История акклиматизации и восхождения
Нитка маршрута
Терскол - Азау - Чегет - Эльбрус
 



Акклиматизировались хорошо. На 2-3 дня дольше, чем обычно. Обычно мы прямо с поезда (самолета) взлетали до последней станции канатки (Гарабаши, 3700м) и начинали там жить внутри металлических бочек-приютов. В этот раз в силу возраста (или опыта) поселились снизу в Терсколе (2200м) и походили два дня местные нижние треки. Оказалось, во-первых, очень красиво (цветы, горная весна, водопады, скалы, лес), а, во-вторых, очень ново (в погоне за вершиной не замечал раньше этой красоты вокруг). Станция Ай на Чегете, долина Донгузорун, водопад «Девичьи косы», обсерватория. Ориентироваться более чем удобно с помощью Maps.me. Все нижние маршруты, по причине невыносимой мозоли, я прошел в кроксах. Встречные туристы в матерых трекинговых ботинках только удивлялись. Как и я, когда-то в 2016-м удивлялся, шуруя в своих трекинговых ботинках по тропе из Намче-Базара к БЛ Эвереста. На встречу тогда шли явно русские альпинисты, увешанные рюкзаками, веревками, ледорубами. Обгорелые и со счастливым взглядом. Со счастливым, потому что ноги отдыхали у них в кроксах, вместо ненавистных ботинок.




Во время акклиматизации насчет погоды можно не переживать. Подойдёт любая


цветочки на прогулках


Такое есть на Кунашире, Мостовой Гигантов (Сев.Ирландия), у водопада Скафтафьёлль (Исландия) и наверное где-то еще. Вулканические столбы 5-6 угольного сечения на тропе к Девичьим косам.


водопад Девичьи косы

От Девичьих кос удалось заснять лавинку на чегетском склоне. Звучит гораздо страшнее, чем выглядит:



На обсерватории. Чтобы дойти от Девичьих кос до сюда пришлось таки снять кроксы, слишком много снега


Акклиматизация на Эльбрусе - это бесконечная борьба с собой и с едой. И с попытками поймать вайфай. (Используйте МТС!)

На третий день поехали вверх (до 3700). Коля кормил нас таблетками (оказалось, что за 13 лет состав поддерживающей фармакологии сильно изменился). Алёна кормила нас едой (оказалось, что за 13 лет появились такие пакетики – заливаешь кипяток и ещь). Варить не надо, посуду пачкать не надо, очень удобно. В Бочках вместе с нами жили спортсмены. Просто бегуны, бегуны вверх. Они бегали вверх пока им хватало акклиматизации, потом бежали вниз. Кто-то со скал Пастухова, кто-то с Косой полки, кто-то с седла. Вернувшись, они вкалывали себе (именно вкалывали, а не ели) мельдоний, засыпали богатырским сном, чтобы с утра снова бежать. Я восхищался (не ими, а мельдонием). Давно про него слышал (еще б, олимпийский допинг!). Хочу теперь попробовать.

Сами мы ходили, как черепашки. Еле-еле. Но вокруг обнаруживались такие же группы по 5-10-15 человек. Коммерческие. Они тоже медленно-медленно ходили вдоль самого краешка слаломной трассы, чтоб не попасть под горнолыжников. Еще больше мельдония восхищали рыцари досок и лыж. Я как-то проснулся в 6 утра, вышел из бочки посмотреть погоду. Погода – просто звенела. Впервые за эти дни был виден Эльбрус обеими вершинами. А в морозном воздухе стоял хруст. Это по трассе у 6 утра (уже проснувшись, переодевшись, поднявшись вверх к старту) неслись лыжники. Один за одним. Потом, уже внизу, обнаружилось, что по большей части это были вообще дети.


на фоне слаломной трассы (фото с нижнего Гарабаши)


Лиса, подъедает за пльпинистами на Верхних и Нижних Гарабаши. Видели даже на Приюте 11 (или это другая там была?)

После двух дней на 3700 перешли пешком на 4100. Кажется, я вообще забыл, что такое тяжелый рюкзак. Может и слава богу. Переходили мы два дня в две ходки, лишь бы рюкзак стал вдвое легче. Бронирование жилья на склонах Эльбруса – отдельная песня. В интернете вроде есть координаты, как, что забронировать. Но НИКТО от слова СОВСЕМ НИКТО, не ответил на телефонный звонок (повторенный три четыре раза, ни на «Бочках», ни в районе «Приюта»). На сайте предлагалось просто перевести деньги. Мы же, просто пришли ногами, спросили, поселились. На всякий случай записали телефоны тех, что нас поселил. Может пригодится еще (если снова не через 13 лет). Мест в июне оказалось полно. «Приют одиннадцати» так и вовсе закрылся, после того как ушли мы (единственные поселенцы).

«Приют одиннадцати», конечно, сгорел в 90-е. Сейчас его правопреемником стала дизельная станция, оставшаяся при пожаре. Ее облагородили, оборудовали под жилье. Сюда переползла слава и история Приюта. Внутри в кают-компании всё увешено флагами и вымпелами (от иранских, чилийских и монгольских, до флагов ДНР и Южной Осетии). Впрочем, постоянно подвешиваются новые флаги, вымпелы и наклейки, поэтому ничего древнее 2015-16 годов тут не обнаружилось. Место комфортное, теплое (смотритель по вечерам зажигает печку, вокруг которой в ряд выстраиваются снежные пластиковые ботинки на просушку). Мы всё старались подвинуть поближе, а он отодвигал, боялся, что сгорят. Ему виднее, судя по стене, комната рядом с печкой пыталась как-то сгореть. На месте прошлого «Приюта 11» стройплощадка. Хорошо. Но она в таком же состоянии была и 13 лет назад. Плохо. Diesel hut чуть увеличился в размерах из-за привходовой пристройки. За 13 лет у нее появилась крыша и много утепляющих материалов и досок внутри. Но все-так же холодно, как на улице, и жить там нельзя. Пока – это просто огромный тамбур. Укрыться от ветра.

Ветер на Горе – самый главный факт. По крайней мере в июне. В качестве флюгера у меня работал бело-червоно-белое знамя, установленное кем-то на остове сгоревшего Приюта 11. Оно постоянно менялось, то висело тряпкой, то гордо реяло. Но всегда отклонялось в одну сторону. В июне (а кажется не только) ветер на южном склоне Эльбруса всегда в одном и том же направлении – с юго-востока. Живя на Приюте, мы продолжали свои акклиматизационные прогулки вверх. Коля дошел до 5000, я до 4550, Алена до 4365. Примерно на 4400 мы выходили из-за укрытия, небольшой скальной гряды, и нас накрывало юго-восточным ветром. Я всегда считал, да и пишут везде, что Эльбрус – это не прогулка. Это очень и очень сложно. Физически топать ногами, психологически заставлять себя топать дальше, терпеть этот ветер, еще и технические сложности повыше добавляются. В данном июньском Эльбрусе была хорошая видимость самого маршрута, отсутствовал лёд. Но ветер сдувал, кого-то даже валил с ног. Иногда к нему добавлялась метель. Очень неприятно и холодно. Сейчас все альпинисты на всех горах смотрят погоду на сайте weather-forecast.com. Мы тоже посмотрели:



Хорошо все-таки быть не в коммерческой группе. А сами по себе. В коммерческих жесткая программа: есть день восхождения плюс один запасной день. Наша же история была такова: до 15 акклиматизируемся (хотя можно уже и 15-го попробовать), а потом выбираем хороший день. Последний срок – 18 числа, потому что самолет домой уже 19. Вышло, что выбор упал как раз на 18-е. Если немного о цифрах. Мы попытались гулять и акклиматизироваться в 35, и иногда в 45. Если 35 еще как-то допустимо для недолгого существования и топанья вверх, то 45 просто жесть и «пора валить». Схемка эта показывает на высоте 5000м. На вершине ко всем цифрам добавлялось +10.

На второй день выше 4000-х Алене стало плохо, и мы ее проводили на канатку вниз. Нам оставалось еще три дня жить на приюте, гулять и акклиматизироваться. Я посчитал, что хватит и одного. Действительно, фармакология и физические упражнения на свежем воздухе брали свое: голова ни у кого не заболела ни разу, «горная болезнь», может быть, и ждала своего шанса, но заявлять о себе не торопилась. Однако было довольно скучно, холодно, и непонятно что делать. После 3-4 часов ходьбы остальное время проводили лежа на полатях в Приюте. Рекорды в Lines росли, но организм от такого явно не отдыхал, наоборот какая-то сонливость, лень, боли в боках и ногах. Вдобавок интернет выше 4000-х никудышный (а сейчас же идет Чемпионат Европы!). В общем, я внёс новаторскую идею: «А давайте применим Гималайский стиль». Коля, накануне отморозив всё что можно в попытке погулять при ветрах 35-45 на высоте 5000, радостно согласился. Гималайский стиль заключается в следующем: Вы ходите выше, спите ниже, постепенно набирая высоту. И вот уже в штурмовом лагере вместо того, чтобы штурмовать, опускаетесь обратно, на самое дно долины. Чтобы посмотреть на зеленую травку, отоспаться, отожраться и выпить много вкусных напитков (не алкогольных). Отдохнувший 2-3 дня снизу организм (уже акклиматизированный сверху) впоследствии радостно достигает поставленных целей. Поэтому мы вслед за Аленой поехали вниз. К радости смотрителя Приюта, которому тоже явно надоело сидеть тут (кроме нас никого уже не оставалось).

Восхождение 18.06.2021

Собственно, все сверху было присказкой, а отчет я собирался писать ровно про один день. Пока мы снизу отдыхали, цифры ветра на сайте выросли +10, но все ещё оставались в зелёной зоне. Белая зона (0-20) – идеально. Зеленая зона (25-35) – можно. Желтая зона (40 – 55) – на ваш собственный страх и риск. Красная зона (60 и выше) – нельзя. Можно переключать значения высоты между 5642, 5000, 4000, 3000.. Ну далее вниз уже не интересно. На 5642 показывало 35. Это ветрено, тяжело, но все еще край зеленой зоны и можно. Мы пойдём 18-го, все равно уже самолет на следующий день.

В 14-00 на поляне Азау обедаем хычинами, чанахами, в общем, выполняем программу «отжираться и отдыхать по-гималайски». В 15-00 на последней канатке взлетаем вверх до Гарабаши, и вселяемся сразу же в Бочки, прямо около канатной станции (сейчас там две разных Гарабаши станции, мы у той, что повыше, 3850). Тут есть приют «Сердце Эльбруса», проживание в нем дороговато, а вот кафе при нем – с харчо, мантами и компотом. Как вы понимаете, мы очень сильно не доели собственную еду раскладочную. В «Сердце Эльбруса» на стене телевизор, поэтому вместе с другими альпинистами (половина из которых ходила на восхождение 17-го, но из-за ветра вернулась) смотрим футбол. Спать ложимся в 22, чтобы через четыре часа проснуться. (я тайком в спальнике в режиме mute еще и посмотрел матч Дания-Бельгия, прямо на верхнем Гарабаши стоит вышка МТС, поэтому связь хорошая).

План – заехать с рассветом повыше, докуда докатит ратрак. Сейчас самые короткие ночи, поэтому ратрак нам дали на 2-50. По всем приютам телефоны водителей ратраков (при этом их всего 7-8 машин, причем некоторые ломаются, например, у водителя Сергей оборвался ремень на скалах Пастухова (в самом низу) и теперь его ратрак активно используется всеми гуляющими как «стенка от ветра»). Кроме ратраков используются снегоходы. Но снегоход везет 1-2 человек, которых при этом сильно обдувает и трясет. Кажется, он не способен «взлететь» выше скал Пастухова, но стоит при этом столько же. Сейчас стоимость поездки на ратраке в районе 7-8-9-10 тысяч с человека. Как договоритесь, как высоко доедет. И негласное правило: заказывать там, где живешь. Это подобно непальским гестхаузам. Кушать – там, где живешь. Поэтому все наши сфотографированные телефоны на нижних Бочках и Приюте оказались бесполезны. Договаривались мы с седым дядькой Саидом, на своих верхних Бочках. Прямо вечером 17-го и договорились на утренний ратрак 18-го. Водитель зовут не выговариваемым балкарским именем Къуанч.

Мы немножко закопались, прособирались… В общем, пришли в 2-55 (нас разделяло от места старта 150 метров). Эти 150 метров я едва не бежал. На таких высотах не очень хорошо бегать, дыхание сорвешь, долго восстанавливаться. (Это про обычных людей, не мельдонистов). Боялся опоздать и в 2-55 Къуанча не обнаружилось. Оставил Колю на точке, побежал к «Сердцу Эльбруса» (там под парами стоял какой-то ратрак). Водителя звали Шамиль, побежал обратно. 3-00, Къуанча нет, Шамиль едет мимо нас. Мы отчаянно в темноте машем руками и палками, мол «подвези», но в ответ нам машут отрицательно водители и пассажиры. Как же так?! 10 дней готовится и опоздать на 5 минут?! Весь ночной склон горы от Приюта, до скал Пастухова и Косой полки в этот момент сверкал сотнями огней людей и машин, выстроившихся в длинную световую змею.

Можно было бы топать отсюда своим ходом, но по расчетам это примерно +4 часа и много-много физических сил. Для спортсменов. А мы – обычные. Пока все эти мысли мелькали в голове из-за снежного бугра откуда-то сверху появилось четыре огонька фонарика и спустилась к нам. «Къуанча ждёте?» - спросил лидер фонариков. Оказалось, что незнакомым людям Къуанч назначает на без 10 минут, а сам приезжает в 3-05. Потому что незнакомые могут подвести и опоздать, сам же Къуанч не подведет, а подвезет.

Незнакомцы были в кошках. Я думал, что в ратрак в кошках нельзя, на всякий случай уточнил, что можно и мы с Колей обулись. Лучше обуться на ровном склоне, без ветра, в спокойной обстановке. Правую успел обуть, левая как-то мимо ранта легла. Но уже было пора залезать в кузов подъехавшего ратрака. Странно, но лидер фонариков попросил всех фонарики в кузове выключить, оставался только яркие фары снежного трактора, слепящие вверх по склону. «Прямо, как в самолете, когда просят открыть/закрыть иллюминаторы» - подумал я.
В каждом маршруте на Гору (не обязательно Эльбрус), есть «Ключи». Прошел Ключ, это самое сложное, дальше по инерции дойдешь и вверх, и вниз. Иногда Ключей несколько. Удивительно, но разбирая это наше восхождение, кажется, что одним из Ключей был сам ратрак!)) Мы бодро проехали до верха скал Пастухова. А дальше – «пробка». Точнее односторонняя дорога. Ратраков много (все 7, что есть сейчас на Южном склоне). Кто-то наверху высаживает, и спускается. Едет следующий. Мы ждём очереди. Я думал, что уже приехали. Сквозь завывания 35-го ветра (35 км/ч), я спросил лидера фонариков, не пора ли выскакивать. Он ответил, что-то вроде «Лучше плохо ехать, чем хорошо идти», и он был прав. Это просто остановка, ратрак далее еще очень высоко смог забраться. Ключ был в том, что стояли мы на склоне градусов в 20 наклона. И я и Коля сидели на боковых сидениях. Тело, бессовестно повинуясь законам тяготения сползало вниз. Я держался за край руками, но замерзшие пальцы немели и отрывались от доски. Я зацепился ногой под коленом и разлегся, как акробат. Коля нашел какую-то ручку на кабине, а снизу расперся кошками в металлический пол корзины ратрака. Я продержался так минут 8, начинала болеть нога (а мне ей еще сегодня идти наверх и вниз). На нижней лавке, закутавшись в пуховики, дрожала на ветру «группа фонариков». Я, наконец обнаглел (или замерз) настолько, что попросился в их кучу малу. На самом деле они были рады, дрожать вчетвером теплее, чем дрожать втроем. Я прям чувствовал, как бывший крайним (или скорее крайней?!) очень обрадовалась моей теплой тушке, ставшей новым крайним. Наконец мучительные 20 минут «Ключа на ратраке» прошли и громыхающий механизм рванул вверх.

Около четырех утра мы высаживались в точке под условным названием «Начало Косой». Чтобы заплатить водителю, пришлось пальцами расстегнуть куртку, залезть во внутренний карман и отдать заготовленные бумажки. За эти 30 секунд пальцы очень сильно замерзли. Не помогали даже надетые верховые перчатки. Приходилось где-то внутри двух пар перчаток собирать пальцы в кулак, сжимать-разжимать. Вообще первые ощущения после ратрака были «не очень». Высота уже большая, мною до сих пор нехоженая. Акклиматизация получила прогулками до 4500, а тут уже 5100. Немного кружится голова. Да и вообще, здоровье не самое исполинское. Уже неделю мучаюсь кашлем. Если сложить все составляющие: головокружение, кашель, замерзающие пальцы… Добавить щепотку опыта, то получается надо вниз идти. Но как-то оно выглядело глупым и нелогичным, вставать в два часа ночи, отдавать 100 долларов, доезжать до самого верха ратрачной дороги и идти вниз. Бессмыслица какая-то… Поэтому пошел вверх по тропе. И сразу же втянулся. Когда начинают работать мышц и дыхание. Все постепенно и ушло, пальцы в кулачках согрелись, а под нагрузками первые симптомы горняшки улетучились.









Темп на этой Косой был просто идеальный. Мой. Медленный, но без глобальных пауз. Тропа (дорога) однополосная. По ней где-то далеко и не очень впереди ползут гусеницы коммерческих восходителей. По 10-15 человек. Именно ползут. Мы с группой фонариков вклинились между двумя гусеницами и пошли, причем я первым. Сел на хвост мужику в черных Скарпах (ботинки). Все, что можно различить на такой дороге – это ботинки впереди идущего. Надеюсь, мои оранжевые Трезеты тоже радовали чей-то взгляд. Косая в таком темпе оказалась вовсе не бесконечной, как было 13 лет назад. Вот уже над головами скалы восточной вершины. А мы решились на обгон гусениц. Акклиматизация, хоть и гималайская (а может быть именно потому, что гималайская) работала. Силы для обгона ощущались. Обгон – дело непростое, надо выходить на обочину, и жать по ней. Иногда есть там следы, но чаще нет. Тем не менее обогнали первую гусеницу, вторую третью. Сами гусеницы периодически настигали друг друга, сцеплялись, путались. Я видел гидов, пытающихся собрать воедино свои группы. У всех работали рации, было настоящее вавилонское столпотворение, но только вдоль одной линии и двигающееся вверх. Вниз никто решительно не шел. Даже странно, для такого количества восходителей. Видимо гиды умеют убеждать. Ветер не переставал зверствовать, но взошло солнце. Стало красиво. Через час (13 лет назад на Косую ушло 3 часа) зашли за край исполинской Западной вершины, юго-восточный ветер стих. Стало совсем хорошо. На широченном седле в разных его концах расселось кучками около сотни человек.
Колю я нашел только сейчас. До сих пор видел только человека в черных скарпах (он уверенно шел на обгон, а я за ним). Перекусывать не стали, глотнули кипяточку и вперед.

Вторым Ключом оказался подъём с седла на вершинное плато Западного Эльбруса. Почему раньше он не вызывал ни опасений, не занимал какого-то большого времени (так подсказывала память). В этот раз всё было иначе. Две хорошо пробитых тропы. Несколько, потому что видимо в таком плотном потоке одна – слишком мало. Вскоре одна из троп начнет работать «на спуск», а вторая продолжит «на подъем». Тропа хорошая, выгрызенная тысячами ударов кошек в твердый наст. Но не очень широкая, сантиметров 30, и довольно круто взлетающая вверх. Снова появляется ветер, несущий с собой снежную крупу (или как ее метко назвал работник канатки «новый вид осадков – пенопласт»). Несмотря на частоту прохода по тропе пенопласт местами засыпает тропу полностью, и не очень понятно, куда ступать, как глубоко уйдет в россыпь пенопласта нога.

Здесь появляются перила. И вообще должно было бы быть страшно, если бы не так медленно. Смешно, но москвичи убегают из города, в том числе от своих пробок, чтобы стоять в этих ветренных, снежных пробках на Эльбрусе! Из-за крутизны склона, из-за перестежек перил скорость падает до 3-4 шагов в минуту. Я, извините, наблюдаю попу какой-то дамы в темно серых штанах и снова черные скарпы. Кто-то сзади, кажется головой, раз в минуту пихает меня в рюкзак. Оборачиваться и возмущаться неудобно на таком ветру, мне кажется, там не специально пихают, потерплю. Люди ползут короткими рывками со скоростью московской пробки. Только гиды выходят вне тропы на крутой склон, бегают взад-вперед, подбадривают своих, помогают им перестегиваться с перил на другие перила. От всей толпы идущих время от времени улетает перчатка или палка. Гиды какими-то горно-козлиными ловкими прыжками по склону нагоняют пропажу. Одна перчатка прилетела с верхней тропы прямо в меня на нижней тропе. Мы жестами договорились с хозяином, что вон там, где тропы сойдутся я ее передам.

За перегибом склона все еще завывает ветер и бьет пенопластовая крупа, но склон выполаживается. Тут даже не площадка, а просто не слишком крутой склон горы, но восходители сидят и отдыхают кучками. Почти как на седле. Снова встречаемся с Колей, и делаем последний рывок – вверх на вершинное плато и шатающейся походкой против ветра к вершине. В 8:20 утра мы где-то в первой полусотне восходителей от 18 июня 2021-го. Всего, по ощущениям сегодня взойдет 200-250 человек. Прямо, как в рекордный день Эвереста. Я так и не решился вытащить из внутреннего кармана телефон. С телефоном надо работать пальцами, а пальцы быстро замерзают. Но Коля что-то наснимал на фотоаппарат. Безусловно, в этой нелепо празднующей толпе на вершине, а потом и на подходах к ней могли быть какие-то знакомые. Но из лица доступно только нос и рот. Узнать очень сложно. Однако человека в черных Скарпах, вместе с которым обгоняли гусеницы клиентов я узнал. Оказалось, какой-то седой дедушка (поэтому я в итоге его и сильно обогнал). Поздравил меня с Горой, а я пожелал успехов и хорошего спуска (ему оставалось еще вершинное плато). Сколько ни всматривался на Восточную вершину и Северный склон - никого. Хотя даже тропа видна. Может быть время слишком раннее, а может быть в этот хороший день с Севера никто и не пошел.














отдыхают за перегибом


вершинное плато и взлет на вершинный пупырь


Коля на вершине




Эта собака (в обвязке!) тоже зашла на вершину. Еще бы, на четырех ногах по таким склонам - удобнее. И ноги сразу "в кошках".


Коля уходит в облака (это уже спуск по Косой)

Спуск по тропам с вершинного плато на седло еще более опасный. Во-первых, уже не медленно, а практически по одиночке, человеческого потока нет. Надо просто самому очень аккуратно идти кошками по тропке 30 см шириной. Ну, а во-вторых, вниз анатомически всегда как-то сложнее. Самый неприятный момент, что вроде и делаешь все правильно: в одной руке ледоруб, в другой палка. Но поверхность склона – снежно-фирновый монолит, кое-где расплавленная корочка снега превращается в ледяные бляхи. Ни палка, ни ледоруб не втыкаются совсем. Просто можно опираться на них как-то, но воткнуть не выходит. Наверное, если спускаться не в 9 утра, а в полдень или позже, снег станет мягче (но я в этом не уверен). На седле снова нет ветра и прям какая-то высокогорная идиллия. Над миром облаков, тепло, вокруг полно альпинистов. Я впервые смог вытащить телефон и сделать парочку фотографий. Люди что-то говорят про неправильно надетую левую кошку, но дальше она уже и не нужна. Выпиваем еще раз по стаканчику кипятка и уходим вниз. Дальше описывать особенно нечего. Пальцы наконец согрелись (поднялась общая температура снаружи). На стартовой точке ратраков (начало Косой) были в 11. Водители заманивали прокатиться вниз за 5 тысяч, но Восхождение казалось неполным, лучше уж пешком. Очень медленно, но стараясь без больших привалов добрели до Гарабаши к 14-00. В 13-45 у меня таки отвалилась левая кошка. Всего ходили 10 часов, причем по сравнению с окружающими из нас сверху так и перла акклиматизация. Не помешал ни кашель (закидывался каждые полчаса Граммидином, по сути, кроме этих таблеток ничего и не ел со вчерашнего вечера), ни общее явно не очень спортивное состояние (наверное, помогли всякие ПВД вроде Крокодилиады, два матча Века и 5-дневная соло-прогулка по Адыгее). Если честно, я задумывался, как дальше развить свою физическую форму и поддержать акклиматизацию (думал про Среднюю Азию), но ничего так и не надумал. Поэтому оставшиеся до самолета 24 часа мы бессовестно жрали и спали. Скатались еще на канатке Чегет к месту «Завтрак с видом на Эльбрус». Красиво, да.



Из двух с половиной сотен человек, зашедших на вершину утром 18-го, мы постоянно кого-то встречали, вплоть до нашего рейса в самолете. Но в основном в кафешках, за рассказами и обсуждениями. Их невозможно было узнать по лицам и даже одеждам (скарпы и пуховики все уже поснимали). Но эти люди однозначно определялись по обгоревшим лбам, растрескавшимся губам и немного близкому к нирване состоянию. Неизменно перед ними стояли початые бутылочки пива «5642» от Нальчикского халвичного завода. По обычаю это пиво нельзя никак пить ДО, но можно и нужно пить ПОСЛЕ.




Комментарии
Отличная история и фото просто класс!!! 
 
Авторизуйтесь, чтобы оставить отзыв
Оцени маршрут  
     

Еще маршруты в Кавказ
еще маршруты
О Маршруте
Опубликовал Дмитрий Славин