годы Московский, я сделал небольшой перерыв. А потом началось! Эль Митад дель Мундо (Эквадор), Калуга (в музее Космонавтики) и вот теперь узбекский Планетарий. Он самый обычный, как и оба предыдущих. Но внутри совершенно феерическая лекция! Точнее лекция то обычная, но читает ее не человек, а магнитофонная запись голоса. Сам аппарат подарен японцами Узбекистану, поэтому рассказ о небе идет на узбекском диалекте русского языка с японскими включениями и акцентом. Там не просто исковерканы все окончания русских слов и ударения в них. Там вообще что-то непередаваемое, но очень смешное!


Прямо рядом с планетарием находится тир. Самый обыкновенный. Но в Средней Азии просто обожают разного рода лохотроны, поэтому здесь новшество: вышибаешь какую-то цель, грузит катится вниз по проволочки, сбивает игральный кубик, и в зависимости от выпавшего значения, выигрыш. Выпало 1 - остался в минусе относительно стоимости стрельбы, выпала шестерка - в плюсе. Выигрыш заведения очевидно в том, что игрок может и вовсе не попасть в цель, грузик не покатится, кубик не выпасть.




цветы в Ботаническом саду


цветы в Ботаническом саду


Знаменитый монумент - Глобус Узбекистана. Местные оказывается называют его Чупа-Чупсом.


вездесущий Эмир Тимур. Из-за его хромоты скульпторам приходится сажать полководца на коня.



Пруд в Ботаническом саду


Цветы тут не только на деревьях в БотСаде, но на лепных потолках некоторых Ташкентских зданий


Журавли. Еще один активно пропагандируемый символ страны. Это ворота в парке перед Зданием Парламента и Глобусом Узбекистана. На крыше Дома Форумов тоже они.


кого только не встретишь на улицах столицы Узбекистана

Дальше уже ничего не хотелось, и мы засобирались в театр. Однако был понедельник, и Леха выяснил для нас, что ни театр, ни даже консерватория не работает. Решив видимо. Что мы какие-то высокоинтеллектуальные маргиналы он отправил нас на художественную выставку. Оказалось, что в одном из залов идет выставка картин, а во втором зале выставка обложек самого гламурного журнала страны, выпускаемого дочерью президента. Оба зала были заполнены местной богемой и просто гламурными посетителями. Выглядело все это для Средней Азии довольно непривычно. Особенно не вписывались мы, в потрепанных джинсах и сандалиях на голую ногу.


картины на этой выставке


гламурные девочки фотографирующиеся на свои айподы на фоне картин



и пытающиеся разглядеть и оценить на них результат


ну и я, пытающийся понять, а что вообще нарисовано на этих картинах


Дальше переносить городскую суету сил уже не было. От нее мы собственно и сбежали, еще из Москвы. Поэтому не дожидаясь начала Альпиниаду на второй ташкентский день решено ехать в Чимган. Но начать его конечно же следует пловом. Если вчера мы ходили в Центр Узбекской Кухни, то сегодня, стало быть, пора в Центр Плова.

Центр Плова напомнил мне чем-то Казанский вокзал Москвы. Также многолюдно, примерно такой же состав посетителей, все вокруг гудит и шумит. Разве что только диктор не объявляет на все здание, что «казан такой-то готов, идите к платформе номер три кушать». Но впечатления остались самые положительные. Тут происходит прямо таки какой-то пловный конвеер, причем плов очень даже вкусный. К сожалению все это заведение часам к 16 закрывается, как и везде в Узбекистане, отведать плова можно только днем, на обед.

Наши же запросы на предмет десерта ограничились клубникой. Зато какая она тут была! Ну для начала она вообще тут была. Ее какое-то время не было, потом вдруг 1 мая она появилась и засыпала собой все рынки. По 2-4 тыщ сом (20 40 60 80 рублей) килограмм, в зависимости от размеров ягод и умения торговаться. Мы ее объедались, угощали лехину семью и увезли ящик угощать всех в альплагере.

Клубника — это самое главное, что может порадовать в мае гостей солнечного дождливого Узбекистана. Ведь нигде ее еще нет (а та, что у нас — это просто искуственно подогнанная под спелость, изначально зеленая ягода). Тут она продается вдоль дорог тазами, и тут она самая настоящая. Реальнее просто некуда. Даже будучи помятой, она все равно свежая, по крайней мере не успевала испортится пока мы ее не употребляли. А вот что не порадовало — это очередной закон от Онищенко, запрещающий вести в Россию хоть что-либо съедобное. Закон вышел 14 апреля, весь ташкентский аэропорт был увешан листочками с его содержанием, причем закон то российский. На входе секьюрити попытались конфисковать наши три ящика, однако мы не сдались и ящики отстояли. В конце концов вывозить то ее можно. Узбекам мы торжественно пообещали съесть эти три ящика и один пакет втроем в процессе ожидания самолета и его полета.

Ящики тем временем предательски капали, оставляя везде за собой кровавые следы. Мы их прятали в рюкзаки, пакеты и как-то прошли ничего не декларируя. Но все-таки это конечно какой-то маразм. Гораздо больше шансов отравиться той клубникой, что продается у нас в России, по крайней мере в мае уж точно. Наступет лето и каждый пассажир возвращающийся из Ташкента в Москву повезет по паре дынь. Вот работы то у таможенников добавится.

Вообще клубника была только в одном из трех ящиков, в двух других мы везли черешню. Она внезапно появилась на рыночных прилавках и в придорожных тазах числа так 5 мая. Черешня была темно-красная, спелая и главное крепкая. По приезду домой выяснилось, что черешня в Узбекистане в два раза лучше «узбекской черешни» в Москве и стоит ровно в 10 раз дешевле. Был огромный соблазн просто взять и все это продать. Но мы все-таки не какие-то злобные коммивояжеры, а обычные туристы. Поэтому черешню мы к своему огромному удовольствию съели.




Клубнику мы поедали вместе со свежайшими твороженными трубочками. Просто пальчики оближешь, какое лакомство!


Малый Чимган


Ливень, тьма, радуга, снег и солнце. Все вместе и одновременно. Это Чимганские горы.

В Ташкенте находится мы больше не могли, уж больно холодно там. Или жарко?? Да и вообще не за пловом вроде приехали, а в горы.

Попасть на Чимган просто. Приезжаешь на метро к автостанции Максима Горького, садишься на маршрутку и едешь в Газалкент. А уже там надо искать машину до Чимгана. В принципе до Максима Горького можно доехать даже на метро (станция — какое-то сложно запоминаемое узбекское словосочетание), но никто так не делает, потому что перемещение в ташкентском метро — это очень непростая процедура. Взрывы гремели в Москве и Минске, а режим проезда существенно суровел от этого в Ташкенте. Ребята рассказывают, что с рюкзаком туда спускаться приходится по полчаса. Ведь народа в метро не очень много, реально просвечивать и перетряхивать возможно каждого входящего, а узбекской милиции только того и требуется — законный повод потрясти людей. Порыться в рюкзаке, поискать там что-нибудь запрещенное. Ну и конечно дотошно проверить документы, въездные штампы, регистрацию и прочее. В общем, катайтесь в ташкентском метро только ради самой покатушки, посмотреть станции, поставить галочку. Если реально надо ехать куда-то быстро и с рюкзаком, то нужно такси, тем более оно в столице Узбекисстана совсем дешевое по российским меркам. Впрочем, обязательно торгуйтесь с таксистом, так принято на Востоке, иначе уважать не будут. Правда это имеет смысл только если понимаете уровень цен и километраж расстояний, нам вот Леха разъяснил куда по сколько по чем.

От Максима Горького ходят маршрутки, но мы выбрали Дамас. Потому что нас сразу четверо, с вещами, да и вообще интересно было покататься внутри этого «гроба на колесиках». Покатались... Прикольно. Два часа в пути и мы в Альплагере. Вокруг неистовство зеленого цвета, и ходящие хмуро на границе с Киргизией тучи. Вообще москвич, выбравшийся из родных каменных джунглей на природу- какой-то особенный, уникальный зверь. Нам здесь прекрасно все вокруг, и травка, и цветочки, и горы, и стадо овец. Мы в полном восторге, и на самом деле, если бы вокруг были снега Арктики или пустыни Африки или болота Сибири все было бы так же здорово. Вокруг так хорошо, что вместо того, чтобы пережидать ливень, мы бежим вприпрыжку на ближайшую гору. Это Малый Чимган, совсем не сложная, пешеходная вершина, даже проводники не нужны, сами найдем.

Малый Чимган настолько простая и понятная вершинка, что на нее зайдет любой, было бы желание, да три-четыре часа времени. Для меня же было интересно посетить оба Чимгана, вот Большой в прошлом году четыре раза, и теперь разок и Малый. Сначала спускаешься вниз по дороге, потом зеленый забор, потом поляна с козами, потом поворот налево и по тропинке на перевал Песчаный, а там уже и Малый Чимган рядом. Короткое описание выданное нам Леней. Сколько это времени занимает и каким путем следует идти обратно он не сказал...


Это резвый конь-Дамас и его бравые укротители


это обгоняемые по пути попутки


Виднеющееся на дальнем конце "зеленой поляны" стадо овец - явный ориентир поворачивать и уходить налево траверсом


Весна. Все вокруг буйно цветет.


Ольга


Я и вишнЯ




с перевала Песчаный внезапно открылись могущественные хребты, и стал понятно - что вокруг горы, а мы не на обычной прогулке. Отсюда можно пойти вниз куда-то к Гулькамским водопадам, но по описанию того же Лени нужна веревка. Сегодня у нас обычная прогулка, безо всяких веревок, и даже без бутербродов.


Большинство Чимганских маршрутов проходит по гребням. Вот и с Песчаного, куда-то в сторону Большого Чимгана уходит натоптанная тропа.


Погода меняется в считанные минуты. Но поскольку прятаться от дождя и ветра все равно толком негде, предпочитаем несмотря ни на что постоянно двигаться вверх.


Растения тут опасные. То ли это, то ли другое, но очень похожее на него называется "Морковник". Крайне ядовитое, его даже трогать нельзя, во избежание ожогов. Не дай бог спутать с морковкой, ведь выглядит очень симпатично.




Тюльпаны среди морковника

Иногда жалею, что я не ботаник




Шли наверх мы конечно же в первую очередь за тюльпанами. Точнее за "посмотреть на тюльпаны", рвать это чудо природы просто рука не подымалась. Я вообще-то не верил в них, в прошлом году так толком и не рассмотрел, ди и вообще, когда тебе описывают "Подымаешься на плато, а там поля тюльпанов" - это примерно как "Выходишь на опушку, а там белые, доставай косу и коси". То есть описывающий явно привирает с три короба грибов или тюльпанов. Но оказалось, что дядя Володя не привирал. Действительно были тюльпановоые поля. Прижатые, побитые непогодой, местами мелкие и чахлые, но настоящие тюльпановые поля. Это зрелище диких тюльпанов мне кажется куда более ценно, чем наблюдение тюльпановых хозяйств и аукционов в Голландии, хотя там наверняка тоже красиво. Неожиданно даже то, что именно тюльпаны. В горах практически соседнего иранского Эльбурса - маки, в Бухаре и Самарканде - тоже буйство маков, а тут именно горные тюльпаны.


Если присмотреться, то можно заметить, что радуга - двойная. Во всяком случае фотографировал я именно двойную радугу ))


Красные тюльпаны на фоне белого снега и темно-синих далей Чарвакского водохранилища.


Оттуда мы пришли. Туда же и спустимся и нас также и прополощет дождем.


Сильно бует и полощет струями. Без куртки там делать нечего, а вот обычных кед вполне хватит, дабы забраться на Малый Чимган.


Просто одинарная радуга, зато очень заметная, словно разрезает реальный мир на две половинки - яркую и темную








Ниспадающие в сторону Бричмуллы поля тюльпанов. Кстати как мы не старались, так и не смогли найти дороги "на ту сторону". Или не рискнули... Володя потом нас похвалил за такую предусмотрительность, тропы туда и не было. На самом деле просто здравый смысл подсказал, что если хочется высохнуть в лагере и добраться туда засветло (на самом деле "к ужину"), то не стоит искать приключений, лучше вернуться той же дорогой.

Тюльпаны - они словно как дети. Прячутся от непогоды, сидят съежившись, в какой-то своей маленькой коморке. А потом вдруг как попрут...


Я устала, я прилягу..


Фотопортрет





Каким бы простым не был Малый Чимган, все-таки это горная вершина, это 2097 метров, это все таки Чимган. Покоритель может гордо позировать и подпирать ногой весь мир..
Виза-трип


Чарвакское водохранилище со стороны Бричмуллы

В этой части рассказа об узбекском путешествии весной 2012 почти не будет фотографий, зато будет много слов. Первая из этих двух историй началась, едва мы спустились с Малого Чимгана и доползли промокшие, но впечатленные видами и тюльпанами, аккурат к ожидаемому ужину. Но ужин отменился...

Особый тип среднеазиатского милиционера, возник еще в СССР, как известно достиг особо уродливых и ужасных форм в одиозные 90-е, в самом начале независимости среднеазиатских государств. Тогда появились особенно бестолковые и сильно извращенные очертания границ, а следом за ними многочисленные пограничники и погранпереходы. Главное и единственное занятие узбекского милиционера — проверить у туриста регистрацию, после чего вымогать деньги. Самое удивительное, что я знавал даже туристов, кому общение со среднеазиатскими представителями правопорядка также доставляло своеобразное удовольствие. Вот, например, Юрик Борисов, любил долго беседовать с ними о жизни, о погоде, о зарплате, о политике и так далее. Но денег никогда не давал, либо хорошо прятал, либо их вообще при нем не бывало. Юрик был проникнут среднеазиатским духом, он никогда никуда не торопился, как и все вокруг. Ему не надо было отдавать деньги, чтобы куда то успевать, и ему нравилось ставить в тупик и обламывать жадных и алчных милиционеров.

В 21 веке в Узбекистане ситуация немного улучшилась, всем стало понятно, что туризм — одна из основных статей дохода страны, но регистрация осталась. Правила игры очень простые — дольше трех дней без регистрации нельзя. Завтра у нас третий день, поэтому мы особо не переживали. Сегодня с утра отдали свои паспорта дяде Диме, представителю турфирмы Climberca, которая все эти вопросы решает, и отправились гулять на Малый Чимган. Однако ситуация, как выяснилось, у нас патовая.

Зарегистрировать иностранца на одну ночь, если неизвестно, где он был предыдущих две ночи невозможно. Всевозможные гостиницы и дома отдыха в Газалкентском районе взять нас фиктивно к себе на ночь отказывались. Даже не фиктивно и всамомделешном варианте тоже. Мы пытались поселиться за деньги в коттедж, причем очень немаленькие для Узбекистана, но взять к себе двух бородатых мужиков с двумя девочками, неизвестно где шлявшихся два предыдущих дня хозяйка не решилась. Причем перед этим даже позвонила отдыхавшему где-то с друзьями на дачах начальнику ОВИРа Газалкенского района, называя его почитательно не иначе как с суффиксам, -ага, что означает «уважаемый».

Нам оставался единственный выход не попасться в жестокие жернова регистрационной системы — это покинуть солнечный Узбекистан. И въехать в него вновь, процедура эта называется неологизмом — визатрип. Дядя Дима отвез нас в Газалкент и посадил в такси до Черняевки, села на границе с Казахстаном. Нашей задачей было — пересечь границу в оставшиеся до полуночи 6 часов.

Черняевка оказалось филиалом ада на Земле. Хотя по началу нам было очень интересно, еще бы, экскурсия в ад. Ироничный и любопытствующий взгляд на все происходящее вокруг здорово помог пройти все 9 черняевских кругов, но на предложение совершить повторный виза трип, для разнообразия в Таджикистан или Кыргызстан все мои спутники наотрез отказались.

Единственным плюсом погран-перехода Черняевки является, пожалуй, то, что он круглосуточный, иначе мы просто не успели бы в положенное время выехать из страны. Несмотря на круглосуточность, запускали внутрь погранперехода с часовыми перерывами, очереди выстраивались еще до территории, причем как мы в нее не становились, все время оказывались где-то сзади. Спустя полтора часа мы уже внутри, но зато плотность людей увеличилась, узбеки жмут нас со всех сторон, нас уже разметало по очереди, Олега мы потеряли где-то сзади. Самое время присмотреться к попутчикам. На две сотни людей — только четыре европейских лица, на наших лицах. 5% - узбекские женщины увешенные меленькими детьми. 95% - это мужчины в полном расцвете сил, едут гастербайствовать в Россию. С собой ровно одна спортивная сумка, в которой смена одежды и обуви, плюс 2-3 узбекских лепешки. Вот, что значит запах Родины для жителей Узбекистана. От помятых, согнанных в кучу мужчин пахнет лепешками. Пограничники обращаются с ними, как со скотом. Словно в пограничном училище их отправляли пасти овец в горах. Гаркнуть, пихнуть, приложить кого-нибудь прикладом автомата, загнать внутрь барьера, спрессовать. Немного похоже на работу специально обученного персонала в токийском метро, запихивающих пассажиров в часы пик внутрь вагона. Очередь внутри загона двигается рывками, открыли, человек 40 бегом к двери, закрыли. Ждем еще полчаса. На крыльцо выходит большой толстый начальник. Что-то громко грубо кричит. На узбекском. Все присутствующие снимают куртки, нам переводят, мы снимаем тоже. Через 15 минут он снова выходит, опять громко и грубо кричит рубленными фразами что-то в толпу. Все послушно закатывают штанины, мы тоже закатываем. Нам безумно смешно. Вообще смех — прекрасное человеческое качество, если бы не он, было бы просто страшно. 

Несмотря на такое отношение к ним, люди в толпе не превращаются в скотов. Помогают друг-другу держать тяжелые сумки, женщин пропускают где это возможно без очереди, переводят нам все приказы пограничников, объясняют что происходит, иногда ненавязчиво знакомятся и сочувствуют. Вот мы наконец в помещении, до полуночи час, наверное успеем. Все вещи какие можно (к сожалению, а может и к счастью фотоаппарат, поэтому текст без фото) мы оставили в альплагере, досматривать нечего. Леня нас предупреждал, что узбекские погранцы охотчивы до вещей, а казахи до денег. Однако не все так просто, видимо из-за нервов, а может просто по причине бестолковости анкеты, мы заполняем выездные декларации три раза. Вот наконец и тот пограничник, который в окошечке с печатями, к нему прорывались около пяти часов. Первым иду я, как самый опытный. Уфф. Смог как-то обьяснить, что последних два дня мы нигде не ночевали, что вот наши авиабилеты из бухары, и вот регистрация в самаркандской гостинице. Остальные проходят без вопросов. Успели «на флажке», последний безрегистрационный узбекский день закончился. Это чем-то похоже на спорт, чем-то на казино. Адреналинно.


Это настоящий узбекский поезд. Он тут просто так, для красоты. Встретился на пути из Газалкента в Черняевку.

Казахский павильон границы. Толпа народа на улице. К нам подходит офицер, проверяет документы, проводит в здание. Ну что, тут белым людям без очереди? В здании снова проверяют документы. Вообще тут проверяют их каждые 10-15 минут, независимо от того на какой стадии прохода границы находишься. Скорее всего офицерам-казахам, просто интересно как тебя зовут. Или им хочется хоть иногда ставить русского (любого иностранного?) туристы в зависимую, пусть и на пол минуты, позицию. Пока ты без паспорта, и его изучает офицер, ощущение такое, что ты ему что-то должен.

В здании полно народа, контингент все тот же, только видимо приехали на границу они утром или днем. Очередь тут не двигается вообще никак, все просто сидят на полу. Становится понятно, зачем им сумки. На сумках сидеть гораздо удобнее. Мы же в неудобных позах раскорячиваемся прямо на каменном полу в хвосте очереди. Через две проверки документов (полчаса) подходит офицер, тот самый что привел нас сюда. Русские? (Как будто не проверял дважды документы!) Да! Пошли, есть специальная очередь, для неграждан СНГ. В очереди смотрим — узбеки те же, только посолиднее, в ней за 5 минут добираемся до окошка. Девушек пропускают, потом к нам: ну девушек мы пропустили, негоже их было держать, но вас не можем, вы же граждане СНГ, а тут видишь, написано «неграждане СНГ». Что делать будем? Что, что... Ну мы постоим в очереди, мы не торопимся (а ведь в самом деле, Узбекистан успели покинуть, теперь не торопимся). И двух минут мы в очереди не простояли, сново тот же офицер: «Ладно, я тебя понял, иди давай».

Теперь пункт досмотра, вещей у нас нет, поэтому пограничник переходит сразу к главному вопросу. «Кто тут главный?» «Я главный» Остальная наша тройка немедленно отпускается. «Денег сколько у тебя?» Деликатный, конечно, вопрос. Первое пожелание было ответить,что нет у меня денег, или совсем чуть-чуть. Но вот он, ксивник с деньгами, предательски висит прямо на шее, деньги никуда не спрятаны, хорошо, что большую часть успел раздать уже ушедшим людям. В таком случае стоит отвечать честно, могут проверить, обыскать. «Десять тыщ.» Разочарование и злость начинают наполнять глаза офицера. «Рублей», зачем-то заканчиваю я свою фразу. Напомним, что тыщы узбекских сомов примерно равна 11 нашим рублям. «Мне ничего не дашь?». Вот прям так сразу, прямой вопрос. И в самом деле, к чему все эти заискивающие формальности и конспирации. Тут уже я начал играть в отказ, да и в самом деле, ничего давать решительно не хотелось. «Да понимаете, сами мы не местные, нам на эти десять тыщ еще и кушать, и жить, и в Москву выбираться». «Ну ладно, иди давай, давай. Не обижайся, ладно?»

Да я не в обиде, ушел, слава богу закончилось уж все. По крайней мере в сторону узб-каз. Как-то отпустило уже. Ольга даже закурила, а тут на выходе пост — очередная проверка документов. Ну всех из погранзоны выпустили, а Ольгу за забором оставили, и паспорт у нее отжали. Это всем вам курильщикам в назидание, о вреде табачного дыма и никотина. Там оказывается табличка висела, на чистейшем казахском написано «Курить нельзя. Штраф столько тенге (эквивалент 50 долларам)». Ольга ушла в полный игнор и отказ, вот и все ее деньги, не тенге и не доллары, а аж целых три тыщи сом. Не помог даже вызванный солдатом-постовым большой полковник в мундире. Пришлось Ольгу отпускать с приговоркой: «Чтоб мы тебя больше тут не видели». Угу, подумала Ольга, и мы все вместе вернулись сюда же через 15 минут. Это же визатрип!

Четверть часа проведенных в Казахстане мы потратили со знанием дела. Сперва был план смотаться в Джамбул (?, ближайший город), пройтись по плову. Потом уточнили, что в Казахстане вроде бешбармак, а не плов. Потом поняли, что и никакого Джамбула не надо, а вместо бешбармака хватит казахского пива. И главное — поменять деньги. В Узбекистане они у нас вдруг стали кончатся, а менять надо не в банках, а на черном рынке, ибо так курс раза в полтора выгоднее. Менять черной-черной ночью у каких-то незнакомых приграничных менял на черном рынке не хотелось. Зато в Казахстане нормальный обменник, еще и выдающий сдачу казахским пивом. 

Казахский полковник в мундире, грозивший «Чтоб мы тебя больше тут не видели», оказался не таким уж и суровым, хотя удивился, чего это мы передумали ехать Джамбул к нашему другу-альпинисту, как мы рассказывали всем каких-то полчаса назад. Вопрос «К кому едешь, братан?» интересовал пограничников не меньше, чем сколько у нас денег. «Друга нет дома, мы решили обратно». «А я знаю куда вы ездил, это, как это, называется... Новое слово. Визатрип» И дальше поведал много интересного нелицеприятного про соседей узбеков, с их неадекватными правилами регистрации. Но мы его уже не слушали, переживая по поводу всех предыдущих офицеров, которым мы уже рассказывали и про друга в Джамбуле, и долгий путь в Москву. Но путь обратно, каз-узб, проходил в параллельном коридоре, пусть и в прямой видимости, однако никакого интереса структур не вызывал, неприбыльно. Прошли все минут за 20, задерживаясь иногда на проверку документов. Все это напоминало въезд в Москву в субботу ранним утром, когда в другом направлении стоит бесконечная пробка из дачников. В альплагерь мы уже не поехали, ведь вот он, Ташкент, и гостеприимная Лехина семья, готовая принять дорогих гостей даже в три часа ночи.
Чемпионат Узбекистана по ЧГК



Другая поездка из альплагеря в большой мир состоялась спустя пару дней, с уже официально оформленной регистрацией, которую сделать сразу после пересечения границы было куда легче. Целью поездки был Чемпионат Узбекистана по ЧГК. Я вообще то знал про него, но как-то не очень собирался, в горах же здорово, а ЧГК я всегда успею наиграться. Но тут вдруг позвонил Артем Сорожкин и рассказал, что есть команда такая-то (Пахтакор и второе слово на узбекском означающее «болельщики»), являющаяся по сути фарм-клубом основного Пахтакора (это не только команда по футболу, но и по ЧГК) и они всю субботу играли впятером, идут где-то около 6-го места, и в воскресенье очень рассчитывают на меня. Вот так, ни много ни мало, хотя меня они вообще-то не видели даже ни разу. А тут еще с вечера в альплагере зарядил какой-то безнадежный ливень, и стало понятно, что завтра никаких выходов не планируется... В общем поехал я таки на ЧГК.


Это было очень необычно. Вот по ощущением. Обычно идешь на турнир, захватив блокнотик, ручку, иногда бутылочку энергетика, яблоко, шоколадку, иногда книжку интересную, дабы скоротать перерывы, журналы «Наука и Жизнь», дабы погадать с сокомандниками Кроссворд с фрагментами, когда-то давно таскал Атлас мира, но потом в каких-то правилах вычитал, что нельзя, и таскать перестал, одно время таскал даже тибетскую манту «меч мудрости рассекающий тьму невежетсва». Впервые в жизни я шел на ЧГК не взяв ничего, кроме сухих носков.

Сухие носки были моей главной ценностью и именно ими, еще ниразу в путешествии ненадетыми я собирался блеснуть на турнире. Ну еще немного своими знаниями. С остальной одеждой было скудновато, помятая и поношенная по горам, но более-менее чистая, почти не пахучая. Хотя и были сомнения о том, что в гостинице «Узбекистан» возможен какой-то дресс-код. Опасения только увеличились, после того, как я, подскользнувшись на мокрой после дождя тропе, шлепнулся прямо в грязную чимганскую лужу. Но пути назад уже нет, удачно застопленный жигуленок, маршрутка, и я в столице, всего за полтора часа и непонятно чем занять себя оставшийся до игры час. Завтраком!

Денег узбекских осталось немного, поэтому завтракаем закупая в магазине удивительный узбекский кефир, узбексие баранки и копченный курд (это такой козий соленый сыр). С полиэтиленовым продуктовым пакетом, перемазанными грязью брюками и небритостью на лице, усевшись на скамеечке возле сверкающего чистотой отеля «Узбекистан», я напоминаю чем-то бомжа. Однако никто не гонит, наоборот какие-то аккуратно выгялищее молодые люди в фирменных курточках с надписью “Azerbaijan” сочуственно кивают головами и сообщают, что у меня штанина грязная. Ну вот, можно сказать перед лицом будущих соперников уже «сел в лужу» еще до начала соревнований, однако выяснилось, что они из мини-футбола. Воодушевившись этим фактов я доел сыр, пошел и сел в вышеупомянутую лужу, дабы постараться отмыть чимганскую грязь со штанов, после чего отправился играть в интеллектуальные игры. Фейс-контроля не оказалось.

С командой знакомились и сыгрывались долго, за время полуфинала и матча за 3-е место по Брейн-Рингу я ничего не понял, даже рта раскрыть толком не успел, а мы уже все проиграли и четвертые. Зато в ЧГК наконец-то общение наладилось. Ребята оказались индивидуально очень даже сильные, но вот с какой-то комнадной игрой, раскруткой и тому подобными вещами — полный швах. Ну тут уж и я пригодился, играя от тура у туру все лучше и лучше в итоге наиграли на четвертое место, что казалось неожиданностью и успехом, ибо в Узбекском ЧГК есть каких-то три великих кита, до которых всем остальным командам далеко, также, как стоящим в очереди на Черняевской границе до Джамбула. Наверное успех, в чемпионате России я выше 14-го места не наигрывал. Тут то я и вспомнил, что вполне вероятно всех можно было б дисквалифицировать, однако благодаря какому-то стечению обстоятельств Чемпионат России я пропустил, поэтому заигран только в одном чемпионате стран. Надо будет для полноту ощущений поиграть еще с кем-нибудь чемпионаты Белоруссии и Украины.

На всевозможных послеигровых пьянках, пловопоеданиях и прочем я участвовать не стал, да и не уверен, что они были, все таки четвертые места праздновать не круто. Артем Сорожкин одолжил мне 100 баксов, а человек (кажется это был Отабек) из основного состава «Пахтакора» конвертировал их в сумы (большее ему спасибо!) и я отправился обратно в горы, захватив с собой лепешек и черешни.
Большой Чимган



Настало время рассказать и про Большой Чимган. Ведь все остальное сопутственно и вторично, а ехали мы как раз на Альпиниаду и на Большой Чимган. 

Про обычаи и особенности жития-бытия в лагере турклуба имени Рацека я уже рассказывал в прошом году. Ничего не изменилось. Все также здорово. Появились какие-то новые люди, но не более черверти от всех. Все старые прошлогодние знакомые за год выросли, достойно пополнили свою альпкнижку на зимних и летних маршрутах. Это мы такие, сидим себе в Москве и без гор деградируем. У меня постоянно было ощущение, что я как-то слабее стал себя прошлогоднего, хотя за спиной остались и Монблан, и Кавакарпо кора, и Аконкагуа. Но ощущение — будто деградируешь. Все реьята уже далеко впереди. Вон в прошлогодние мои напарники. Саня Седов выиграл какой-то ледолазный чемпионат Узбекистана, а Леха Гнатик выиграл забег на Чимган (этакий местный аналог редфоксовского забега на Эльбрус). В забеге том, кстати, Саня Седов пришел вторым. В общем, для меня Чимган получается этакая встряска организма, чтоб не заснул и несильно жиром заплывал. Есть вроде 3-й разряд, но я сразу понял, что ходить тут буду только не выше «двоек». Ну и вместе со своими значит, ибо ни Ольга ни Ленка не имеют разрядов, а Олег такой же «трети» только совсем уж седой давности. А начали мы и вовсе с единички. Классическое начало — Большой Чимган по Главному кулуару. Вообще в дальнейшем я могу и напутать чьи-то имена, столько народа разного хорошего, так что заранее извиняюсь.

Тут видимо стоит больше не про маршруты, кулуары или скалы, а про людей. Нашей московской четверке руководитель лагеря Ильяс выделил аж двух инструкторов. «Вам повезло, инструктора мирового класса!», - сказал начальник и познакомил с дядей Ваней и дядей Мишей. И действительно, толковые дядьки. Вместо Центрального кулуара повели нас сперва на снежные занятия. В прошлом году я снежные занятия пропустил. Их вообще не было, так как не было снега. Не было снега достаточно близко к лагерю, на каких-нибудь более менее пологих склонах. Был высоко, да и тот ближе к концу Альпиниады почти весь стаял. И все-таки природа и погода удивительно прекрасные и непредсказуемые явления. В этом году снег был (несмотря на Всемирное потепление). Его было так много, и он так низко опустился по высоте долины, что старожилы со знанием дела причмокивали и говорили, что такого они и не помнят. Совсем недавно, в апреле, сошла лавина аж до самой дороги, чего-то там порушив. Не знаю насчет сооружений, но вот рощицу деревьев, заботливо высаженных год назад под руководством Ильяса напротив лагеря лавина эта порушила. В итоге сейчас, в мае, прижилась и зазеленела только парочка молодых арчей, да и то как-то коряво.


Вид на лагерь с противоположной стороны сая


Чуть-чуть распогодилось ближе к вечеру


Поедание узбекской черешни в условиях высокогорья


Вот такие палатки-домики еще советских времен можно встретить в нашем лагере. Тут живут инструктора еще советских времен.

Лавина до неузнаваемости изменила и сай (овраг) с речкой. Если на прошлой альпиниаде все просто ходили к ней пешком по тропинке полминутки, кто с ведром, кто с полотенцем и зубной щеткой, то сейчас речки просто не было. Ни видно, ни даже не слышно. Она оказалась наглухо закупорена языком снежника. Ходить — триста метров вниз, где язык заканчивался. Это не вариант, решили в лагере, и выкопали снежный колодец со ступеньками. Глубина — полтора человеческих роста. Ходить туда на вид стремно, однако чем ниже — тем снег как-то прочнее, там же холоднее. В общем, никто до ручья не провалился. Ведра прикреплялись к веревке и опускались в ревущий поток. Одно ведро Славик упустил, за что был подвергнут жесткой обструкции со стороны начальника, после чего героически в подснежной водяной пещере это ведро отыскал и вернул. Правда уже сильно побитое по камням и дырявое. 



Вот так вот добываем воду из снежного колодца


Это новичок Петя, на заднем плане Сархан



Снежно-солнечные ванны


Скальные занятия



Ольга полезла


Руслан полез


Наш гуру скалолазания - Коля


А это - скалоласковая Ксюша



Лена и блокшкотовый узел. Ужинать у нас пускали только тех, кто сдаст прямо перед столовой импровизированный экзамен по узлам.

Вернемся к нашим снежным занятиям. Процесс поучительный и крайне увлекательный. А еще просто напросто веселый. Без веселья тут никак, иначе просто замерзнешь. Первую половину занятий ходим вверх-вниз в связках, полезно, но скучно. Вторая половина занятий — падение на склоне. Человек, стоящий на склоне может упасть. В зависимости от ситуации - восемью разными способами. Лицом к склону или от него, вверх, вниз, влево вправо вбок. Каждый вариант прорабатывался, мы падали, вытягивали ледоруб и зарубались. Остались все насквозь мокрые, но подготовленные к падениям. Теперь вместо шока при падении последуют автоматизированные действия по зарубанию ледорубом. Однако одна ситуация так и не поддавалась изучению. Самая сложная — падение вниз на спину, ногами вверх, головой от склона. Просто оказалось, что невозможно заставить свое тело так упасть, это противоестественно и тело отчаянно сопротивлялось. Это все равно, что попытаться не моргнуть, когда что-то летит тебе в глаз. Неподвластный рефлекс двигает веко. Он же вовсю сопротивляется принудительному падению на спину, вниз головой. В лучшем случае получалось упасть вниз как-то боком. 


На снежных занятиях


а теперь восхождение по Центральному кулуару, первым идет Леха







Пока новички вроде нас падали самостоятельно, более опытные Володя и Леня, забирались высоко-высоко, на более крутые отвесные скалы и склоны. Место называлось Чуркадром. Вниз бросались Чурки — макеты человека, равные ему по весу, сбрасывались вниз, а ученики пытались эту чурку удержать. Что да как не видед, технических подробностей не знаю, только Володя как-то вечером гордо утверждал, что «сегодня он Чурку удержал».

Потом были восхождения на Большой Чимган. Первое — классическое по Центральному кулуару. Простое, но выматывающее, ибо самое первое. Все в том же составе, четыре москвича и два инструктора мирового класса. Применяли все вчерашние правила хождения по снегу, только не падали разве что. Олег там пару раз пытался, но моментально зарубался. Склон был крутоват, снег все еще смерзшийся, так как утро, но кошек тут на Чимгане почему-то никто принципиально не надевает. 


Леха делает базу


Какие-то люди далеко впереди


Дядя Миша и Лена


Фотограф на привале


Предвершинный небольшой взлет по гребню, последние 15-20 минут




Плато Пулатхан. Загадочное, труднодостижимое и такое манящее...


Радуга прямо в небе, безо всякой дуги, впечатляющее зрелище


Наша группа на вершине


пошли на спуск

Второе восхождение — по маршруту Жуковка. Руководитель — Ферда. Ее вообще в этом году тут в альплагере не должно было быть. Но она не удержалась, вырвалась, приехала. Очень душевный приятный человек. Жуковка за год никак конечно не изменилась, снега больше только стало, да еще и лазать как-то сложнее. Это потому что пошли в пластиках (а так тут и надо, если более половины маршрута — снежные склоны). Лазать в пластиках — непривычно, в ботинках или кроссовках гораздо удобнее, однако надо уметь и в пластиках. На Жуковке — два «ключа» (ключевых места). Оба мы пролезли очень уверенно. Но странно — самым сложным местом был сейчас (и в прошлом году, я сразу вспомнил!) вовсе не «ключ», а крутой траверс незадолго до грота. В этот раз тут скопилось помимо нашей группы еще две. Преодолевали медленно. Ферда, как обычно навсех кричала, заставляя сконцентрироваться. Опасный участок траверса — гораздо длинней чем у «ключей». В общем, проторчали тут не меньше часа. Зимой тут проходят по снегу, летом где-то ниже, где сейчас ненадежный снег, и самая «заморочка» получается как раз весной. Однако самое главное приключения дня ждало нас на спуске.


Перед стартом на Жуковке


Вид с Жуковки на начало Центрального кулуара


Вид сверху на Черный водопад. Он порядка 20-30 метров высотой, хотя отсюда не ощущается


Вид на Западный гребень. Еще один маршрут на вершину. Считается наиболее простым, хотя и наиболее длительным.



Олег куда-то залез. По всей Жуковке безостановочное достаточно простое лазание


Первый Ключ - "Ворота" (?), узкая полочка вдоль гладкой вертикальной скалы


Лена выходит на эту полочку


Лена проходит самое узкое место первого ключа. 

Можно даже сказать "жизнь на кончиках пальцев (ног)". Однако вспомним, что при своем 36-м размере ноги она идет в 42-м, т.е. там где "жизнь" даже кончиков пальцев нет.


Ольга вылезла откуда-то


Привал после второго ключа "Жуковки". Все устали, жара, пот льется градом. Вообще-то каску снимать нельзя на протяжении всего маршрута, даже в таких безопасных местах. Но я украдкой от Ферды ее снял, что однако заметил фотограф.


Денис (?). Человек неунывающего духа. Ходит в моих, сильно б/у пластиках.


Реклама Ice Tea


Здравствуй, Облако!


Подходим к самому сложному участку (не ключу)


Там за этой каменной грядой самая настоящая пропасть. Траверс скального участка наклона пусть и не 90 градусов, но порядка 50-70. Расстояние - что-то около 10 метров, нужно пробираться по полочкам. Все смотрят за попытками товарищей. Чтобы не волноваться заранее, я даже не полез туда смотреть.












Самое крутое место снежного подъема. Денис сверху, Настя снизу.


Вперед к вершине! Увидев триангуляционный пункт все побежали так, словно это финальная стометровка на Олимпиаде!








наша группа после Жуковки на вершине

Спуск с весеннего Чимгана — классный. Одна из наиболее привлекательных черт этой горы. Представляете: шесть-семь часов корячиться и карабкаться наверх. А там — сел на попу и поехал. Полчаса кайфа и адреналина безостановочной езды, и ты уже практически в лагере. Снега в отличии от прошлого года много, скальные ворота — скальные лишь по краям, а не под попой, ехать можно не беспокоясь, то разгоняясь, то притормаживая. Ну мы дошли до нужного места старта, сели и поехали. Чтобы группа не растягивалась, Ферда периодически на менее крутых участках ожидает и собирает всех. И вот, очередной такой участок, снизу наших, человек десять. Я еду последним, передо мной Олег. И вдруг вижу, люди снизу засуетились, замахали ледорубами. А за спиной слышаться гиканье и крики. И вдруг — удар в спину, я становлюсь «паровозиком», при этом все вокруг почему то начинает быстро ускоряться. Влетаю в Олега, и чисто автоматически ногами выпинываю его из накатанной попслейной трассы. И сразу же начинается кавардак. Мир вокруг кружится. Все наши десять человек кружатся вместе с ним. Тут же еще какие-то люди. Я куда-то лечу переворачиваюсь, и о, чудо! Наконец-то я спиной на склоне ногами вверх. Зарубаюсь ледорубом, как положено. Но склон, куда я зарубился, какой-то кисельный и едет вместе со мной. И вновь я куда-то кувыркаюсь, вновь почему-то спиной на склоне головой вниз, и снова успешно выполняю элемент зарубания, и снова весь склон скользит врпащаясь вниз. Только тут я понимаю, что мы все в лавине. И как только понимаю, все останавливается. Я опять зарубившийся, только склон уже не едет. Лавина длилась секунд 15. Все так быстро, испугаться не успеваешь, плюс адреналин. А когда пора приходить страху, все уже закончилось. Люди разбросаны в самых нелепых позах вокруг, глубина лавины — сантиметров 30, никого не закопало. Все вокруг в легком недоумении и восхищении. Только Ферда ругается и гонит всех отсюда быстрее вниз. А что было то? Оказывается, следом за нами, на трассу для попслея сверху села группа восходителей альпклуба «Буревестник». Только нами руководила Ферда, и садились мы с интервалом 10-15 метров. «Буревестник» сел большим дружным паровозом, сел не в саму трассу, а вообще просто на склон. И покатили. В наиболее крутом месте вместе с ними покатил и весь склон, хотя такого ранее не бывало в этих местах. Во всяком случае на моей памяти.

А затем сразу же пошел град. Вообще-то он пошел еще и до лавины, в чем-то ее и спровоцировав. Но по настоящему мы попали под град уже ниже, на спуске. Скалы на самом нижнем водопаде стали совершенно скользкими. Хвост колонны спускался уже «по рукам» - подставленным плечам и рукам товарищей. В лагерь добрались без единого сухого места. Вообще погода в Узбекистане этой весной — какой-то сплошной «Антиташкент».

Вечером был разбор. После каждого трудового дня у нас в шатре разбор. Ильяс задает вопросы и нещадно критикует. Очень интересно и познавательно. В этот день насчет лавины нас не критиковал, и вообще сказал, что это не лавина, а так, детские игрушки. Зато всыпал по первое число за отсутствие связи. Задержались относительно контрольного срока мы прилично, а прозвониться сквозь нижестоящий грозовой фронт не смогли. Ну, или не очень настойчиво прозванивали. Тут снизу оказывается он уже собрал две поисково-спасательных группы. Одна должна заходить состороны старта, другая со стороны финиша. После разбора все смотрят кино. Тематическое, про альпинизм, скалолазание и прочее. Посреди бушующего ливня, в темной-темной ночи, маленький очажок цивилизации — брезентовая палатка «домиком» на задней стенке которой мелькают кадры кино. Романтика...


Разбор. Ильяс слушает ответ Насти.


А теперь все слушают Ильяса. Порция критики достанется каждому. Ферде тоже.


Этот тот самый ревень

На третий выход я пошел уже один. Самая боевая и работоспособная из москвичей — Ольга, улетела работать на свою московскую работу. Олег окончательно простыл и слег, а Ленка поначалу бравировала, но когда настало утро передумала. И очень правильно. Пошли мы на маршрут «Утюг» 2А. Я ходил «Утюг» год назад. Помню, что там долго-долго по крутому снежному кулуару, а потом в две веревки вылазить наверх. Я тогда еще на этих двух веревках намучался, и пообещал сам себе ходить дальше эти маршруты с кролем и жумарной петлей. У самого начала маршрута нас ждал Ильяс. Он кого-то куда-то тоже повел, но подзадержался, поджидая нашу группу. Подождал и показал на скалы. «Вот все сейчас ходят по снежную кулуару. Это неправильно, по кулуару могут сыпаться камни. Вы должны пройти классический Утюг. Так, как его ходили до вас все советские альпинисты, получающие на Чимгане разряды», - сказал Ильяс и обозначил первую, вторую и третью арчу.

Я конечно видел как это круто, но все-таки не ощущал насколько. Чуть было не передумал, ведь не выйдя на маршрут передумать еще можно, просто сам пешком вернешься в лагерь. Поводом к сомнениям стало что-то вроде нехорошей приметы, когда меня «медведь в берлогу утянул». Таким образом тут называют ситуацию, когда снег, подогретый теплом большого камня, непосредственно возле камня проваливается куда-то вниз, в оттаявшую вокруг камня под снегом полость. Я внезапно оказался по грудь внутри снежного склона, на узкой тропе траверса крутого склона. Вылез, отдышался, добрался к началу маршрута и … не передумал. Полезли, так полезли.

И ребята полезли. Вот прямо отсюда вертикально вверх, к первой, второй, третьей арче. Повесив безостановочно на 150 метров (? оценить сложно, но порядок такой) перепада 9 веревок. Вместо 2 прошлогодних по простому снежному кулуару, который все время маячил параллельно слева. Я, конечно, ничего подобного ранее не лазал, Ленка и Олег, наслушавшись рассказов потом вечером облегченно вздыхали, что не подписались на этот выход. Олег и вовсе утверждал, что это скорее 3А. Не знаю. Одно могу сказать — с этими ребятами хоть на край Света, ну или на Эверест. Хоть и страшно, но надежно. Руководитель группы — Куцый Андрей Андреич. Крыл всех постоянно, сразу видно, что человек понимает толк не только в альпинизме, но и в русском языке. Но мы вроде как и не в обиде, все по делу, все подстегивало, да и вечером он уже извиняется, что перегибал немного. Но Андрей Андреич только руководил и контролировал, а лезли и вешали все ребята. В основном первыми работали Саня Седов и особенно Сархан. Просто дух захватывало, ты сидишь прямо снизу и смотришь на все это. Скалолазание в пластиках, с нижней страховкой, камни летят. Постоянно ситуация — нет дальше хода, Сархан лезет вниз, это гораздо сложнее, все с той же нижней страховкой. Я лез где-то в середине, хотя пару раз страховал «последнего». Все, где можно было пролезть нормальному человеку, пролез сам. Но два места выглядели так, словно в профессиональных фильмах по скалолазанию. Я даже не пытался там, к чему эти срывы, нервы, напряжения веревки. Я честно встегнул в жумар петлю, а в верхнюю обвязку кроль, так что даже ничем по своей скорости товарищей не задерживал. Но дух конечно захватывало.


Петя с Сарханом последними вылазят на макушку Утюга







Особенно его стало захватывать после полудня, на Чимгане весною 2012 после полудня стабильно начинается ливень с градом. Чем выше находишься, тем меньше ливня и больше и крупнее град. 10 и 11 наши повешенные веревки ушли уже в таких условиях. Мы шли по гребню, периодически преграждаемом скалами. Последнюю никак не обойти, сунулись слева, справа, никак. Только скалолазание вверх. Скала вся мокрая, на микровыступах — шарики градин. Стоять и смотреть как лезут ребята жутко холодно, но деваться некуда, пританцовываю на пятачке 30 на 30 см. Полез в первом месте Сархан, не залез, сорвался на полутора метрах вниз. Во втором месте полез Саня, вообще никуда не залез. В третьем месте полез уже Андрей Андреич, вылез, вытянул веревку, пошел посмотрел - дальше никак, слез обратно. Сархан отдохнул и полез во втором месте, вылез с веревкой, вытащил остальных. Вышли дальше по гребню.


Сархан


Есть третий раз на вершине! а вообще - седьмой. Теперь чаще чем на Эльбрусе.


На вершине висел немецкий флаг. естественно 9 мая он превратился вот в такой транспарант.


Суровые и совсем не узбекски холодные дали...

Вот и вершина. Большой Чимган какая-то домашняя вершина. Даже я, совсем не местный, а уже седьмой раз тут. Каждый раз на вершине толпа, разные группы разных турклубов с разных маршрутов. Все друг друга знают. На самих маршрутах за редким исключением ни с кем не встречаешься, но все они выходят в одну точку. Группа Unicell (Unitel? Uztel?) прямо на вершине установили палатку, топят примус и поят всех пришедших горячим чаем или кофе! Совсем по-домашнему.

За время скалолазания штаны в самом пикантном месте разошлись по швам, за время спуска через дырки набивался и утрамбовывался снег. У меня итак не самая маленькая филейная часть, однако теперь она раза в три стала шире. И сделать ничего не могу, все внутри превратилось в куски льда и прилипло к стенкам брюк. Все смеются, я тоже. Штаны в клочья, больше не полезу. А больше и не надо. Послезавтра домой. 


столь колоритного персонажа на улицах Ташкента не встретить, надо ехать на Чимган


Этот серо-белый мир


Каменная птица

Что еще было? Я запомнил, как завхоз (имя забыл, Володя?) угощал нас узбекским медом и выдал по банке домой. Каждый день мимо лагеря в горы уходили не только альпинисты, но и местные женщины с мешками. Это сборщика мутала, или «сборщики металлолома» как мы их быстро прозвали. Мутал — какая-то ничем не примечательная трава, просто так сорванная даже особо и не вкусная (в отличии от кислого ревеня с ярко-красным стеблем).

Была еще история с колбасой. Воспользовавшись рядом расположенным языком снежника в первый же день Володя и Леня сделали там холодильник, закопав колбасу, сыр и хлеб. На второй день с утра не досчитались семи палок колбасы и четырех батонов хлеба. Ильяс долго гневался и косо посматривал на сборщиков мутала. Володя оправдываясь выдвигал теорию вторжения собак. С тех пор в лагере и пошла байка об интеллектуальных собаках, ворующих колбасу и батоны хлеба, позже зубами строгающих где-то в своем собачьем логове аккуратные бутерброды. 


После нападения интеллектуальных собак колбасу и сыр стали хранить в Главной палатке, подвесив их к потолку.

В прошлом году новичком и своеобразным «сыном полка» был 16-летний Саня Седов. За прошедший год он нетолько выиграл Чемпионат Узбекистана по скалолазанию, но и вообще здорово вырос, в техническом плане. Набрался опыта. Теперь новичком был Руслан, совсем уж какой-то мелкий, лет 10-12. Но ходил маршруты наравне со всеми, и занятия по работе с веревкой и спасработы. Он постоянно путал и забывал узлы, периодически спускал на Ольгу камни (шел перед ней). Но едва начиналась какая-то работа на скалах Руслан, подобно проворной мартышке взлетал куда-то вверх, так, что за ним уже и не угнаться. Среди новичков был еще Петя. Обычной такой незатейливый парнишка. Все маршруты прошел и пролез в экипировке альпинизма советского времени, а именно — берцах и защитного цвета штормовке и штанах такого же материала.

Еще был инструктор Алишер. Кажется, что все прошлые инструктора учились лет 15-20 назад именно у него. С акцентом какой-то неповторимой восточной мудрости он неторопливо и обстоятельно объяснял каждый момент, никогда не кричал. Работая у него мы приобретали не просто опыт, но и какую-то толику его спокойствия и его знаний. Несомненно именно он оставил самое сильное впечатление, именно как наставник.



Руслан


Скалы


Куцый Андрей Андреич


Алишер


Спасработы нам проводили Алишер с Андрей Андреичем. Их смысл таков: каждый участник по очереди становился Пострадавшим. Ломал ногу, руку, спину и т.д. И его транспортировали. Специальных носилок или шин конечно же нет. В высокогорной полосе деревья также не растут. В качестве материалов для носилок и шин используются подручные материалы: веревка, альпенштоки, ледорубы и конечно же вездеприменимый скотч.


Разговор Гамлета и Йорика, или Гривеля с Венто.








Понесли Лену


Теперь понесли Олю



Мои 90кг понес Гнатик, уму непостижимо как он справился


Носить после этого 50кг Насти вдвоем было как-то несерьезно


Алишер рассказывает, как правильно упаковать Гнатика на носилки


Э-э-эх, взяли.. Эх, дубинушка, ухнем!



Пока мы носили Леху, Ольга носила всю нашу веревку

Сложно обьяснить почему мне так нравится весенний Чимган, что я приехал сюда повторно, и вероятно приеду еще. Наверное своими контрастами, природными, от палящего солнца до леденящей стужи и всей обстановкой вокруг. Бедные люди с богатой душой. Узбекистан — совершенно нищая страна, где люди проживают на зарплату 30-40 долларов в месяц, при этом и работа то не у всех есть. При этом у них нет ни одного магазина, где можно было бы купить туристический рюкзак или даже пенку-каремат. Все что можно раздобыть — стоит дороже, чем в Москве, хотя бы потому что везется оттуда. В этом году пластиков, ледорубов и касок в лагере оказалось необычно много. Оказывается в какой-то момент западно-ориентированная политика узбекского правительство резко отменилась, с американцами поругались, дислоцированную здесь военную базу выгнали. Ну людей то есть выгнали, а все что там было по-возможности разворовали. Ребята мне рассказывали, что в каком-то месте, на какой-то темной улице, в каком-то недобром районе, за тем местом, где тусуется свора диких собак... В общем, там склад, с которого сторож приторговывает касками, пластиками, ледорубами и прочим. Пластики конечно удивительные. Лена с ее 36-м размером ходила в 42-м. Я со своим 43-м ходил тоже в 42-м. При этом с пластика просто взял и отвалился кусок, образовалась дырка. Впрочем для узбекских альпинистов это не проблема. Они все чинят и радостно принимают подарки. Поэтому если у вас есть что-то, что вы собрались выкинуть, лучше отдайте мне, а я переправлю в Узбекистан. До сих пор помню, как меня отругал Володя за выкинутую на Кавказе горелку. Я ее как-то зажег, а там пламя пошло по шлангу, и, в общем, чуть было не спалило всю палатку. Я ее, конечно, от греха подальше выкинул. У Володи оказывается горелка с такой же историей, он ее просто разобрал, что-то заклеил и собрал заново.


Пластик с дыркой

Все-таки, чем беднее страна, тем по-настоящему добрее и гостеприимнее живущие в ней люди. Мы все вспоминаем Лехиным родителей, Володю, каких-то неизвестных Ольге попутчиков, закормивших ее так, что она еле доволочила ноги до аэропорта, что впрочем было не сложно, так как ее отвези прямо в аэропорт, что никому кроме нее не было по пути. Посетите Узбекистан, желательно не Самарканд-Бухару, а какое-нибудь место попроще, вроде Чимгана, и убедитесь во всем этом сами. 

Ну, кто с нами на следующую Альпиниаду-2013?!


Чимганские закаты


Чимганское небо

Комментарии
garp04.08.15, 10:09
Помню этот год. Я как раз Вас чаем на вершине поил. :-) 
Виза-Трип 
да мы чуть было и в этот раз не побывали)) Виза-трип следующий для разнообразия планировался через Ош. однако спутники что-то идею повторного виза-трипа не поддержали..
Muhsin01.09.12, 17:54
Восточный Узбекистан 
Предлагаю следующей поездке побыват Ферганской долине
Авторизуйтесь, чтобы оставить отзыв
Оцени маршрут  
     

Еще маршруты в Узбекистан
еще маршруты
О Маршруте
Опубликовал Дмитрий Славин